Неработающий человек

 Наступила весна, люди потянулись на пляж. Никто не купался,  вода пока была прохладная. Но это для местных, а для жителя русского северо-запада, это жаркое лето. Кто купался в Неве,  меня поймёт. Местные на меня смотрели как на чумного. Они меня не понимали и я их. “Закаляйся как сталь”, они не слышали. Для меня купальный сезон в Миссисипи круглый год, за исключением дождливого дня или шторма. Молний я боюсь, так как вода хороший проводник. Общественный душ пока ещё не включили, но мне не так далеко до дома, могу за двадцать минут пешком дойти и там помыться. А на машине всего 5 минут. У меня старый, старый корвет. Ретро. Конечно, он переделан и сиял на солнце. Он нужен для участия в параде ретро автомобилей, который проводится два раза в год, а так, чаще стоит во дворе или я езжу на нём на пляж. Достался мне корвет почти даром. Умер сосед, печальное дело. Не с кем болтать по вечерам. Жена его решила переехать к сестре в Колорадо, тоже вдове. Поставила дом на продажу. Дом продала, а старая машина никому не была нужна. У нас не Лос Анджелес, коллекционеров нет. Она мне её отдала за стоимость авиа билета в Колорадо. Я отогнал автомобиль в компанию Tire Word и они сделали из него даже не конфетку, а шоколадку за очень приемлемую цену, как постояному клиенту.
       Сегодня после купания я пристроился на бетонных ступеньках, которые сделаны как отбойник на случай наводнения. Наводнение было 20 лет назад, ураган Катрина. Загар у каменной стены лучше, чем на коврике у воды. Увы, им загорать у Петропавловки не приходилось. В Питере плюс 17 по цельсию это лето, а в БСЛ зима. Солнце слепило глаза, а у меня дешёвый телефон и экран на солнце слепой.  Я не хочу брать дорогой телефон, так как на следующий год реклама подтолкнёт опять купить флагманскую модель. Для меня социальные сети мало что значат. Фильмы я из принципа не смотрю. Моя жизнь ничем не хуже, чем у голливудского сценария. Последний фильм, который я видел, был “Страдания по Христу”. Хороший фильм, но я был в Израиле и там всё было много интереснее.
     Я стал наблюдать за людьми. Почти все были парами. И молодые и  пожилые. Мне стало не очень приятно, что я бобыль. Когда то и у меня всё было. Но моя дурная голова не дала ногам покоя и я исколесил пол планеты, конечно за деньги. Думаете здорово? Да, но остались два шрама на голове, три на животе и один на грудине. А так, между этими событиями, всё было увлекательно. Теперь обеспеченная жизнь при приближении старости..
    Возле пирса были дюны. Там сидела девица и чем-то занималась. Издали нельзя было понять. Может писала или работала на планшете. Сидела она давно. Я уже почувствовал чувство голода и решил пойти перекусить в кафе, коих у нас на Северном бульваре, что муравьёв на огороде. Ноги сами потянули к девице. Спина у неё ровная, а лица я не видел, даже когда купался. Она всё время сидела наклонясь или лежала, иногда смотрела на море из-под бровей. Когда я подошёл ближе, то увидел, что она рисовала картину, где в центре была одинокая чайка. Чаек у нас, что людей на Невском проспекте.  Значит ей грустно, решил я.
- Вам что-нибудь надо? - Спросила она без вызова. Голос был печальный, тихий и почти без интонаций.
- Я хочу погрустить вместе с вами, если вы не возражаете.
           Она снял очки, прищурилась и посмотрела на меня. Что она увидела? Толстый, точнее, бывший крепкий дядька, который имел постную физиономию и живые глаза.  Она сделала движение головой, приглашающее присесть рядом на песок. Коврика и полотенца у неё не было. Я присел и она на меня внимательно посмотрела. У неё был добрый взгляд, она не собиралась конфликтовать. Я начал ей сочинять балладу:
- Я не скажу тебе слов, которые причинят тебе даже лёгкую боль.
   Этот пляж слишком маленький, что бы выразить нашу с тобой грусть.
   Твои взгляд  избегал мой, ещё час назад,
   А сейчас ты смотришь в мои глаза,
   Которые говорят, что кофе стынет между нами.
У девушки появился интерес к моей балладе и она улыбнулась.
     Никто не хотел уезжать, никто не проронил и слова.
