Не стенами...

В ауле Кошехабле на практике.

В конце пятидесятых, на практике я был.
В ауле Кошехабле, на тракторе рулил.
Достался трактор старый. Колёсный, на шипах.
Железное сиденье и «на семи ветрах».
С утра и до потёмок на полевой стезе.
Трудился допотопный советский СТЗ.
И я как неотъёмный железа элемент.
Выпахивал Истории значительный момент.

А после смены вымокший или в мазуте весь.
Шёл в тихое пристанище, где отдохнуть. Поесть.
Времянка на две комнатки. Посередине печь.
В углу матрас соломенный,  где полежать и сесть.
Во дворике корытце с обычною водой.
Сюда определили нас, студентов, на постой.
Мы вовсе без претензий. Есть крыша и харчи.
Война недавно кончилась. Живи и не ворчи.

Есть где со смены выспаться. И голод утолить.
Поэтому не стоило нам жизнь свою хулить.

Хозяйка была в домике. Девчушка Мариам.
Стирала и готовила, что выделяли   нам.
И к смене одевали мы всё чистое всегда.
Как результат безмездного тяжёлого труда.
И руки её тонкие трудились день и ночь.
Старалась Марианночка с любовью нам помочь.

Братишка её маленький в начальный класс ходил.
Смышлёный был. Старательный. Но не хватало сил.
И мы ему задачки по взрослому решали.
И на тетрадках надписи старательно писали.
Учительница ласково его за то хвалила.
И нам такое шефство, с улыбкой, разрешила.
Но Мариам сурово на это всё смотрела.
И длинной хворостиною    выравнивала дело.

Всегда была весёлая. Ни в чём не унывала.
И нам по терпеливости примеры подавала.
Бывало, что простынет кто. Укроет. Приголубит.
И мёду, и малины «из под земли» добудет.
И возится, и банки - на спину наставляет.
И весело, как  ласточка, нам песни напевает.

Уже совсем захмарило. И листья облетели.
Плащи наши промокшие, железом затвердели.
Домой приходим мокрые. В брезентовом саване.
А дома печка топится и жар стоит, как в бане.
Разденет нас. Накормит, горячим супом с перцем.
И делает всё это своим горячим сердцем.

Лет семьдесят прошло уже, от дней тех в Кошехабле.
А я её всё помню. Девчушку Мариамну.
Ах, если бы нашлась, сейчас. Упал бы прямо в ножки.
И ручки целовал бы. Всерьёз. Не по нарошке.

Протоиерей Игорь Бобриков.
03 марта 2026 года.