Раненая Земля. Шрамы войны 4

На территориях, охваченных войной, Земля когда-то пела. Её голос струился в ветрах, звенел в ручьях, шептал в листьях — чистый, светлый, живой. Теперь же её песня напоминает плач раненого существа, пытающегося сделать вдох сквозь нестерпимую боль.

Её тело, некогда гладкое, теперь изрезано шрамами — глубокими, зияющими ранами, которые не заживают. Они расползаются, как трещины на разбитой хрупкой вазе,  глубокие разломы оставляя в сердце, поражённом горем. Поутру Земля не улыбается; каждый новый день там — не новорождённый, омытый бриллиантовой росой, а как недоносок—выкидыш, не способный выжить в условиях, не пригодных для жизни. Она вздрагивает от каждого отзвука, будто ждёт нового удара.

Мысленно я прикасаюсь к ней и чувствую, как под пальцами пульсируют её жилы. Её шрамы не просто отметины на поверхности. Они проникают глубже: в корни деревьев, что с трудом удерживаются в потрескавшейся почве; в воды, ставшие горькими от пепла;  в воздух, пропитанный горечью утрат.

Птицы больше не поют над теми местами. Вместо их трелей — тишина, тяжёлая и вязкая, словно смола. Цветы, что когда-то тянулись к солнцу, теперь склоняются к земле, будто в молитве. Даже ветер там стал другим — он не ласкает, а стонет, перебирая обломки былой красоты.

Там, среди глубоких борозд отчаяния, словно вопреки всем законам Природы, робко появляется зелёное чудо. Хрупкое, нежное, оно тянется вверх тонкими ростками — будто крохотная рука ребёнка ищет тепла родительского прикосновения. Эти побеги шепчут тайну жизни, говорят о том, что даже самые глубокие раны способны затянуться, поскольку сила возрождения сокрыта в каждом творении Создателя.

Мыслями погружаясь в трещины её скорби, опускаюсь низко пред лицом Земли—Матери, осторожно прижимаю ладони к её уставшей груди, тихо шепча слова покаяния с мольбой простить человечество за нанесённые ей раны, за каждый порез, оставленный беспечностью и равнодушием землян. Я слышу её вздохи, вижу её слёзы, застывающие на её иссушенной коже, и обещаю посвятить свою жизнь заботе о ней.

С  закрытыми глазами на внутреннем экране представляя образ исцеления Земли, ощущаю, как вдруг оживает она: смываются следы разрушений живой водой благодати, дуют ветра свободы, приносят плодородие новые деревья, возвращаются перелётные птицы, наполняя пространство дивными мелодиями—песнопениями. Молюсь за то, чтоб мир усвоил великую истину,  что Земля — не предмет потребления, а наш единственный дом.

Тогда, возможно, однажды мы увидим обновлённую картину мира, в каждом её уголке наполненную светом и радостью, пусть теперь и скрытую облаками всеобщей печали. Ведь наша удивительная планета — не просто живописные просторы для путешествий, а пульс сердца человечества. Пока бьётся её сердцебиение, жива и вера в будущее, полное света и любви.