Не уходи - не уходи!

"Не уходи - не уходи!"
Памяти Николая Коляды
(Комедия в l действии)

Эпиграф
В комментариях в одной из соцсетей зритель написал:
- Плевать бы было, если б Коляда ставил себя. Но за уродование Шекспира, надеюсь,
 в театральном аду он сгорит.
На что я ему ответил:
- Мне всё равно, что вы там думаете. Не вы мне судья будете, а время.
(Режиссер Николай Коляда, 2021 год)


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:


СЦЕНА I
(в секонд-хенде)
ПРОДАВЩИЦА
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ
МУЖЧИНА

 
СЦЕНА II
(в аду)
СЕКРЕТАРША
РЕЖИССЕР БОГОХУЛЬЦЕВ
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ


СЦЕНА III
(в раю)
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ
ПРОДАВЩИЦА
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ
СЕКРЕТАРША
РЕЖИССЕР БОГОХУЛЬЦЕВ
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ


ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
СЦЕНА I
(в секонд-хенде)

ПРОДАВЩИЦА (перевешивая вещи на плечиках). Нет, ну она тоже такая интересная… Подберите мне, говорит, штанишки такие бархатные, чтоб как у этого… Ну в трагедии ихней… На «Гэ»… Или на «Му»… Короче, всё, память отшибло.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (угодливо). Му-Му?
ПРОДАВЩИЦА. Да нет! У Шекспира. Появлялся ещё, всех распугал ... На «Гэ».
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Тень отца Гамлета, што ль?
ПРОДАВЩИЦА. Да типа того! Совсем уже с ума посходили! Подберите! Здесь тебе дом мод что ли? И ведь ходят, и ходят…
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. И не говорите….
ПРОДАВЩИЦА. И вот целыми днями здесь такое адское шапито. Ну теперь хоть два через два буду выходить, а то сколько ж можно без выходных-то пахать. Тут же с этими... всякими разными... йокнешься…
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. С ними только так, только так... И кого, говорите, пришлют?
ПРОДАВЩИЦА. Да не видела её ещё, взяли пока на испытательный срок. Националочку эту, на «Гэ» или на «Мэ»?  Гаянэ? Нет… А, во! Мухабат! Аутсорсинг теперь это у них называется.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Как-как?
ПРОДАВЩИЦА. Аутсорсинг какой-то.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Да нет, я про эту...
ПРОДАВЩИЦА. А-а-а... Му-ха-бат. По-русски Люба...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Странно звучит. (Доверительно, продавщице). Вот я и говорю, я же тоже всю жизнь, как Савраска... железнодорожницей до пенсии, ага... Так всю жизнь и отпахала!
ПРОДАВЩИЦА (кому-то в сторону). С жёлтым ценником - это уже со скидкой. Весы в конце зала. Ну что ж вы кучей-то кидаете! Это я не вам!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Сейчас приду домой, спрячу всё. Чтоб мой не нашел. А то его инфаркт хватит. Скажет, чего это ты себе снова всё покупаешь и покупаешь… Сплошное разорение...
ПРОДАВЩИЦА. Правильно-правильно!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. А что мне, ему что ли покупать? Деньги только переводить. Нервы-то надо чем-то успокаивать. Вот я и успокаиваю. Этим самым, как его...
ПРОДАВЩИЦА. Правильно-правильно! Шоппингом...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Во-во... Мой совсем сдурел с этой политикой. Из дома не выходит. Только всех хает-поливает... Вот так придёшь из магазина, душу отведёшь, намеряешься, с хорошими людьми поговоришь, в хорошем настроении… А он всё своё: бу-бу-бу да бу-бу-бу... С телевизором на пару. Так бы и дала ему по лбу!
ПРОДАВЩИЦА. Правильно-правильно!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА.  Сковородой чугунной!
ПРОДАВЩИЦА (задумчиво, как бы улыбаясь своим мыслям). Сковородки в "Смешных ценах" хорошие, крепкие такие... Нашего производства. Чугунина - она и есть чугунина!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Да... Это тебе не Китай...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Ну Боже мо-о-ой! Бо-о-оже! (Перебирает что-то на вешалках).
ПРОДАВЩИЦА. Что такое? У вас там всё хорошо? Вы не думайте, если вы про запах...
К нему надо привыкнуть. Это они газом специальным вещи обрабатывают... Это летучий газ, он потом выветривается. Дома в тазике ополоснёте...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Господи... Что? А? (Вынимая наушники из ушей). Это вы мне сказали сейчас? Я не слышу… Я говорю, просто не могу представить, кто в этих вещах мог ходить и по какому случаю...
ПРОДАВЩИЦА. Ну как, кто?..
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Бо-о-оже! Это же золотые восьмидесятые! Это же практически лакшери! Гламур сплошняком идет... Вот эти наряды практически от кутюр ведь!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Ну да! О! И платье как в "Санта Барбаре"!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Ну почти... И вот, полюбуйтесь, от Шанель твидовый жакетик... Оригинал что ли? Где там шильдик? (Надевает очки, разглядывает). Бооооже! Оригинал!
ГОЛОС ИЗ ПРИМЕРОЧНОЙ. Какая баба не мечтает о Шанель! (Все вздрагивают, озираются).
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (неодобрительно). А в этом фраке как будто этот, муж её в коме лежал, в сериале… Как его, ну этот, когда они свадьбу ещё на пожаре играли... Мда-а… Приличненько. Даже с бабочкой...
ПРОДАВЩИЦА. Бабочка идёт в комплекте.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Я б своему взяла…
ГОЛОС ИЗ ПРИМЕРОЧНОЙ. На похороны в самый раз! (Все снова вздрагивают).
ПРОДАВЩИЦА (озираясь). Вот и берите!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Вот вроде говорят, секонд-хенды - секонд-хенды, нафталин- нафталин, а так посмотришь... Вот только представить... Кто и когда это надевал?
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Да... Представить страшно. До жути!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (выходя из примерочной). А иногда в дырдочку что-то попадается...
ПРОДАВЩИЦА. Ах, это вы что ли тут? За шторкой чревовещаете… Женщина, не надо так людей-то пугать!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Во-во… Мне аж поплохло… Думала, глюки уже начались. Как из преисподней… чесслово… Как тень отца Гамлета…
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Не наводи тень на плетень, вот такая дребедень.
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА (выхватывая какую-то вещь с вешалки и потрясая ей). Коко Шанель! Ну точно Коко, просто прям какое-то рококо! Блеск и нищета!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Чаво? А ты б не вякала! Раскококалась тут. Коко – не коко, скажите пожалуйста!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Да это я не вам! (Окидывает широким жестом секонд-хенд, потрясая каким-то блестящим платьем в перьях с оторванным подолом). Блеск и нищета!
ПРОДАВЩИЦА. Ну уж, скажем так, не нищета... Вы за кого нас тут держите?
МУЖЧИНА лёгкой степени небритости (просовывает голову между вещей). А как вы считаете, мне эта рубашка хорошо будет? Или это что тут у вас? Бархатные штанишки? Забрызганные… Нитки торчат...
ПРОДАВЩИЦА (озабочено). Вы нас тут подслушиваете что ли? (Примирительно). Состав надо смотреть. Нитки отрежем потом на кассе. Пятнышко ототрём. У меня для этого салфетки специальные есть...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (мужчине). Что ж вы один-то? Что за вами никто не ухаживает что ли? Не следит? Эх, грехи наши тяжкие...
МУЖЧИНА (плачущим голосом). А состав не указан, тут бирки срезаны...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (ехидно глядя на продавщицу). Да, чему удивляться-то, дурят здеся нашего брата!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Что ж Вы, один? Как теперь…