     Но после хрупкого молчания, ты пригласила меня сесть рядом.
     Мне не надо никаких оправданий, мне достаточно касание твоего плеча.
     Только ничего не говори, не нарушай хрупкую тишину.
     Прислушайся, наши сердца замерли.
      И грусть стучит в груди, как долждь стучит по оконному стеклу.
Девушка вздохнула и посмотрела на меня взглядом, в которм был явный интерес.
       Твой вздох преодолел расстояние, которое разделяло нас с самого начала.
       Моя рука всегда искала твою.
       И после хрупкого молчания твоя рука возьмёт мою.
       Мне не надо никаких обещаний, только твоё тепло.
Я замолчал, девушка тоже молчала. Она что-то думала не связанное с нашим пребыванием на пляже. Потом очнулась, как будто увидела меня в первый раз. Она собралась что-то сказать, но я её опередил:
- Я предлаю сходить покушать в Трапани, мы же тут на плаже уже давно.
Я специсльно сказал о времени и сказал “мы”, так как девушка пришла раньше меня на пляж и, соответственно, её голод должен быть сильнее моего. Всякие печенюшки и конфетки, голод не утоляют. Я решил не упускать инициативу из своих рук. И она согласилась, я видел это по глазам.
- Хорошо, но я сама за себя заплачу.
- У вас кредитка?
- Конечно, я студентка.
- Тогда я буду платить, не обижайтесь. Я ведь тоже был студентом и знаю, как достаются деньги.
- А сейчас вы кто?
- Пенсионер, кто в будний день на пляже сидит? Неработающий человек.
- Хорошо, неработающий человек, я согласна.
    Мы пришли в ресторан и устроились на внешнем дворике с видом на залив. Мы заказали итальянский полдник с пастой и салатом. Сидели долго и она рассказывала о своей учёбе. Одно дело быть художником, а другое иметь диплом художника. От этого зависит цена картин. За разговором познакомились.
      Милена посетовала, что нашла работу, точнее её пригласили в Чикаго. А уезжать от берега тёплого моря к берегу холодного озера, у неё нет особого желания. Но ехать надо.  Может, после и вернётся. У неё тут дом, который достался от родителей. Продавать она его не будет.
     Мы хорошо покушали, поболтали и даже подружились. Вышли на бульвар, только она хотела попрощаться, но я опять её опередил:
- Давай я тебя отвезу домой.
- Давай,- сказла она и улыбнулась, - А где твоя машина?
- Мы стоим возле неё.
- Этот корвет???? А  можно я порулю?
- Можно.
Милена подпрыгнула от восторга, обняла меня и поцеловала. Это мечта, а не машина. Напряжение между нами спало и мы стали понимать друг друга без слов.
- Я живу тут рядом в Вейвленд. Можно, я по набережной проеду до казино и обратно, а потом домой свернём.
- Конечно можно, - сказал я и отметил, что она произнесла слово “свернём”, это множественное. Значит между нами уже есть некоторая близость.
    Милена вела машину спокойно, открытый верх для южного города много значит. Лёгкий ветер развивал её волосы и она улыбалась. На самоом конце бульвара стояло казино “Серебрянная Туфелька”. Там же рядом отель, яхтклуб и огромный паркинг.
- Поставь машину паркинг, пойдём поиграем.
Милена на меня посмотрела, я угадал её желание, но оно упиралось в деньги, которых у студентки не было.
- Слишком много удовольствия в один день, - сказала она.
- Дипломатка, ха, ха. Играть будешь ты, а платить буду я. Выигрыш будет твой. Поскольку сегодня твой счастливый день.
- Уговорил.
- Я заплачу 50$, больше у меня в кармане нет.
   Мы вошли в красивое помещение. Вокруг музыка и бутики. Потом зашли в игровой зал и я разменял деньги в кассе. Сначала не везло. Милена проиграла 40$. Злилась и смотрела на меня.
- Не волнуйся. Я не азартный и больше денег не будет. Успокойся и не стучи по кнопке с такой злостью. Представь, что что автомат маленький шалучишка и шлёпни его шутя.
Милена на меня посмотрела, засмеялась и шлёпнула ладошкой по кнопке. На табло появился приз - 108$.
- Ты маг, - она взяла распечатку и мы пошли в кассу.
