Из записной книжки Пантердрова 5

Магическая, сверхчувственная субстанция неясного происхождения, подпитываясь   энергией  духовных искр, вибрировала  в попытках  отформатировать и упорядочить мульти версии хаотично дрейфующих мыслей Пантердрова. В поисках питательной среды для  творческого умонастроения он пробовал на вкус разного рода литературные «субстраты», смакуя и оценивая их целебные свойства. Всасывая бульон культурального содержимого, дотошный дегустатор-эксперт напрягал внутренний слух, стараясь уловить мелодическую структуру  наиболее понравившейся фразы, чтобы, как поясняют лингвисты, услышать терминальный тон, завершающий синтагму.  Просачиваясь  внутрь  чужого текста,  Пантердров осознавал, что   пенетрация, –  идеальный процесс  для ментальных наслаждений – не является чем-то недозволенным, поэтому ощущал себя  наподобие  ловца жемчуга, ныряющего в пучины  тёплых вод побережья Красного моря. Метафорический смысл его погружений будоражил воображение, дополняя картиной того, как специальным ножом с коротким  прочным лезвием он вспарывает створки раковин, извлекает восхитительное, биогенное  вещество, а затем в процессе усердной обработки  изготавливает нечто вроде многогранного ювелирного изделия уже под единоличным  авторством а propos. И это отнюдь не было компиляцией… Крыса-мысль прошуршала в уголке сознания, вопрошая: « эй, господин писатель, не слишком ли  далеко  вы зайдёте со своими творениями, бликующими деликатными намёками на эротическую прозу?» Пантердров улыбнулся. Он был спокоен.  Внутренний суфлёр всегда подсказывал момент, когда наступало время прервать цепочку образов, заряженных  разгорячёнными эмоциями и остановиться. Если учесть, что автор   каждым своим произведением создаёт новую виртуальную реальность, то возникало опасение застрять в чужом пространстве на неопределённое время. Но нет, спасала самоирония. Он никогда не относился серьёзно к своим творениям. Всевозможные перипетии любой, задуманной им истории сталкивались, откатывались, меняли направление, перемещаясь, словно шары на бильярдном столе: легко и свободолюбиво, и тогда  сквозной сюжет превращался в чистую условность.  Однажды Пантердрову попалась на глаза какая-то книга о происхождении человека, где утверждалось, что люди стали людьми, научившись околдовывать  друг друга непобедимой силой первых слов. Далее –  диалог, сближение… словом, все мы vice versa опыляем друг друга во всех смыслах. Пантердров ослабил замок браслета на запястье; на часах высветилось время – 00:00…