ПРОДАВЩИЦА. Идите в примерочную, сейчас я подойду, посмотрим... Прощупаем, что там за состав. Всегда щупать надо. На месте.
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (угрожающе). Иди, иди!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. А я своему так и сказала, делай что хочешь, а в мои пакеты не лезь... И каждый раз ведь у него до истерики. Теперь прятать прямо в подъезде приходится.
ПРОДАВЩИЦА. Правильно-правильно!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА.  Прям аккурат за мусоропроводом я приспособилась, там свои пакеты ставлю...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. У нас одна соседка с первого этажа, когда разводилась в семидесятые годы… Одиннадцать тридцать три - мужики так их звали, и её, и дочь еённую, - одиннадцатый дом тридцать третья квартира. Никому не отказывали, шастали к ним. «К одиннадцать-тридцать три иду», енто у них как пароль был.
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Хм…Какая, однако, блудная дочь…
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА.  А мать? Мать лучше, что ли?
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Но суть не в этом. Так вот, мать еённая притаскивала нам ихние ковры. Персидские. Целых два! Волоком! С первого на пятый!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Смотря как к этому относиться…
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА.  К блуду?
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Да нет, я имею ввиду, ковры по этажам тягать. Это даже уже не фитнесс, а как кардио, это почти что силовая тренировка.
ПРОДАВЩИЦА. Кстати, текстиль для дома тоже посмотрите! Тоже гламурненько. И всё почти новое...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (воодушевившись). Дык в подъезде ж не оставишь! Ковры! Они ж тогда целое состояние стоили... А так бы муж соседкин, по разделу, как имущество, отжал. Через суд. А так ковров в квартире нет, и суда нет... Она ещё на суд просила ходить всех нас, соседей, свидетельствовать, что муж ейный там уже два года, как не проживает...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Что это вы всё про суды да про суды?
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. По тем нашенским законам его выписать спокойно могли... Мужа... Два года не появлялся. Правда, потом они помирились. Ушел он от полюбовницы-то. Ковры свои забрали. И с нами здороваться сразу перестали. Как будто это мы им виноватые в ихней катавасии...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Красота какая!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Да не скажите!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Да это я не Вам! Это я про эти штанишки в перьях! Тяжёлый люкс, фирма;! На 56 - 58 размер... И как смело... Кто это и куда надевал?
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. На бал-маскарад что ли? (Напевает что-то из Штрауса).
ПРОДАВЩИЦА. 56-ой написано?
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Три икс эль написано.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Это "трихуэль" по-русски!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Совсем уже обалдели, всё на иностранном языке! Правильно, теперь вам запрещают... Вам волю дай, всю Рассею продадите... (Роняет клюку).
ПРОДАВЩИЦА (ошалело). Правильно-правильно! Вы палочку-то поставьте!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА (снова находит что-то неординарное на вешалке). Какая роскошь! Винтаж! Нет, ну иной раз так смело!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Смелость города берет.
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Боже мой, Боже мой! Ведь носили! Умели себя подать!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Дай Божэ;!
ПРОДАВЩИЦА. Ну и берите!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Вот как будто королева-мать платье это надевала!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (вынимает что-то из кучи белья и бросает обратно). Твою ж мать!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Практически Диор! Армани!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Армяне? Им волю дай... Сейчас кто только не шьёт...
ПРОДАВЩИЦА. А вот на этих вешалах только люксовые бренды, новый завозик...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Платье - шик! Только жабо отрезать... А жакетик какой!  В пастельной палитре... Тихая роскошь... Как у принцессы Дианы... Помните, когда она в шляпке такой эффектной, на скачках? Шляпка такая в виде дирижабля...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Шапки не надо здесь мерить. Не советую. Давеча мне свояченица рассказала, они мерили, в приличном, между прочим, магазине. А потом через неделю из школы медсестра звонит: у вашего мальчика гниды... Вши!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Да что вы в самом деле?! Какие гниды? Какие вши?
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Чарльз у них больно противный.  И всегда таким был... Лопоухость ещё никого не украсила... Помните его?
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Помним-помним!  Как же не помнить... Мы ещё и не то помним. Насчёт вашего Чарли не знаю, но мы ещё Ленина с Керенским припоминаем. Как он в юбке бежал... С гусем под мышкой. Вот как раз здесь точно такой расцветочки юбка, коричневая, шоб не видно было, если обделаешься-то со страху... Очень практично. Я б такую себе взяла. Только размер, кажется, не мой, маловатый что ли...
ПРОДАВЩИЦА (обиженно). Это кэмел вообще-то. Песочный. Самый модный цвет в этом сезоне. (Интеллигентной покупательнице, сменив тон). О, как вам идёт! Как будто прямо на вас шили. Да вы в примерочную проходите...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Я? Н-е-ет... Я ещё побольше наберу, тогда уж...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. У вас пакеты сегодня какие? Не черные случайно?
ПРОДАВЩИЦА. Сегодня белые.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Плохо. Черные лучше. Прятать удобнее...
МУЖЧИНА (игриво, озабочено). Я уже за шторкой, я жду!
ПРОДАВЩИЦА. Щас, вы пока покрутитесь там, ширинку не застегивайте! Смотреть будем!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (нервно жуя губами). Правильно-правильно! (После некоторого замешательства, как бы решившись). Скажите ему, пусть выйдет, мы тоже посмотрим!.. Сейчас приду, спрячу... А то инфаркт хватит... Ох, грехи наши тяжкие...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Совсем уж стыд потеряли... А всё Гейропа ваша!
ПРОДАВЩИЦА (оскорбившись). Не хотите, не берите. Ходят тут всякие, а потом вещи с желтыми ценниками пропадают.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. И что характерно, пакеты, скоты, тырить повадились. Из-под носа давеча увели. Оставила позавчера у мусоропровода; этот меня отвлек, склерозник мой. Так я и забыла. Хватились вечером, ну что ты будешь делать, - нет пакетов! А я там труселей себе, правда бэу, но ещё вполне… (Вздыхает). Двое лифчиков, майки – штук семь; всего набрала, и всё унесли... И не вернули.
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Да кому ваши трусы нужны?
МУЖЧИНА (из примерочной). А! А-а-а! А-а!
ПРОДАВЩИЦА. Что у вас там случилось? (Бросается к примерочной, нерешительно теребит шторку). У вас там все в порядке?
МУЖЧИНА (сдавлено). Зажевало! Кажется... Молния не работала, я её туда-сюда, и зажевало!
ПРОДАВЩИЦА. Да что зажевало-то?
ГОЛОС МУЖЧИНЫ (из примерочной). О-о-о....

