Последний из Могикан

                Глава первая. Авария на железной дороге

     Николай Федорович Хрипунов был достойным продолжателем дела великого Докторова. Это незаурядная личность большого масштаба – государственный человек. Он всегда думал и заботился о своем химкомбинате. Даже в минуты тяжелейших испытаний, в чрезвычайно подавленном состоянии и плохом самочувствии из Московской больницы за день до поразившего серьезнейшего инсульта, позвонил мне и сказал буквально следующее:
.– Михаил Сергеевич, я вчера еле-еле выдержал одну медицинскую процедуру и убедительно прошу тебя, сделай все, чтобы на объединение поступила максимальная сумма валюты, чтобы расплатиться со своими партнерами и, в первую очередь, оплатить долги «Апатиту» за сырье, в противном случае, он может остановить поставку апатита для производства удобрений. Конечно, я как мог, успокоил своего директора и сделал все – предельно запросил  предоплату от инофирм и тогда денежных средств завод получил больше обычного. Да и, по–другому, я поступить не мог, хорошо зная Хрипунова. На протяжении тридцати лет судьба связала меня с этим неординарным человеком, неутомимым тружеником, замечательным производственником, крупным руководителем и талантливым хозяйственником. А познакомился с ним еще в 1970 году, когда пришел с комсомола в сбыт и стал работать начальником отдела. А затем двенадцать лет под непосредственным его руководством, сначала заместителем по коммерческим вопросам, а затем семь лет по внешнеэкономической деятельности предприятия. Я отлично понимал, что работа, завод, город были главными в его, насыщенной до предела, жизни. Я наблюдал его в различных ситуациях и везде он был на высоте. Я вспоминаю поездку в Китай, который посещал он впервые и, естественно, как любому нормальному человеку, ему хотелось своими собственными глазами увидеть этот экзотический край земли. Он мог бы это сделать, но все время пребывания в Харбине, просидел со мною на переговорах.  Изнурительно длинные и трудные обсуждения торговой сделки с принимаемой стороной, вторые сутки с утра до позднего вечера непрерывных, затяжных переговоров, повышенная, внутренняя нервозность – китайцы – древние торговцы! Наконец-то, завершили закупку сырья для зубной пасты и концентрат шампуня для  изготовления товаров народного потребления. И продолжаем вести напряженную работу по приобретению сопутствующих материалов для производства зубной пасты – это двадцать миллионов тюбиков, такое же количество пеналов и сотни тысяч картонных коробок для её упаковки. Та же твердая позиция хозяев и борьба за каждую копейку в продажной цене.  В двенадцать часов ночи завершаем торги и  покидаем офис,  и, приходя в гостиницу, расходимся по номерам. Чуть позже он зашел ко мне и увидел меня со счетной машинкой. К тому времени у меня вошло в привычку, после завершения любых переговоров еще раз анализировать эффективность совершаемой сделки. К великому моему удивлению, он подсел к столу, взял тоже «электронику» и стал со мною производить расчеты. Кто бы мог подумать, чтобы руководитель делегации, генеральный директор крупнейшего в стране предприятия глубокой ночью, как рядовой экономист, будет так усердно работать. Мы в два часа ночи завершили все расчеты и пришли к выводу, что вторая часть нашей сделки становилась экономически не выгодной. Подписали контракт только на сырьевые материалы, которые для завода были эффективными, чем предшествующие поставки из Турции и Италии. Но больше всего я был поражен тем, что через час, как мы возвратились из служебной командировки, изнурительной и тяжелой по насыщенности и нервозности, сильному переутомлению и недосыпанию, по шестнадцать часов нахождения в самолетах, аэропортах и автотранспорте туда и обратно, вконец измотавшей нас; и я, как только появился дома, а это была суббота около десяти часов утра, сразу же свалился в постель, а он, оказывается, прямо – на химкомбинат. И уже из своего рабочего кабинета звонил мне, чтобы решить один производственный вопрос.  Спросонья я даже не поверил своим ушам, что на телефоне был мой начальник.
Николай Федорович – отзывчивый, чрезвычайно ответственный, настоящий патриот своей Отчизны, его можно охарактеризовать как человека, способного в критических ситуациях проявить не только самообладание, но и мужество. Мне рассказывали о случае, который произошел в цехе солей, когда он делал первые шаги на производстве. В процессе изготовления продукта, произошел пожар. Первым к месту возгорания бросился молодой руководитель смены. Очаг опасности был быстро устранен. Но я вспоминаю и другой факт, свидетелем которого был сам, когда он уже был зрелым хозяйственником, и случилось это в  необычайной для его семьи обстановке (ситуации). Николай Федорович в загородном лагере «Елочка» в выходной день проводил свадьбу своей любимой дочери. И в самом разгаре торжества (празднества) неожиданно позвонил диспетчер химкомбината и доложил ему неприятную информацию. В районе железнодорожной станции пл. «88 км» произошла по вине железной дороги крупная авария, с рельсов сошло несколько груженных аммиаком цистерн. К этому эпизоду завод не имел никакого отношения. Груз следовал через город транзитом. При этом он мог дать дежурному по химкомбинату распоряжение, чтобы тот направил туда  аварийно-спасательную службу для предотвращения последствий. Но, представляя, что может наделать ядовитый газ для жилого массива то, он срочно вызвал дежурный автобус и уехал на место происшествия.