Милена держала меня под локоть и громко смеялась, она искренне радовалась удаче. Когда мы вышли из зала и сели в машину, она отсчитала 50$ и протянула мне.
- Спасибо, банкир, ха, ха.
- Оставь, поедем в магазин Фругл и ты купишь там продукты из которых сделаем праздничный ужин. Это же наш первый день.
- Ты прав, это наш первый день.
Она чмокнула меня в щёку и мы поехали в магазин. Там она затарилась. Я смотрел, что она выбитает и понял, что её холодильник пуст, как пустыня Сахара. Мы подъехали к её дому, она пошла открывать дверь, а я взял пакеты со снедью. Вопрос приглашать в дом или нет, сам отпал. Милена начала работать на кухне, а я стал ходить по дому и рассматривал вещи. Везде были картины и эскизы. Увидел и фотографию. Там она стояла с высоким молодым человеком. Но фото было статичное. Обе фигуры были в одежде типа “formal”. Скорее всего, они были на свадьбе кого-то. Может свидетели или друзья новобрачных. Хотя парень держал её под локоть бережно. Его взгляд был вопросительный, а взгляд Милены весёлый, но не счастливый. Она нравилась парню, а он ей был, не то, что бы безразличен, а для несерьёзных намерений. Может они были друзья по коледжу, друзья своих сокурсников, решивших создать семью.
- Это я с Грегори на свадьбе Таши с Бобом.
Услышал я голос из-за спины. Милена накрывала на стол. Я обернулся и она добавила:
- Не волнуйся, мы друзья, между нами химии нет.
- А целовались?
- Конечно, ха, ха.
- А чем он занимается?
- Меня в коледж отвозит и привозит.
- За поцелуй?
- Да.
Сказала она с гордостью, подошла ко мне и страстно поцеловала в губы.
- Но не так, как я сейчас сделала, ха, ха.
Я её шутя хлопнул ладошкой по попке и она сказала:
- Рано заигрываешь, ещё не ужинали, ха, ха.
Да, у неё сегодня прекрасное настроение и у меня будет чудесный вечер.
     Домой после ужина я не поехал, а пошёл на кухню мыть посуду, а Милена стелила постель. Между нами всё само утряслось.

       Утром она позвонила Грегори и сказала, что сама приедет на занятия. Пояснять ничего не стала и положила телефон на стол:
- Может, я порулю сама до коледжа?
- Конечно, даже оставишь там на паркинге. Когда ты заканчиваешь учёбу?
- В три после полудня.
- Я подойду к трём.
- Ты эксперт по отношениям. Тебе невозможно отказать. Так меня вчера раскрутил, что я сама тебя в постель затянула.
- Ты себя сейчас укоряешь?
- Ох, нет, я восторгаюсь тобой и хочу продолжения. Мне надо учится ещё год и этот год может стать самым незабываемым, если ты от меня не сбежишь.
- Не сбегу. Ты мне очень нравишься.

Любовь сама нас нашла.
Мы ничего ни у кого не просили,
Даже не объяснялись друг с другом.
Все было понятно с первого мгновения,
Наша встреча останется в душе навсегда.
Нам всё было понятно с самого начала.
После хрупкого молчания на пляже
Ты стала мне дорога.
Без драмы, без помпезности мы стали близки,
Когда хрупкое молчание само закончилось.

Милена подошла, обняла меня за шею и посмотрела в глаза:
- Это правда?
- Да.
- Мне с тобой легко, я стала живая. Боже, меня искренне полюбили и я никогда не знала такого ответного чувства. Мне нравятся твои баллады. А сейчас нам пора ехать.
     Милена ехала и чуть нервничала, превышала скорость:
- Дорогая, в Хендерсон Поинт стоит полицейский с радаром. Мы можем опоздать на занятия.
Милена сбросила газ и хитро посмотрела на меня.
- Это не будет последняя поездка?
- Нет, после занятий поедем ко мне. У меня есть плов с курицей.
- Я согласна.
И она поехала ровно и спокойно. А когда зарулила на паркинг, то обняла меня. Девчонки стояли и смотрели во все глаза. Милена приехала на ретро машине с ретро мужиком и закрыли свои улыбки ладошками.
- Они мне завидуют, ха, ха.
- Похоже, что для них это необычный случай. Бери ключи, я приду в три.