Все присутствующие дамы (интеллигентная покупательница, пенсионерка-железнодорожница и старушка с клюкой) медленно с опаской подходят к примерочной, не решаясь заглянуть внутрь.
 
МУЖЧИНА (сдавленным голосом). Да всё! Кабзда! Зажевало... (Звук падающего тела).
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Плохо дело. Припадок что ли? Вызывайте скорую!
ПРОДАВЩИЦА. Набираю… Звоню...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. А лучше сразу в МЧС!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (Интеллигентной покупательнице). А ты б не умничала! Ишь! Королевишна аглицкая какая сыскалась... (Клюкой отодвигает шторку).
У стены лежит мужское тело без признаков жизни. Вся компания вздрагивает.
ПРОДАВЩИЦА. Нет! Не звоню!.. (После недолгой паузы). Так, девочки, мы ничего не видели. Спокойно! Смотрим вещи. Мерим. Сейчас моя сменщица Мухабат придет в три часа. Придёт и меня сменит... Пусть сами там потом, как хотят, разбираются...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Правильно! У нас тоже случаи бывали. Машинист всегда крайний. Тело с рельсов кто соскребает? Наш брат-железнодорожник!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Очень познавательно...
ПРОДАВЩИЦА. Кошмар!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Нет, я всё понимаю, откровенно, но не до такой же степени!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (ворчливо). Не нравится, нечего здесь шастать!
ПРОДАВЩИЦА. Ох... Пусть Любка сама с этим разбирается. В мою смену никогда никаких ЧП не происходило. У меня - репутация. А эта, пришлая, да и шут бы с ней. Пускай. Не жалко. На нее всё повесят. На Любку...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. А Любка - это кто?
ПРОДАВЩИЦА (широким жестом указывая на дверь). Ну эта...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Ааа... Му-му... Как её там?
ПРОДАВЩИЦА. Мухабат. По-русски Люба.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Кто она вообще такая? Она и скидки, поди, не даст. Гнилое племя. Не надо нам её! Правильно...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Чудно; всё-таки. Не мытьём так катаньем они к нам... Проникают...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Да что они вам сделали? Вы её ещё даже не видели! Вы ещё татаро-монгольское иго вспомните!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. И вспомним! Мы всё вспомним! Это вы все добренькие, а потом они нас резать начнут.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Правильно! На кусочки! Как Грибоедова...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Вы ещё Пушкина бы приплели. Ну не начали же резать...
ПРОДАВЩИЦА. Да какая разница!.. Девочки, потише пожалуйста. К нам уже заглядывать начали из соседних отделов. Давайте пожалуйста дебаты разводить не будем. А то все как свидетели пойдем. По статье... А оно нам надо?
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Не надо!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Ну я тогда потихоньку пойду? От греха подальше. Пробей, Светланушка, мне. Да, и ещё эти две кофточки.
ПРОДАВЩИЦА (торопливо). Красиво, красиво всё! Вам очень хорошо! Вот девочки не дадут соврать. Всё так подошло... (Подбегает, воровато оглядываясь, задёргивает поплотнее шторку в примерочной, ногой подвигая тело в глубину кабинки). Сейчас! Упакуем по высшему разряду. Сейчас, сейчас...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (ошарашенно). Пойду, пожалуй... Мне ещё тоже... Пакеты в подъезде прятать... И обед этому полудурошному сообразить. Все-таки свой же... Родной… Не чужой человек...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Да... Нехорошо как-то получилось... Некрасиво. Еще с Мухабат этой…
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Хорошо-нехорошо… Суду всё ясно! Со своей стороны прошу записать в протокол... (Все вздрагивают). Скидку мне дайте хорошую, и я - могила!
ПРОДАВЩИЦА. Уф... Зачем же так пугать? Только 5%, больше не могу. Пойдёмте пробью вас всех. Сейчас уже Мухабат скоро придёт...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Му-ха-бат...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. По-русски Люба.
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Практически принцесса Диана...
ПРОДАВЩИЦА. Да... Три в одном.
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Меня первую пустите. Как ветерана!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА (оскорбленно). Да пожалуйста! Всё-таки вонь тут у вас стоит...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Говорят же тебе, - газы! Как в первую мировую, зарин там всякий... Иприт...
ПРОДАВЩИЦА. Да какой иприт?! Не наговаривайте! (Старушке, громко по слогам). С вас 242 рубля... Со скидкой! Это уже со скидкой...

