5. Как камень с неба...

Горло вчера у меня болело не от волнения. Простуда. Или инфекция. Потому утром я никуда не пошла. Лежала и листала новости на планшете.

Хайфу обстреляли, да и мой солнечный Кипр чуть не стал мишенью. Ракеты, к счастью, не долетели до нас, упали в море, но все равно ужасно, что война, от которой я убежала, догнала меня и здесь.

А, казалось, нашла идеальное убежище. Не зная, что здесь есть иностранные военные базы. И враги по ним стреляют. Хотя очень трудно разобраться, кто кому сейчас недруг и в какой степени...

Думать про страшное не хотелось, и я немного поспала. Человек ко всему привыкает. Поэтому того ужаса, что охватил мне в период лихорадочного бегства из Израиля, я больше не испытывала. И то хорошо.

Проснулась от телефонного звонка. Бабушка. Они с Микки, как и большая часть жителей города, в основном сидят в убежищах. В полночь к югу от города произошел ракетный обстрел. Разбавленный беспилотниками. Все очень перепугались. Но голос у Эллы бодрый. Думаю, она, скорей всего, притворяется.

А от Давида никаких вестей. На звонки не отвечает, письма не читает. Боюсь думать о плохом...

К вечеру позвонил Марк. Пригласил поужинать. Согласилась, предупредив, что не вполне здорова. Он заразы не испугался, и мы встретились. Погуляли, выпили, поболтали...

Похоже, я принята на работу. И могу переезжать в служебное жилье. Мой английский, на котором мы общались, похоже, его вполне устроил. Слава богу, про испытательный срок мой шеф не заикался. Как-то меня такие разговоры напрягают. Я-то знаю, что соответствую...

Получила адрес жилья и офиса. Побренчала ключами и осторожно спросила про уровень квартиры. Нет ли живности? Уже знала, чем Ларнака славится.

Самые страшные кипрские насекомые — гигантские пальмовые жуки. По сути, тараканы. Которые вроде даже могут вылезти из раковины или унитаза. А вдруг в моей новой квартире они живут? Такие монстры. Да ещё, как пишут в отзывах, летающие...

Марк засмеялся. Дескать, квартира отличная. Удобная и чистая. Но я должна привыкать к тому, что жизнь на Кипре может оказаться для меня тяжёлой. Дескать, "сига-сига"...

Это означает, что здесь никто никуда не спешит. И не приходит вовремя. И не выполняет работу в срок...

Рабочая неделя у киприотов не похожа на нашу. Понедельник - вторник обычные. Все трудятся. Но в среду многие учреждения практикуют короткий день. Причём не на час сократят, а с обеда закроются. В четверг, отдохнувшие, опять поработают. Пятница - копия среды. А потом законные выходные...

Посмеиваясь над забавными аборигенами, мы расстались. Горло не першило, и я задумала привести себя в порядок, прежде чем начну переселяться в новую квартиру. Наивная...

Хорошо хоть спросила у отельной барышни, где можно сделать стрижку и маникюр. И, счастье, она неожиданно оказалась русскоязычной, и потому милой и доброй.

Объяснила мне, что сервис - самое проблемное место на Кипре. Да его в принципе нет, если речь идет о качестве. И хорошие парикмахеры - редкость. Даже в дорогих салонах...

Но она позвонила своему, и тот любезно назначил мне время стрижки. А на маникюр я идти передумала. Хорошо вряд ли сделают, а средненько я и сама смогу.

Понятно, что ждать мне приёма у моего симпатичного стилиста пришлось долго. Здесь же никто никуда не торопится. А предыдущая клиентка, видимо, опоздала. И мой час сдвинулся...

Но художественным беспорядком на голове я оказалась довольна. Взяла телефон у мастера. На будущее. Такие связи дорогого стоят...

И вот я в новой квартире. Ещё без вещей. Посмотреть пришла. И не разочаровалась. Вид на море, правда, не вполне обзорный. Расположение квартиры мешает в полной мере ощутить стихию...

Но просторная. На территории комплекса даже бассейн есть. И магазин. И парк небольшой для прогулок. Я, правда, бассейны не очень люблю. Особенно если есть возможность поплавать в море. И оно, восторг - рядом!

Сама квартирка - чудо. С дизайнерским ремонтом. Отделкой из приятных глазу материалов и удобной мебелью. И, главное, панорамные окна. Обожаю такую стильность...

В общем, я приободрилась и, красивая, с новой стрижкой, со статусом почти домовладелицы, помчалась в отель за вещами. Благо, что не разбирала их еще...

Но сразу отправиться в новую квартиру не удалось. Давид объявился. Позвонил. Мол, соскучился, мобилизации он не подлежит, поскольку не проходил срочную службу, потому приедет ко мне. Хотел сегодня. Но пока рейсы в Ларнаку отменяются. Даст, бог, авиасообщение наладится, и он меня крепко обнимет...

Нет, только не это. У меня начинается новая жизнь, где не будет лжи, измен и разочарований! Я смогу сама руководить собой и своим спокойствием. Я смогу наслаждаться вечерами за книгой, а не стоять в ожидании Давида у постылого окна.

Смогу. Если только он опять не появится рядом. Но мой художник обязательно прилетит, если ему твёрдо не отказать...

Я сжала кулак, вонзив ногти в ладошку. И сказала:

— Нет, Давид. Я тоже очень скучаю, но начинать сначала не хочу. Мы с тобой разные. И по возрасту, и по образу жизни, и по воспитанию, и по нравственным устремлениям.

В связи с чем, я, наоборот, принимаю, что жизнь нас разлучила. Хотя и жестоко по отношению ко всему невинному в наших разногласиях миру.

Не предлагаю тебе остаться друзьями. Думаю, при силе наших прежних чувств такое невозможно. Но я всегда буду хорошо о тебе помнить.

Прощай...