Сонечка

-Сонечка, милая, ну что ты так убиваешься, честное слово, все будет хорошо, я в это верю. Наши обязательно войдут в Москву, Питер ведь уже наш, я же слышала о разговорах на улице.
-Ты могла слышать все что угодно, но просто так наши не смогут взять Петроград, понимаешь, не смогут. Большевики это страшная сила, они сметают все на своем пути. Помнишь как они нас чуть не арестовали, когда мы с тобой целую корзину капусты несли домой. Типа мы их ограбили на народном питании, бред, ну права же. Что им жрать нечего, как только покушаться на нашу корзину. Мне Семен рассказывал, что у них там очень хорошие сухие пайки, а мы что едим, вспомни. Когда мы последний раз кусок мяса нюхали в кастрюле?
-Я понимаю, да, ну что же мы можем с тобой поделать, едим что Бог нам даст, хоть так вот...
-А я у Бога другую жизнь просила, а не питаться силосом каждый день, я Сержа не видела несколько месяцев, я даже не знаю где он, ни весточки, ни слова, ничего. Ты понимаешь, что мы с тобой тут как крысы сидим и вылезаем только ночью, чтоб попасть к нашей тетушке за очередной порцией сала. Я не хочу больше находиться в России, я хочу уехать.
-Пожалуйста, не плачь, Сонечка,я сама сейчас разрыдаюсь. Мне очень тяжело. Ведь после смерти Якова Петровича я почти не жила, все думала, что наша власть будет всегда, я верила и надеялась во имя царя, во имя Бога.

-Света, не будь наивной, не та жизнь нынче, не те времена, мы будем жить там, где людей уважают, где с нами будут считаться, понимаешь? Я хочу в Париж, там Георгий, он давно нас звал с Сержем, а он наивный, все верил, что царь сможет, царь справится, не смог.
- Не  будем Сонечка о грустном, давай лучше нашего Шаляпина послушаем, он хоть душу успокаивает.
Света поставил любимую мелодию пластинку на граммофон, и присела на старый зеленый диван.
Ей хотелось верить и питать небольшую надежду на прошлое, на то время, когда она была счастлива в месте с Яковым. Он всегда ее обожал. Слезы сами потекли по щекам, не нарочно, так получилось,
песня задела тонкую ноту души, ну почему, почему мы так несчастны, за что Бога прогневили, что бедная Россия теперь не наша, продана, с потрохами...всем.
-Сонечка, что ты так задумалась, что там в окне ты увидела?
Соня никогда не жила в наивности или теми желаниями, которые никогда не могла реализовать. еще в самом детстве мать научила брать от жизни самое настоящее, ценное и беречь это в своем сердце.
"Запомни дочка, если ты смогла полюбить, искренне, преданно и навсегда, то вряд ли сможешь любить дважды. Любовь не продается в двух экземплярах, один самый верный и навечно".
Эту истину Сонечка любила как память, это не возможно было забыть. Серж, где ты, сколько времени я буду ждать, хоть бы весточку отправил. Не могу больше, я измучилась в ожиданиях, ну что же делать, бежать, как крысам, куда?
-Сонечка, ну что ты молчишь, скажи же хоть слово, не томи душу?
-Света, ну что я тебе скажу, не знаю что делать, паспорта надо как-то нам с тобой оформить, бежать, бежать, убьют нас тут, понимаешь, сгинем, пропадем. Царя уже не будет, прежней власти тоже, а нас похоронят как собак на заброшенном кладбище.
Света разрыдалась, не могла больше сдерживать своих чувств.
-Господи, ну что ты, я же не хотела тебе обидеть. Ты же сама видишь что творится, как тут нам жить то?
-Я понимаю, но так жалко Россию, а что дальше то будет с ней.
-Света, Россия сейчас о нас не думает, тут у власти рвачи и разврат, власть продана как проститутка на панели, а нам с тобой надо жизнь сохранить, пусть даже в эмиграции, но мы выживем, по другому никак. Я сейчас сбегаю к Надюхе, нашей бывшей прачки, она вроде как знает где можно паспорта сделать. Иначе мы с тобой тут умрем, не доживем до следующего года.
-Будь осторожна, везде эти снуют по улицам, точно как собаки и нюх у них уж не хороший..
-Не волнуйся, я оденусь как крестьянка, не тронут, я понимаю как с ними надо. Жизнь заставит и не так будешь одеваться, в лапти оденешься, только бы выжить.
Соня хлопнула дверью, ушла.
Господи, прошу у тебя всего лишь самую малость, сохрани ее Сержа, пусть будет жив, дай немного терпения, благодати. Не дай умереть твоему сыну Божьему, помолись за него там. Я верю, он жив, я чувствую. Ты Якова забрал, ну хотя бы ему жизнь сохрани, прошу тебя, очень...
Светлана молилась, стоя у алтаря. Это все что осталось в наследство от мужа, сумела спрятать от разгрома большевиков, от их неистово злобных глаз. Они хотели отнять святыню, самое дорогое, что осталось от мужа. Сумела спрятать, не побоялась их наказания, их власти...
Только бы Сонечка все смогла сделать, только бы получилось, действительно тут становится душно жить, как в бане после принятия парилки. Точно так же уже не хватает воздуха, не хватает свободы.