Рассчитываются. Раздается телефонный звонок.

ПРОДАВЩИЦА (в трубку). Да? Да! Мухабат?! Что? Ну, где тебя носит, давай уже, давай скорее! (Выдыхает с облегчением. Обращается ко всем присутствующим). Через десять минут придёт. Снова на Чертановской трамваи встали. Скоро все домой пойдём.

Все вздрагивают и оглядываются на задёрнутую шторку примерочной.

ПРОДАВЩИЦА. И, девочки! Не забываем, через неделю новый завозик. Вот здесь объявление в понедельник повешу. Ждём вас, приходите!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Пенсию получу, и тогда, как штык...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Штык в первую мировую войну, он, знаете, как?..  (Осекается, силясь что-то вспомнить). А с Наполеоном? Штык, братцы, рубит, колет, режет! Штык - это наипервейшее дело для русского человека...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА (не выдерживает). Да что вы в самом деле? Вас уже пробили? Вот и идите! Вот и не начинайте! Ксенофобии тут свои… разводить... Антимонии! Не задерживайте очередь...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Ну и пожалуйста! (Выходит).
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (вращая глазами и нервно теребя сумку). Сколько там вышло?
ПРОДАВЩИЦА. Так... Это то, это то... Итого. С вас 5790.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Батюшки... Чего-то сегодня перебор. Много получается. Сегодня я дала маху... Может откинуть две кофточки?
ПРОДАВЩИЦА. Да вы что! Вы же в них как девочка! Как шальная императрица!
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (с сомнением). Ну тогда оставьте... Правда, не знаю, куда я их буду носить... И когда... Их же ещё легализовать надо. А то этот скажет, откуда у тебя такая кофточка...
ПРОДАВЩИЦА. Ой, это уже не наше дело. Не задерживаем очередь. (Интеллигентной покупательнице). Давайте, что у вас? Те туфли не будете брать? Смотрите, а то завтра придёте, их уже не будет... Себе, может, возьму... В них и в пир, и в мир, и в добрые люди. В театр наконец схожу!.. (С сомнением). Может быть... В кои-то веки...
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (снова заглядывает в отдел). Про театр говорите? А слыхали, у нас недавно режиссер один умер? На букву Бэ... Бэ-Бэ… Или на Бо?..
ПРОДАВЩИЦА. Ой, не надо нам, пожалуйста, такие страсти здесь рассказывать!.. И без режиссера вашего тошно!
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Вы же пошли уже? Вот и идите!
Старушка скрывается за дверью.
ПРОДАВЩИЦА. Вот и ладненько...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. (вслед уходящей старушке). Ну-ну... Гуляй, рванина...
ПРОДАВЩИЦА. Ну почему? Отличные вещи... Если в тазике, особенно с уксусом ополоснуть.
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Вот чего это она?
ПРОДАВЩИЦА. Все режиссеры какие-то мерещатся, соседи с коврами… Вот не дай Бог так на старости лет...
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Это нервы, это всё нервы... Живём как собаки… на драке… (Опасливо косясь на примерочную). Это всё ретроградный Меркурий виноват. Это всё он...
ПРОДАВЩИЦА. Но баловать-то себя иногда надо. Почувствовать себя женщиной. Какая ж женщина уйдет без обновки!..
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Это-то да…
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ (входит снова). Ой, я, кажется, где-то клюшку свою у вас оставила...
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА (вздрагивает). И снова здравствуйте!
ПРОДАВЩИЦА. Ну опять двадцать пять... Где эту Мухабат черти носят?..

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
СЦЕНА II
(в аду)
Приёмная ада. Посетители-режиссёры сидят на стульях под табло с бегущей строкой:
«ТЕАТРАЛЬНЫЙ АД. ВСЕ ЧЕРТИ ЗДЕСЬ».
Через сцену натянута веревка, на которой висят камзол и бархатные штанишки.
К штанишкам пришпилен инвентарный номер с надписью «William Shakespeare».
Секретарша сидит за пишущей машинкой. Грохот каретки, стук клавиш.
Над кабинетом Главного световое табло:
«НЕ ВХОДИТЬ. ИДЁТ РАЗБОР ПОЛЁТОВ».