Там он увидел ужасающую картину. Огромные, полностью заполненные сжиженным аммиаком, сорока - тонные стальные бочки, как желуди, разбросанные в хаотичном порядке, наваленные одна на другую валялись в нескольких метрах от полотна дороги за путепроводом в кювете. В одной из них был  сорван предохранительный клапан, и мощный шлейф сильного отравляющего вещества с огромной силой бил в сторону леса, к великому счастью в противоположную сторону от больничного поселка. Но ветер мог повернуть в любую минуту и Хрипунов, организацию работ  по ликвидации аварии, взял в свои руки. Более суток находился на месте аварии, пока полностью не устранили над городом нависшую угрозу экологической катастрофы. И так свадьба дочери, к  которой он готовился и с нетерпением ждал, прошла без присутствия отца.
Высокая должность генерального директора ко многому обязывала. Предприятие, которым руководил Хрипунов, являлось градообразующим и ему приходилось отвечать не только за свой родной завод, но и за весь город. А это подчас преподносило такие хлопоты и неприятности, кружилась голова, что не пожелаешь даже своему кровному врагу. Много переживаний и нервов принесло ему шестнадцатое апреля 1988 года. На этот день намечался всесоюзный коммунистический субботник, к которому все трудовые коллективы серьезно готовились и люди тогда шли туда как на праздник. На сей раз, эта дата стала черной  для города, обрушился пешеходный вантовый, подвешенный на специальных тросах, мост через Москву-реку, связывающий центр с крупнейшим жилым  районом Новлянском.
Сколько трудов, сил, энергии нужно было затратить, чтобы восстановить это грандиозное инженерное сооружение, которое сегодня является не только сообщением двух крупных жилых массивов, но и ярким украшением города, включая сюда и Докторовские пруды и Хрипуновскую набережную.
Говорят, способный человек талантлив во всем. И в этом я часто убеждался, находясь рядом с Николаем Федоровичем. Мы не раз вместе встречали Новый год,  отдыхали на базе «Ока», что в Касимовском районе, иногда выезжали на «Северку» и, наконец, за рубежом. Везде в нем я для себя открывал, что-то новое. Он любил охоту и с увлечением ходил на лося. В своей компании слыл метким стрелком. Был он и отличным рыбаком. Мне неоднократно, по - молодости, приходилось с ним быть на рыбалке. Обычно в выходные дни он заводил свою «Волгу» и мы мчались на Шатурские озера. Он накачивал резиновую лодку, мы садились в неё, отплывали далеко от берега, куда-то на середину водоема и приступали к ловле. Каждый раз, когда мне удавалось подсечь и вытащить карася он, подбадривая меня, произносил: «Ну, ты молодец, настоящий рыбак! Какого заловил». Но как я не старался, мне никогда не удавалось сравняться  с ним. На финише, упаковав снасти, он расстилал брезентовую подстилку и раскладывал наш улов. И всегда оказывалось у него крупнее рыба и в два раза больше, чем у меня. Я переживал и задавался вопросом: «Почему так? Что у него жирнее черви? Нет! Насадку мы  брали из одной консервной банки. Лучше удочка? Нет! Он любезно  предложил мне свою снасть, которой часто ловил сам. Да и место было одинаковое. Мы удили с одной лодки. Может он удачливее и ловчее? Нет. Я тоже трудился изо всех сил. Просто он был азартнее меня! Но всегда мне становилось не по себе, когда он наш улов раскладывал на две равные части, одну забирал сам, а другую отдавал мне. Такой у него был железный принцип! Я при этом чувствовал себя совершенно неловко. С большой досадой на себя помещал её в свой пакет и неохотно клал в автомашину. Активность, стремление к выигрышу проявлялось у него и в спорте. В последние годы он серьезно увлекся игрой в бадминтон. Организовал площадку на опушке леса, рядом с домом, провел туда свет и играл там с партнерами, и летом, и зимой. Просыпался рано утром и в шесть часов утра каждый раз был уже на площадке. И в этом виде он тоже преуспел. Несмотря на то, что я практически постоянно занимался спортом; бегом, лыжами, играл в настольный и большой  теннис, и как-то мне пришлось сразиться с Николаем Федоровичем в бадминтон, но победить его, как я не упирался, не удавалось. Хрипунов, насколько я его знал, никогда и ничего не делал просто так. Все совершал всерьез и обдуманно.
