Спартак кавычками обременённый

- Я Вам сегодня принёс немного соли, специй, бокал прелестного креплённого вина. Тот пир, что был неделею назад, тогда узнал я Ваши вкусы. Бесподобен рабства мой удел, смиренно я готов нести для Вашего величия.
- Ты пошл, так бы я сказал вначале отвечая. Открыто презираешь любое насаждение власти, но ты труслив восстать, лишь за спиною являть умеешь сатиру, считать себя в тот самый миг ты жаждешь бунтарём. Спартак кавычками обременённый.
- Но, сударь! Чем? Ужели я?
- Оставь своё вот это напускное. Ты не актёр. Ты думаешь умеешь ты так просто провести меня? Войти в доверие? И тенью стать моей ждать момента ровней стать. Улыбка жалости вот кто ты.
- Я оставляю подношения на том столе, я удаляюсь…
- Стой! Удаляешься из рабства или в холопские покои, чтобы сквернословить за спиной моей?
- В покои, без сквернословия. Была бы воля мне дана, то я бы Ваш портрет подобно иконостасу развесил в каждом кабинете, классе и на дверях кофеен, чтобы знали все, кто озаряет мудростью этот город, освещает путь в Великое.
- Подойди. Сядь на этот стул. Вино прелестно, аккурат и специй ты принёс. Я посвящаю бокал четвёртый восхожденью твоему аккурат сегодня в этот час. Отныне будь советник лживый класса ранга первого. Указ внесут. И на спине печать поставят сей же час.
- Сказать бы я …
- Заткнись, уж знаю слово каждое твоё. Иди и лги ты миру, но не мне… чего хотел ты получил. Я сдохну, потеряешь это.