СЕКРЕТАРША. И вот целыми днями здесь такое адское шапито. Ну теперь хоть два через два буду выходить, а то сколько можно без выходных пахать. Тут же с этими... всякими разными... йокнешься...
БОГОХУЛЬЦЕВ. Ангел мой, нельзя ли потише? Кареткой громыхать... (Повышая голос). И так уже мозги набекрень. Который день сидим... Сколько можно! Я этого так не оставлю!
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ. Да тише вы!
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР. Прекратите скандалить, сейчас из-за вас нас всех понизят до минус первого уровня!
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. Тоже мне, круги Данте... Посмотрите на него, уже пора б успокоиться, а он всё дёргается.
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ (полушепотом второму режиссеру). А это кто, простите?
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР. А это режиссер Богохульцев, прошу любить и жаловать, известная, между прочим, личность. Неужели не узнали?
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ. А-а-а… Сразу-то и не признал. Он обычно Гоголем, а тут как все…
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. Ой потише, а! И без Богохульцева вашего тут и так тошно. (Повысив голос, во всеуслышание). Сиди, жди своей участи теперь с нами… в общей очереди. Шекспир недоделанный!

Из кабинета главного пулей вылетает какой-то полуголый человек. Прикрывая срам портфелем, бросается в кулису. Богохульцев вскакивает. В предбаннике театрального ада воцаряется недолгая тишина.

ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР (многозначительно). Видали? Вот то-то и оно.
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР. Это теперь куда его?
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ. Куда-нибудь да определят... Наверно…
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. А это кто вообще был? Не этот, с Минкульта?
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР (шикает). Тсс!
БОГОХУЛЬЦЕВ (вскидывается, бросается к двери; безуспешно бьётся с мощным торсом вставшей грудью секретарши). Да пустите же меня!
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. Шалишь! Здесь такие штучки не пройдут! Это вам не там, наверху, где всё подмазано...
БОГОХУЛЬЦЕВ. Пустите! Я этого так не оставлю!
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. (Бросившемуся к нему Богохульцеву). Сидеть, падла! Ты ещё мне поскули тут!.. (Обращаясь ко всем). К порядку, товарищи!
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР. Этого не пускать. Он нам всю очередь тут застопорит. Ишь, какая цаца... Шекспиром себя возомнил, классические тексты правит...
БОГОХУЛЬЦЕВ. Мне всё равно, что вы там думаете! Не вы мне судья будете, а время!
СЕКРЕТАРША (напевает). Старинные часы... Ещё идут… Старинные часы… Свидетели и судьи...
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР. Ага, щас... Ты нам тут зубы не заговаривай! Вот ты Шекспира правил, перекраивал, за это и будешь гореть в аду! Ведь никаких своих идей! А это, по сути, театральный секонд-хенд! Зато в твоём режиссерском портфолио была строчка: Шекспир! И на афишах значились ты и Шекспир через запятую!
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ. Аутсорсинг теперь это у них называется. Он пишет основное, а Шекспир типа у него на подхвате.
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР. Ну ничего своего! Ничего святого!

Богохульцев краснеет, закашливается, пытается что-то сказать, судорожно расстёгивает портфель, выхватывает оттуда бумаги, что-то ищет в них. Снова порывается штурмовать кордон в лице секретарши.

ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. В порядке общей очереди, товарищи! Ну товарищи! Собакины вы дети...
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ. Тут такая тема, не слышали? Говорят, новые котлы завезли...
БОГОХУЛЬЦЕВ. Какие ещё котлы?
СЕКРЕТАРША (напевает). Старинные котлы... Ещё идут. Старинные котлы. Свидетели и судьи...
САМЫЙ РОБКИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ. Ну варить нас в чём-то же будут... Варить в чём-то же должны? В котлах же вроде? Или?
БОГОХУЛЬЦЕВ (роняет портфель, со стоном валится на стул). Оу-у-у!
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР (умильно, со вздохом). Дура-ашка...
СЕКРЕТАРША (напевает). Фарш невозможно провернуть назад... И время ни на миг не остано-овишь...
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. (Поднимает упавший портфель, отряхивает, кидает на голову Богохульцеву). Вы бы, батенька, режиссерскими портфелями того... Того этого. Не разбрасывались.  Понятно изъясняюсь? Поаккуратней. Шекспиры, они, знаете ли, того... Они этого не любят.
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР. Правильно-правильно!
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР. Кто он вообще такой? Возомнил о себе… Не надо нам его!
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР. Чудно; всё-таки. Не мытьём так катаньем они к нам... Проникают...
БОГОХУЛЬЦЕВ. Да что я вам сделал? Вы, наверно, ни одного моего спектакля даже не видели?
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР (недобро). Нам и не надо видеть. Стянул на себя все бюджетные средства. Развёл свой театр кабуки!
БОГОХУЛЬЦЕВ. Вы ещё Эсхила с Софоклом и Еврипидом вспомните!
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. И вспомним! Мы всё вспомним! Это вы все такие приходите белые и пушистые: сначала они по Станиславскому, а потом Шекспира кромсать начинают.
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР. На кусочки! Сначала Шекспира, потом Грибоедова...
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР. Правильно-правильно!
БОГОХУЛЬЦЕВ. Вы бы ещё Пушкина приплели.
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. Надо будет, и это к делу пришьем. Мы на тебя целое досье собрали.
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР. Не наседайте на него. А то раньше времени инфаркт хватит...
ТРЕТИЙ РЕЖИССЕР. Ишь, думал, типа умнее всех! Шекспир в бархатных штанишках выискался… Вот теперь пусть знает, управа найдётся!
ПЕРВЫЙ РЕЖИССЕР. Ох, грехи наши тяжкие...
ВТОРОЙ РЕЖИССЕР. Да какая разница!.. Кончайте вы с ним…
СЕКРЕТАРША. Господа режиссеры, потише пожалуйста! К нам уже заглядывать начали из соседних отделов. Давайте пожалуйста дебаты разводить не будем. А то все как свидетели пойдёте. По статье...

Воцаряется недолгое молчание. У секретарши звонит телефон. Она со звоном возвращает каретку пишущей машинки на место, после чего берет трубку.

