Вернулся!

—Батюшки, вернулся!— Матушка махнула руками и села на сзади стоявший стул.
В дверях стоял высокий парень. Голубоглазый, курчавый.
Седевший за столом усатый  мужчина обернулся,   язвительно заявляя. — Надо ж, не забыл стариков.
— Будь вам, Батька. Не забывал никогда.— Парень проходит в комнату и садится за один стол с усатым мужчиной.
На столе находились разнообразные соленья, толсто нарезанное сало и свежая зелень. По правую руку от батьки стояла большая бутылка домашней самогонки, мутного цвета.
— Любань, ты чего уселась? Неси сыну стопку, будет рассказывать нам как в столице дела.— Батька с характерным звуком достал деревянную пробку из бутылки и налил в одну рюмку, а затем во вторую, которую принесла матушка.  Матушка села рядом с сыном. Жадно, с любовью заглядывая ему в лицо.
— Ну рассказывай сына, как в столицу ездил? — мужчина потер усы и оперевшись на стол внимательно уставился на сына.
— Да как-как. Невестку не нашел, жизни там нет, Батька.— с отчаянием в голосе сделал заявление парень.
— Ой, это ли проблема. Невесту найти, скажешь тоже. — Небольшую паузу заполнила возмущался мать.
— У нас по хутору столько казачек молодых ходит. Неприкаянных, им только волю дай. Они еще драться за тебя будут! — Матушка тряпкой, что держала в руке,  стукнула рядом сидящего сына.
— Хоть Варику наши в жены бери. Соседку, она вон с детства на тебя засматривается, а ты нос воротишь.
— Будь вам, матушка. Я любви хочу, а не просто жену что бы глаза мазолила и за хатою следила.— Парень опустил глаза в рюмку.
— Дурак ты еще зеленый, не понимаешь жизни еще. Ну ладно о бабах, наладится все с ними чи не мой сын ты. — Отец сделал небольшую паузу, съел стручок зеленого лука.
— Выпьем — мужчина за столом выпили водки. Голубоглазый, курчавый тряпкою что была в руке матери «занюхал» выпитое.
— Так что там с Москвой, не уж так все плохо? Все туда рвутся, хаты продают, что бы в Москву уехать. А ты говоришь плохо там всё.
— Да дурак я был, не понимал ничего. Приехал туда и обнаружил, что счастья там нет. Оно в деревнях да хуторах селится. — Парень подсел поближе к столу и провел рукой горизонтальную линию.— Поле здесь. Выходишь утром, а на поле этом дымка утренняя. В воздухе еще свежесть, ты водицы из колодца выпил прохладной, яблочко свежее скушал и почувствовал.— Парень затих всматриваясь в это воображаемое поле.
— Что почувствовал?— Встревожено встряла мать.
— Бога, матушка, бога. Он ведь в этом всем, в том что кажется нам тут до боли обычным. Там этого нет, там бога рубль заменил.— грустно подытожил парень разрушая фантазию о поле.
— Господи, помилуй тебя.— встревожено перекрестила мать сына.