белее белого

«Всё меняется феерично. Кварталы - местами; песни - текстами; люди - лицами.

Словно белые ходоки, люди не цельные, раздробленные, растерзанные неосуществимыми желаниями становятся белее белого. Будто снег осевший - с потёками в судьбе.

Они плачут и клянут своё прошлое - которое уже нельзя остановить. Прошлое - оно всегда у нас за плечами. От него не сбежишь..

Забегаловка.. Бутеры с котлеткой, вишнёвые пирожки, кофе. Я помню её - мотались иногда проветриться. Пока по трассе несёшься и надумаешься, и навспоминаешься..

Сбитой кинематографической нарезкой, в темпе «бистро» - затылок водителя, стриженый, одна штука. В лобовое стекло дует резкий ветер, скорость большая. Бегут по сторонам - и уходят за спину, навсегда - разметки, дорожные знаки. У разъездов - к деревням и заправкам - женщины с корзинами, вёдрами. На табуреточках. В платках, с распаренными лицами. Как-будто солнце..

Из динамиков что-то тянется известное. Но не могу подцепить и присоединиться. Связки тянут, мозг стоит. Соседнее место с водилой пустое - почему я не там? Ааа, не люблю. Сижу наискось, как лорд и леди. Опускаю спину к мягкому. Опираюсь, устраиваюсь. Смыкаю глаза..

Дальше обрез. И уже на локации.

Захожу, людей нет. Все выветрились куда-то. У стойки скучает девушка в служебной кепке. Заказываю, беру на поднос, движусь к высокому столику.

Оглядываю помещение - да, никого. Тётка на кассе пилит ногти и подпевает радио. Волна мне не знакомая..

За окнами - они высоки, плохо вымыты, за ними парковка - идёт дождь. Не зимний, как давеча. Нормальный весенний дождик. Он полосует стёкла и ручейки грязной воды лижут гладкую поверхность. «Плохо. Плохо, когда люди не делают свою работу. Вот, стекло, например..» Останавливаю себя - что это я?!..

Зачем-то налезает весточка - «а в последний раз, когда не одна, все вместе.. были, кажется, осенью. Ранней..»

Пялюсь снова в мир снаружи - на стоянке тоже нет машин. И это странно - место бойкое; день, возможно.. будний. Но - почти автобан. Съедь на пару сотен метров - и ешь-пей-отдыхай..

Молча продолжаю вкушать пирожок. Он сладкий и кляклый. Горячий, словно только что из печки. Запиваю прохладным - уже успел, когда, я только пристроилась на столешнице - кофе.

Тётенька-кассир кричит сослуживице: «Ленк, глянь,..» Остальное не дослушиваю - чужая жизнь.

Одномоментно соображаю - не взять ли на вынос? Пару пирогов, тройку бургеров. Разных. Вечером разогрею дома. Вечером.. А будет ли он..

Рывком просыпаюсь. Пот холодный. Пульс бешеный.. Приснится же..»