СЕКРЕТАРША. Кого? Кого вызвать? Одну минуточку. (Встаёт, проходит вдоль ряда оцепеневших посетителей, заглядывает под стулья и за дверь. Возвращается на место, снова берет трубку. Удивленно). А его нет! Ну как-как? Вот так. Нет... И пока не было... Некролог уже вышел? А-а! А его, наверно, сразу в рай. Ну да! Понятно… Туда, значит, сразу отправили. По особому разряду, значит, у них в реестре проходит…Ну да, да… Да это-то понятно. Ну и правильно! Есть исключения… Вот, и я говорю, что значит, народная любовь. Публика за него стеной. Все инстанции, все телефоны оборвали, хлопочут… Да нет, всё правильно… Но так быстро ушёл… (Расчувствовавшись, кладет трубку).

Включается дыммашина, помещение начинает наполняться клубами дыма. Режиссёры  пытаются спрятаться кто куда (под стулья, в шкафы).
 
СЕКРЕТАРША (делая упреждающий жест). Ку-уда?! Спокойно! Всем сидеть! Ждать своей участи! Отставить панику! Это так и должно быть. К этому надо привыкнуть. Это они газом специальным так обрабатывают... Сначала… Это летучий газ, он потом выветривается. (Снимает встряхивает бархатные штанишки Шекспира, висящие тут же на веревке, начинает разгонять ими дым).
Снова звонит телефон, секретарша снимает трубку.
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ (включается громкая связь). Плевать бы было, если бы он ставил себя. Но за уродование Шекспи-и-ира!

Богохульцев теряет сознание, как куль со стуком падает на пол. Его портфель внезапно раскрывается, из него веером вылетают какие-то бумаги. Играет инфернальная музыка, сверху начинают падать и кружиться листы (вероятно, тексты не поставленных пьес).
Лица режиссеров в дыму бледнеют, краснеют или зеленеют (в зависимости от прихоти осветителя). Все вскакивают, жестами и позами повторяя финальная сцену "Ревизора".
Секретарша крутит фуэтэ.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
СЦЕНА III
(в раю)

Входит улыбчивый человек в тюбетейке, вокруг него толпятся дамы из секонд-хенда, они пытаются взять у него автограф, протягивают ему цветы, книги, программки, весело щебечут, расталкивая друг друга.

ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. А мы вас знаем, а мы вас узнали!
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ (присаживается на что-то наподобие облачка, подписывает программки и книги). Милые мои, а я ведь знал, что вы придёте!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Что ж вы сами на поклоны не вышли? Мы ждём-ждём…
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. Ничего, ничего… Потихоньку, не всё сразу. Не волнуйтесь, девочки, всем подписать успею. Всем подпишу. У меня теперь времени много. «Я не старею». Теперь «мне всё время весело и радостно…»
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Вот просто до слёз! Магия театра. Волшебство какое-то. Выходишь, и ты другой человек… Вот как вы это делаете?
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. «Я сам часто хожу в театры, это моя жизнь. Мне обычно через три минуты всё понятно. Если дядьки и тётки приклеились к бороде, надели парики и заговорили нечеловеческими голосами, я сижу и думаю: а что вы такие фальшивые, что же вы такие не правдивые? Вы же в жизни так не говорите и так не ходите и руки так не заламываете. Для меня это всё мертвечина. Поэтому я много лет назад создал театр, где пытаюсь сделать всё, чтобы не было этой театральной лжи и фальши, этого костюмированного вранья, с которым я пытаюсь бороться всеми силами.
В моём театре всё живое. Там показываем жизнь такой как она есть…  Я не понимаю, что такое сценическая пощёчина! Не понимаю! Это когда руку на метр до лица не донесли, а человек уже падает. У меня бьют как в жизни!.. Можно слона в цирке научить ходить по верёвочке… Артиста можно научить громко произносить слова, и даже красиво ходить по сцене. Но если ты не родился кошкой, ты ею не будешь никогда. Никогда!»
ПРОДАВЩИЦА. А мне, а мне подпишете? Я вообще в первый раз в театре, представляете? Очень-очень понравилось! Прямо вот как про нас будто!
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. Про вас, про вас… А как иначе. Обязательно приходите ещё. Я вам пригласительный в кассе оставлю на «Орфея». Придёте?
ПРОДАВЩИЦА. Теперь обязательно буду ходить! И дочь с зятем приведу, сестру, племянницу… И чего это я раньше… вот как-то и не задумываешься, всё по инерции всё куда-то спешим, куда-то бежим…
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. «Давайте посмотрим в зрительный зал. 70-80 процентов – это женщины 40-45 лет и старше. Дети повзрослели, работа приелась, а хочется еще от жизни яркости, эмоций. Как драматург и режиссер я должен думать об этих женщинах. Поэтому на сцене у нас много танцев, молодой энергии, праздника. Но обязательно пробьется среди шумного многоголосия щемящая нота нежности, грусти, надежды. В пьесе «Амиго» есть такие слова: «Все проходит. Радость остается». Вот, подписываю программки для зрительниц и спрашиваю: «Где ваши мужчины?»
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА. Мой дома сидит на диване, снова перед телевизором или в компьютер зенки лупит…
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. Как, говорите, вашего мужа зовут-величают?
ПЕНСИОНЕРКА-ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (смущенно). Ну, зачем… Ну, Юрий Петрович…
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ (подписывает книгу). «Пишу адресно: «Юра, жду в театре!»
ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА. Моему тоже, пожалуйста, подпишите! Иннокентий, да…  Можно, еще одну книжку у вас приобрету для подруги, там еще остались?
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. Всем хватит. «Привезли сегодня из типографии 14 том моего собрания сочинений.  На подходе 15, 16, я вычитываю гранки 17 тома. Если типографию не закроют до конца года, то вы пущу и 18, 19 и 20 тома. Книга продается только у нас в театре. Можем и выслать - посмотрите на сайте, как сделать заказ. Цена 1300. Радуюсь тому, что книга вышла только я один. А кто еще? Кому оно надо? Никому. Только мне».
ПРОДАВЩИЦА, ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПОКУПАТЕЛЬНИЦА, ПЕНСИОНЕРКА -ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИЦА (хором). Неправда! Нам надо!
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Это ведь всё про нашу жизнь, про людей…
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. «Я всю жизнь пишу про людей. Я люблю людей, без любви к человеку ничего не напишешь! Любить – это сострадать человеку, жалеть его, сочувствовать. Чем я могу помочь человеку? Написать о нём, пролить слезу, если надо. Пожалеть его. Дойдёт ли это до человека? Не знаю. Но это где-то останется, в мире, в космосе, в жизни нашей. Моя боль, моё сострадание, обязательно останется».
И вы тоже приходите, оставлю вам на кассе пригласительный, только сейчас все билеты проданы, а хотите на премьеру, на будущий сезон?
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Хочется… Ой, как хочется! Хочется пожить, и в театр снова пойти. Боюсь, как бы не помереть к тому времени, как у вас сезон ваш откроется… Уже старая совсем, в зеркало на себя как гляну, пугаюсь…
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. «Мишка, мой сосед по даче, помер лет 7 назад от цирроза печени. Пил, как проклятый. Вот он приходил ко мне всегда, когда я в Логиново приезжал, денег занимал (никогда не отдавал) и всё спрашивал: "Ты с какого года? С пийсят седьмого? Дак мы ровесники!".Я смотрел на него, водярой измученного, страшного старого старика и думал: это я так выгляжу. Мишка помер. Потом и Сонька, его жена, она была моложе Мишки лет на десять - тоже отправилась в Первый квартал: так они называют в Логиново кладбище. Были совсем молодые. Выглядели как старики.
Мне недавно один знакомый говорит:
- Слушай, что ты всё про них - бабки, бабки, злые бабки. Коля! Они же наши ровесницы!
А и правда. Совсем недавно, кажется, мы с ними, с такими же, пили, ночью орали, гуляли по улице, на танцы ходили, черт знает, какие идиотские поступки совершали - и вдруг они, эти девчонки, стали злыми бабками. А как так случилось?
Мне этот знакомый говорит:
- А может, мы на них похожи и такие же злые стали, только не замечаем?
Черт его знает. А может, они всегда такими бабками были в душе, а мы не замечали этого?»
Вы обязательно доживёте до премьеры и до следующего сезона. Надо жить!