Мы разошлись. Я обернулся возле выхода и помахал рукой. Милена стояла с подругами и что-то говорила, но глазами косила в мою сторону. Увидев мои движения рукой, она послала воздушный поцелуй.
     К трём часа я пришёл и застал Милену в машине. Сел, она помахала подругам и мы поехали ко мне домой. Там плотно поели и когда расслабились я спросил:
- Занятий на дом много дали?
- Да, прилично. Надо сдать на этой неделе эскизы курсового проекта. А сам проект я ещё не придумала.
- Он будет о грусти?
- Похоже, что да. Ты меня понимаешь. Только ты.
- Бери машину и поезжай домой. Завтра после занятий ко мне на обед приедешь. Так будем жить, я не хочу тебе мешать при окончании университета. А в выходные дни, я буду у тебя.
Милена на меня посмотрела, что-то мелькнуло в её глазах, но потом погасло.
- Спасибо. Теперь я вижу, что жизнь тебя здорово потрепала. Ты больше думаешь обо мне, чем я думаю о тебе. Я ничего не хочу обещать на будущее, но ты для меня стал дорогим человеком. Вроде отца, которого я почти не помню. Мне трудно преодолеть разницу в возрасте. Но очень хочется быть с тобою рядом.
       Она подошла ко мне, положила голову на грудь и тяжело вздохнула. Потом улыбка появилась на её лице:
- Ты отдаёшь мне корвет?
- Да, до окончания занятий, до отъезда в Чикаго.
Её радости не было предела. Она поцеловала меня, забрала свой рюкзачок и сама вышла из квартиры. У входа в креслах сидели две старушки, мои приятельницы, Шёрли и Сандра.
- До свидания, бабушки, я заеду завтра.
- А как твой дедушка, - съехидничала Шёрли.
- Я от него без ума, ха, ха.
     Так прошёл год. Расставние не было тяжёлым. Была только грусть.
- Я получу опыт работы дизайнером и подам на конкурс в Билокси. Может и пройду. Я не хочу с тобой расставаться. В Чикаго другая жизнь, там мегаполис, а здесь деревенский пейзаж и ни одной многоэтажки. Тут нет денег.
- Поезжай, посмотри. Может и понравится. Я был в Чикаго не один раз. Холодный город. Я жил в Нью Йорке, а на старости лет уехал на юг. Но деньги мегаполиса обманчивы. Сама поймёшь со временем.
- Я буду прилетать на длинные выходные.
- Не надо. Ни к чему такие обрывочные отношения.  Приезжай на День Независимости. Это через полгода. У тебя уже будет своё мнение о работе и твоём месте в жизни. Я ничего не хочу навязывать. Если не приедешь на День Независимости, я буду знать, что ты хорошо устроена и не  нуждаешься во мне.
- Ты обиделся?
- Нет, это трезвый взгляд на вещи. Дай я тебя обниму. Заказывай такси и поезжай в аэропорт. Мне будет тяжело с тобой там прощаться. Только сообщи, что устроилась, как написано в контракте.
- Хорошо.
     Она улетела, я не сомневался, что фирма выполнит свои обещания. Милена прилетела на День Независимости и мы хорошо провели почти неделю. То же было и на Рождество. А на следущий День Независимости от неё не было известий, не было известий и на Рождество.
- Не судьба, - сказал я себе и даже был рад, что моя девушка стала на ноги. Каждый должен знать своё место, в том числе и я. Нельзя желать лишнего.
    Что бы зря не дёргаться, я сменил провайдера телефона и получил другой номер с лучшим планом. Я жил как и раньше, ходил на пляж, занимался в спортзале и даже стал волонтировать в доме пенсионеров, где проводил физкультуру для тех, кто передвигается на инвалидных колясках или ходит на костылях. Старики были доброжелательные и завязались дружеские отношения.
     Вечером 7 марта я сидел дома и рисовал приморские пейзажи. Обычно я рисую карандашом или тушью. Иногда акварелью. Раздался звонок интеркома:
- Кого на ночь принесло?
Я вышел в коридор и направился к входной двери. За стеклом стояла Милена. Она разговаривала с Шёрли.
- Приехала проведать?
- Нет, насовсем. Он мне не звонит и не пишет. Может заболел?
- Нет, он теперь в доме престарелых три раза в неделю ведёт физкультуру.
   Я открыл дверь и вышел:
- Привет, Милена, заходи. 