Весь производственно-управленческий этап деятельности Николая Федоровича Хрипунова характеризуется не только дальнейшим развитием промышленного подъема объединения, но при нем произошли более качественные изменения в развитии существующей технологии и создания новых, отвечающих нуждам и требованиям всего народного хозяйства и людей. Энергичный, оперативный директор, обладающий не только тонким умом, природной смекалкой, но прекрасной привлекательной внешностью. Родители  наградили его стройной, статной фигурой. Высокий, опрятный, аккуратный в движениях и осанке, светло-русый, с шикарной,  курчавой головой, покрытой густыми волосами, с приятной и доброжелательной улыбкой, он прошел на  заводе стремительный рост.  В двадцать три года, после окончания Ивановского химико-технологического института, стал начальником  смены, через два года уже начальник цеха солей, в тридцать – начальник производства. А в тридцать шесть лет он уже  главный инженер и в сорок три – руководитель крупнейшего в стране химического предприятия. Четко ориентируясь в современных условиях, он своевременно находит оптимальные решения узловым вопросам -  удерживать производственное объединение на передовых позициях в отрасли. Занимая при этом ведущую роль в отработке новых технологий и методов работы на производстве, руководитель предприятия создает вокруг себя работоспособный, думающий и высококвалифицированный штаб управления, что позволяет химкомбинату и городу в ближайших двух пятилетках - 1980-1990  годы развиваться и расширяться.
«Будь у тебя хоть семь пядей во лбу – высот один не одолеешь. Подмога нужна -  люди, умеющие дорожить доверием других». Вот один из основных принципов Хрипунова, который он пронесет через весь трудовой путь, и который помогал ему добиваться высоких результатов. В это время наряду с пуском двух крупных в Советском Союзе установок СК-41 и СК-48 позволяет химкомбинату только одним объединённым сернокислотным цехом  № 3 один и четыре десятых миллиона тонн серной кислоты в год. Причем в основном товарного олеума и аккумуляторной кислоты с Государственным Знаком качества.
По итогам работы одиннадцатой пятилетки коллектив предприятия награжден  переходящим Красным знаменем ЦК КПСС, Совмина СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ, а также Почетным знаком: «За высокую эффективность и качество работы в XI пятилетке и занесен на Всесоюзную Доску Почёта ВДНХ СССР. А 3 июня 1986 года Президиум Верховного Совета СССР за досрочное выполнение заданий XI пятилетки и социалистических обязательств наградил 59 химиков орденами и медалями СССР. Ордена Ленина удостоена Репенкова Татьяна Григорьевна – начальник ЦЛ, ордена  Трудового Красного Знамени – Митрофанов Борис Васильевич – аппаратчик цеха Аммофоса № 2 и орденом Знак Почета награждена  Савина Нина Федоровна – оператор контактного цеха № 3. Этим же указом за заслуги в развитии производства минеральных удобрений и проявленную трудовую доблесть звание Героя Социалистического Труда СССР с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот» присвоено генеральному директору объединения Николаю Федоровичу Хрипунову. За успехи в выполнении государственного плана экономического и социального развития СССР за 1986 год коллектив объединения вновь награжден переходящим Красным знаменем ЦК КПСС, Совмина СССР, ВЦСПС и ЦК КПСС с занесением на Всесоюзную Доску Почета ВДНХ СССР.
Хрипунов Николай Федорович вел здоровый образ жизни. Увлекался охотой, рыбной ловлей, занимался физкультурой, отдавая предпочтение игре в бадминтон. Любил и уделял большое внимание хоккею. При Хрипунове  Воскресенский хоккей достиг своих максимальных высот. В 1989 году команда «Химик» стала серебряным призером Чемпионата СССР, а в 1990 году бронзовым. Он постоянно занимался общественной работой. Был многократно членом парткома химкомбината, участвовал в работе XXVII съезда КПСС, XIX  партийной конференции, XVIII  съезда профсоюзов, являлся депутатом Верховного Совета СССР.
За годы работы Хрипунова химкомбинат полностью обновился и оснастился новейшей техникой и технологией. Ушли в далекое прошлое морально и физически устаревшие производства первых пятилеток: серная кислота и суперфосфатные цеха. Минеральные удобрения стали производиться только высококонцентрированные и в гранулированном виде. Девяностый год для Николая Федоровича стал как бы отправной точкой, своего рода разделительной линией. С одной стороны, предприятие достигло небывалых высот – наивысшего апогея в развитии промышленного производства и социальной сферы, а с другой, начался неудержимый обвал в промышленности и полный распад Советского Союза. Ельцинско-Чубайсовская ваучеризация и приватизация привели к полнейшему краху народного хозяйства. По всей стране сотни и тысячи предприятий и организаций остановили свое производство, рабочие месяцами не получали заработную плату, теряли место работы и становились никому не нужными в своем родном Отечестве. Химкомбинат переживал тоже сложные времена. Выпускаемая заводом продукция становилась не востребованной на внутреннем рынке. Из-за отсутствия денежных средств сельское хозяйство практически полностью отказалось от её получения. Поставка удобрений на экспорт только что зарождалась и становилась чрезвычайно сложной, поскольку все предприятия, выпускающие удобрения, сразу ринулись за рубеж и имели лучшие географические условия, располагались ближе к морским портам, чем мы. Из отсутствия рынков сбыта приходилось периодически останавливать производственные цеха на профилактический ремонт. Росли убытки, комбинат влезал в долги за основное сырье и энергоресурсы.