Вспомнилось ещё, «я писал одну пьесу и думал: зачем я это пишу? Ну, заказала мне Лия, великая актриса, попросила написать и только поэтому я и пишу? Что-то стыдновато было. А потом вдруг до меня дошло, и я всё понял. Я понял, что я пишу про маму и папу и сразу легко и быстро всё написалось. Я помню эту ремарку про маму, которую я вдруг написал и которую не стал выкидывать, и мне не важно было, как они в театре сделают это и сделают ли, мне важно было это написать: «Мама моя, не умирай!!!!!!! Никогда не умирай, мама!!!! Если ты умрешь, то умрёт всё, всё, всё, что было у меня, умрёт моё детство, умрёт наш старенький дом, не умирай, мама, не умирай, прошу тебя, не умирай, мама, не умирай никогда…»

Входят секретарша, все режиссеры, рассаживаются вокруг возвышения, где сидит рассказчик.

УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ.  «В детстве я также вот любил сидеть на крыше и смотреть на степь возле дома в Пресногорьковке. Там была степь - зимой белая, снег нетронутый и далеко-далеко полоска черного леса, который назывался Казахским - там кладбище казахское было. А летом степь была зеленая, цветная, в ярких цветах, которые быстро сгорали под солнцем, и уже к середине лета степь превращалась в ковер пожухлой травы, которая трещала и ломалась под ногами. Там, за степью, далеко-далеко, виделся мир и мир этот казался таким огромным и прекрасным, таким недосягаемым.
Я уже и не помню, когда я мечтал так же, как в детстве, о чем-то».

«Выскочили воспоминания», 2015 год…
«В кафе в Пресногорьковке нас собралось человек 40-50. Все, конечно, постарели - жизнь почти прожита, но все, какие были по характеру тогда, давно - такими и остались. Кто был балагур и баламут - такой и остался весельчак, кто был поскромнее и помолчаливее - тоже остался таким же.
Я сидел, смотрел на всех, разговаривал со всеми и с трудом узнавал многих. Прошло сорок два года, некоторых я с тех пор и не видел.
Было очень душевно и тепло. Мы жутко смеялись всё время. Была наш учитель Любовь Петровна Хмель, приехала из Кургана.
У всех своя жизнь, нормальная, человеческая жизнь - как-то сложилась. Аля Балякина работает в Кургане в больнице, Люба Околович работает в Пресногорьковке продавцом (это мои подружки!). Дружок Вася Шешминцев закончил мединститут и уехал с женой в Германию, где сейчас и живет, работает стоматологом, взял фамилию жены, и он теперь Вилли Шварц. Ну, как-то по-немецки не очень звучало бы Vasja Scheschminzev.
Уехала в Германию и еще одна подружка моя Галя Черепанова - вышла замуж за немца и много лет назад уехала. И как-то потерялась. Кто-то всю жизнь шоферил, кто-то работал учителем. У каждого своё. Как-то очень хорошо мы посидели, и я очень рад был, что всех увидел. Хоть бы никто не болел бы и хоть бы все жили бы долго.
Молодые разговаривают там, в кафе и говорят про нас:
- А кто там празднует, кто это там так смеётся?
- Да какие-то старики и старухи ...»