Милена мило попрощалась с Шёрли, взяла свою сумку и протянула мне:
- Я прямо с самолёта.
- Я рад тебя видеть у себя дома.
Мы прошли в мою квартиру и я её пропустил вперёд. Она обошла все комнаты и остановилась у раскрытой тетради для рисования, там был эскиз карандашом. Пирс, дюны и стройная молодая женщина, которая лежала на песке. Это был эскиз о нашей первой встрече.
- Ты этот момент ещё помнишь?
- Да.
- Почему ты отключил телефон?
- Ждать больше года не имело смысла.
- Так ты ждал звонка?
- Конечно, я верил тебе.
- А сейчас?
- Смешанные чувства.
- Я долго была в госпитале.
Я подошёл к ней и заглянул в глаза. Посмотрел на кожу за ухом, потом на виски. У неё появились гусиные лапки у глаз. Затем провёл по спине ладонью, она стала чуть сутулой, совсем немного.  Отметил и измненение размера груди, но трогать грудь не стал.
- Ты сделала аборт на поздней стадии?
- Как ты узнал?
- Это не важно.
- А что важно?
- Что ты прямо с самолёта приехала ко мне.
- А ты меня поцеловать не хочешь?
- Ты стала другая, а я остался прежним. Нужно время, что бы привыкнуть к новой реальности.
- Ты хочешь, что бы я ушла домой?
- Сначала расскажи мне всё по порядку. Для меня твой приезд тоже не простой момент, о котором можно забыть через пару часов.
- А что рассказывать? Всё, как всегда. Служебный роман, потеря чувства реальности. Беременность и его свадьба с нашей же сотрудницей.
- У тебя осложнения?
- Да и серьёзные.
- Когда домой к тебе поедем?
- Мне надо прийти в себя. Я хочу пожить у тебя.
- Подойди ко мне, я тебя обниму.
    Милена подошла и заплакала. Я её гладил по голове, целовал в макушку. Она приподняла заплаканное лицо, я её поцеловал в глаза  и потом в дрожащие губы.
- Не волнуйся, моя радость. Мы справимся, я буду с тобой, моя дорогая.
Милена успокоилась и пошла умываться.  Я услышал шум от душа. Это был первый признак, что она вернулась домой.  Я приготовил ужин на скорую руку. Милена вышла из ванной в моём махровом халате. Всё было как и раньше. Мы сели за низкий японский столик и стали есть палочками сардины, картошку и соленья. Потом пили зелёный чай.
- Милена, давай завтра поедем в казино. В прошлый раз “Серебрянна Туфелька” нас порадовала.
- Ты хочешь начать всё сначала?
- Я да, я ты?
    Милена опустила голову, прикрыла её ладонями и горько заплакала. Я не стал её успокаивать, собрал посуду со стола и пошёл мыть. Милена ещё не разобралась со своими чувствами. Нужно время. Беременность отложила свой осадок на её сердце. Связь со мной ей ничего в будущем не сулит, а на новые приключения у неё охота отбита и надолго. Видно того парня она очень любила. Она приехала за уетешением, а не за продолжением старых отношений. Скорее, мы дальше дружбы не пойдём. Такие у меня были мысли. К вопросу об отношениях я не возвращался и в казино не предлагал ехать.         
      На следующий день мы не пошли на пляж и не пошли в знакомый ресторан, а я повёз её в Билокси в Центр по трудоустройству. Она распечала резюме в нескольких экземплярах. На обратном пути я завернул в галерею. Пока Милена рассматривала картины, я поговорил со знакомым администратором Каролиной Крокер и коротко описал ситуацию.  Каролина готовила выставку “Коды Свободы”. Она сама позвала Милену и предложила ей временную роль куратора по отбору экспонатов. В глазах Милены появился огонёк, она была рада этой временной работе. Когда вернулись домой, она пошла готовить обед, а я рисовать тушью её портрет.
Через час стол был накрыт.
- Ты настоящая хозяйка в моей квартире. Я очень рад твоему возвращению. Мне кажется, что у меня началась новая жизнь.
- Ты прав, мы не поедем искать счастья для меня в казино. Оно со мной рядом. Это ты. Мне уже не иметь детей. Не волнуйся, даже когда ты станешь старым, как бабушка Шёрли, я тебя не оставлю. Ты два раза меня ставил на ноги, я у тебя в долгу.  А потом, мне есть за что тебя любить.