Трофей генуэзца

Слуги в камзолах геральдических цветов Арагона — золота и кармина — приняли повод Торменто, увели коня в конюшню и указали лестницу к покоям.

Рыцарь с оруженосцем шли по верхней галерее, когда внизу послышался шум сопротивления и грубые окрики стражников. Гоша кинул туда взгляд и уперся в знакомый шрам на ненавистном суровом лице…. Махмуда. Его, связанного со следами крови на груди и рукаве рубахи, вели несколько арагонских воинов,  подталкивая вперед древками копий. Махмуд тоже признал всего врага. Казалось он хотел убийственным взглядом поразить пригвоздить соперника к лестничной  перекладине . Желваки заходили на щеках,мышцы напряглись в попытке разорвать путы,  из перекошенного рта вырвалось  с шипением:
— Ты? Мерзкий щенок…

Маркус, худощавый парнишка в полосатом берете, гордо пояснил:

Маркус,  сопровождавший гостей худощавый парнишка полосатом берете, глянув на узника и с удовлетворенной гордостью заметил:
— Это морской трофей Дона Энрике. Генуэзского капитана. Захватил мавританских разбойников да сундук сокровищ неверных в придачу. Вот, собственноручно  доставил ко двору его высочества  Дона  Педро Церемонного. В знак лояльности и установления союзных отношений.  Нам союзник в войне с Педро Жестоким ой как нужен!
— Генуэзец? — правая бровь рыцаря скакнула вверх.  — Разве не они приспешники Педро Кастильского на море и суше?
—  Это верно. И они приложили руку, чтобы этот сыр бор разгорелся. А уж сколько сил и денег сгорает в этом военном пожарище — одному Господу известно.  Да сохранит он наши души. Но потому-то так и ценит его высочество дары и желание Дона Энрике присягнуть арагонскому штандарту.
Говорливый парень вел Жоана и Гошу под арками галереи   и сумрачным коридорам, не умолкая, ни на минуту, как надоедливый шмель. Гоша отключился от его болтовни и погрузился в свои мысли.
Вид поверженного противника и весть о захвате корабля с сокровищами порадовали и озадачили его.
Значит, их расчет с Лейлой оказался верен. Хотя все пошло по плану. Вместо почестей при дворе Педро Арагонского Махмуда встретила темница.  Пожалуй, это им на руку!  Так и до монеты будет проще добраться. Но Лейла…
Гаша опустил руку в карман и нащупал прохладу серебряного амулета в форме женской ладони. Дыхание сбилось. Сердце затрепыхалось отчаянным воробьем в клетке ребер.
А ведь говорила — «Рука Фатимы»  принесет удачу…
Сама то куда сама запропастилась? И что теперь? Не бегать же по городу и окрестностям расспрашивая — не видали ли мавританку с крутым нравом и острым кинжалом за поясом. В полицию заяву о пропаже не напишешь. Или как они тут — альгвасилами зовутся? 
Теплилась надежда, что Жоан чем поможет. Ведь обещал — «Проси что угодно».
А при дворе-то похоже нужно ухо держать востро. Не то влипнешь — по самые помидоры.  Игры идут явные и подковерные. Не только мавры и христиане друг друга мочат.  Похоже,  промеж самих единоверцев страсти разгораются нешуточные, так что горят и города, и жизни человеческие, как осенняя листва .
— А вы знаете, что Педро Церемонный нашу Валенсию особой благосклонностью отметил. Ведь мы дважды устояли при осаде войск Педро Жестокого. — донесся до слуха Гоши жужжащий говорок Маркуса.
Видно все про войну двух Педро судачат. А ведь что интересно — не только  по имени  тезки. Здесь в королевских семействах этих Педров и Альфонсов — пруд пруди. С неймингом явно напряг.  Так они Педро эти — похоже и родственники. Да уж. «Кризис семейных устоев и института брака» —  так в нашем времени сказали  бы. 
— И как все удачно сложилось. И турнир в честь инфанты Изабеллы,  и торжественный прием для Дона Энрике. А еще и папский наместник прибыл, — щебетал Маркус.
Гоша осредоточкнно потер мочку уха.
Значит нынче герой дня — Дон Энрике. Любопытно будет взглянуть на него  Видно крутой чувак. И не простак, раз ловко промежду двумя Педро лавирует. Махмуд ведь тоже не лох. В своем пиратском ремесле шарит.  И надо же — попался генуэзцу в загребущие лапы.