Незадолго до. «Когда Жебайка был маленький и один жил у меня в квартире, он любил лежать у меня на руке на столе или на коленках, а я что-то сочинял, писал пьесы. Теперь кошек у меня много и, чтобы они не пакостили, не рвали бы бумаги и книги, я закрываю одну комнату, где компьютер. Сегодня взял в эту комнату одного Жебайку. Он прям был счастлив. Детство вспомнил. Мурчал и облизывал мне руки…». Как будто чувствовал, прощался.
«... Я знаю, какой будет мой вечный сон, мой вечный рай. Там, на том свете, когда умру, я буду жить в этом моем деревенском доме. Всегда будет лето. Все кошки, которые в жизни были со мной, будут со мной там. Блудня тоже будет. Мы будем сидеть во дворе, ходить по огороду, вечером они все лягут вокруг меня, и мы уснем. Я думала поселить людей в этот рай, но решила - никого там не будет. Я не хочу ни с кем разговаривать, только с кошками. Только я и кошки, больше никого не надо. … Там всегда будет тихо. Мы будем потихоньку жить, вечно жить в раю, нам никого не надо будет. ... Я знаю, что мы встретимся. На том свете, в моем раю. ... Я ехала назад с дачи, въехала в город, дороги не вижу, рыдаю - а впереди маршрутка на светофоре стоит и там сидит у заднего стекла мальчишка лет десяти-двенадцати. Увидел, наверное, бабушку за рулем, толкает в бок маму, сидящую рядом, и смеется. Я отвернулась в сторону, что-то как-то неловко и плачу ещё. Потом поехала и, обгоняя маршрутку, помахала мальчишке рукой. И он с такой радостью, хохоча, стал мне махать в ответ тоже. Я еду, плачу и думаю: жизнь продолжается. Она будет, будет продолжаться всегда. Меня не станет, вас, нас, но мальчишка в машрутке - смешной, радостный, глупый, радующийся жизни, он - всегда будет. Не может быть, чтобы его не было, что его не будет. Иначе - иначе не надо жить…»

«Два года назад 20 февраля ушел из жизни Владимир Ильич Макеранец. Пять лет назад в этот же день умер Владимир Иванович Марченко. И вот сегодня, 19 февраля, ушла из жизни грандиозная, невероятная, великая артистка - Вероника Мечиславовна Белковская. Я не могу остановиться - плачу и плачу. Мы с ней очень дружили, а как она играла в моих пьесах - никто так не сможет. Ронька, я люблю тебя и буду помнить.
"Персидская сирень", последние слова в пьесе:
" ... Пауза.
Он. Одна мечта. Бредовое желание. Просьба к Богу. Чтоб как на старой фотографии пусть все будет вокруг. Пусть все вернется назад, на фотографию, но только будет пусть не желтое, как бумага, а цветное, как прежде, как тогда - все так же, все хорошо, все впереди, все живы... (Пауза.) И все живы, и все живы, и мама молодая, и папа молодой, и колонны идут на демонстрацию, и знамена, и радость, и весна, и Первый Май, и сирень цветет, и радость, и покой, и все живы, и все живы, и все живы, и все живы, и мы, пионеры, взявшись за руки, идем: " Встань пораньше, встань пораньше, встань пораньше! Только утро замаячит у ворот! Ты увидишь, ты услышишь, как веселый барабанщик в руки палочки кленовые берет!»
.............
Он повернулся, быстро вышел.
Снова в дверь влетело несколько желтых листьев.
Она стоит одна, молчит.
Достала свое письмо из кармана.
Так запурхалась, что даже и не спросила, как его зовут... Эй, вы? Сосед?
Смотрит в окно, молчит.
Ну да, правильно, не важно. Как-то зовут. Ваней, Васей, Витей, Митей... не важно.
Молчит.
И он не знает, как меня зовут. Акелла промахнулся. Как зовут: Машей, Наташей, Катей, Верой, Таней, Любой...
Молчит.
Как-то зовут меня. Не помню, как зовут.
Молчит.
Надо сказать маме: все возвратится. Все будет. И мама молодая, и папа молодой, и я маленькая с косичками, и все живы, все живы, все живы...
Вертит письмо в руках.
Достала спички, подожгла письмо, кричит во всю глотку:
"- Что сделаю я для людей!? - сильнее грома крикнул Данко! И вдруг разорвал себе грудь и вырвал из нее свое сердце и высоко поднял его над головой !А потом упал и умер... Люди не заметили его смерти и не видели, что еще пылает рядом с трупом Данко его смелое сердце... Только один осторожный человек заметил это, и, боясь чего-то, наступил на гордое сердце ногой. И вот оно, рассыпавшись в искры, угасло..."
Бросила догоревшее письмо на пол, наступила ногой на пепел.
Молчит.
Дурко, правда. Если бы знать. Если бы. День магнитный сегодня. Все в голове дыбом.
Подошла к входной двери, распахнула ее, а там - цветет душистая, густая персидская сирень. На всем белом свете цветет сирень…»
СТАРУШКА С КЛЮКОЙ. Сынок, ты погоди… Ты только не оставляй нас, ладно?  Театр, всё это… Ты только от нас никуда не уходи! Не бросай…
УЛЫБЧИВЫЙ ЧЕЛОВЕК В ТЮБЕТЕЙКЕ. Милые мои, да куда ж я от вас уйду? Мы теперь всегда будем вместе. В моём театре. Я здесь, с вами, я с вами теперь всегда.
«Мы будем потихоньку жить, вечно жить в раю, нам никого не надо будет. ... Я знаю, что мы встретимся. На том свете, в моем раю...» «Я поплакал сегодня. А потом начал вспоминать всякое смешное... И хорошо».



Конец



Вниманию режиссеров, а также завлитов, -
в случае заинтересованности, просьба связаться с автором 
natalie007@yandex.ru  8 916 943-12-36   8 917 422-64-34 igor-sav@mail.ru
Савельева Наталья