Ромкина сказка. 9. Законы есть везде

                Ромкина сказка
                Глава восьмая
                Законы есть везде

  После того, как мама обняла, Ромке стало легче. Но всё равно грустно и тоскливо. Он даже вспомнил, что папа не виноват. Что в их доме поселился какой-то лихач. Подумал, что можно было бы его прогнать при помощи домового. Но... как попасть домой, где найти домового для того дома, как... короче вопросов было много. Нужно было всё продумать, обдумать, посоветоваться.

  Сначала Ромка хотел сбежать и сам всё провернуть. Но еда, дорога... Без взрослых не обойтись. Без дедушки уж точно.

  И тут мальчик осознал, что ему совсем легко. И грусть, и тоска, и боль куда-то совсем ушли. Неужели мысли о разоблачении того лихача так на него подействовали...

  Взрослые пошли обустраивать Топтышку. Бабушка давно хотела завести корову или, на худой конец, козу. Чтобы молоко было всегда своё. Не покупное. Дедушка пока сопротивлялся. Но хлев построил. Почти построил. Строил он очень медленно, размеренно, взвешивая и замеряя каждый шаг строительства. Короче, тянул время как мог. Всё надеялся бабушка одумается. Корова, да и коза - это ж столько дополнительной заботы. Вот в этот хлев пони и пристроили пока.

  - Ну что, Коля-Коля-Николай. - ехидно сгримасничала бабушка, уперев руки в бока. - Придётся тебе твою волокиту ускорить.

  - Ой, для такого вороного жеребца, да с радостью. Всё равно, кроме него тут уже никто не поместится. - засмеялся дедушка.

  Топтошка, услышав, что его сравнили с породистым скакуном, радостно заржал.

  Ромка поднялся к себе, решив начать составлять план спасательной операции, и нашёл на полу полумёртвого Спрука. Мальчик испугался. На его крик сбежалась вся родня. Под потолком активно размахивая крыльями завис Шифя, весь в чём-то перемазанный.
 
  Бабушка увидела умирающую игуану и запричитала, что его заморозили, видимо, ночью в подвале и побежала за обогревателем. Дядя Герман почесал затылок и, сказав, что очень сожалеет, но в ящерицах ничего не понимает, спустился вниз.

  Остальные рассматривали лихача. Он лежал на спине, раскинув лапы в стороны и закатив глаза. Причём, часть верёвок с него просто куда-то исчезла.

  Дедушка приблизился. Внимательно осмотрел Спрука. Потыкал его в торчащее к верху круглое пузо.

  Вдруг лихач издал странный звук, больше похожий на храп и причмокнул языком.

  - Да он чем-то обожрался и спит. - радостно сообщил дед.

  Бабушка замерла с обогревателем в руках возле двери. Она выдохнула, что-то пробормотала, оставила на пороге устройство и пошла к Топтошке.

  Шифя спустился на пол. "Удивительно, как бабушка его не заметила. - подумал Ромка. - Летающих котов ей точно видеть не приходилось"

  - А-ну, вставай. - толкнул домовёнок Спрука. Тот приподнял хоботок, подвигал им немного, повернулся на бок и очень умилительно сложил лапки под щёку. - Вставай, говорю! Чего ел? Сознавайся!

  - Ну чего ты орёшь. - пробормотал лихач, не открывая глаз. - Горе из мальчика всосал. А оно больно тяжёлое. Спать хочу.

  - Ой, точно. Мне в какой-то момент совсем легко стало. - подтвердил Ромка.

  - Нда, дела... Мы себе собственного горесоса завели. - задумался дедушка. - Но, вообще это даже очень удобно.

  Ромка хотел было уже с дедушкой обсудить план спасения, но ему нужно было срочно утеплить для Топтошки хлев. Маме нужно было доделать обед и начать собираться на работу. Она уже созвонилась с гостиницей неподалёку от клиники и сняла для себя небольшой одноместный номер.

  В комнате остались только Ромка, Шифя и спящий Спрук.

  Тут мальчик опять как-то затосковал.

  - Шифя, а как ты стену починил? Расскажи.
      
  - Это сложный процесс. Понимаешь, всё в нашем мире состоит из очень маленьких веществ. Вы их атомами, да молекулами называете. Так вот. Бывают они разные и находятся в определённых связях друг с другом. От их вида зависят свойства, да и содержание предмета. От расположения - состояние. Чем ближе друг к другу - тем материал плотнее и твёрже. У газов они далековато друг от друга.

  Знаешь, как в автобусе. Ходит у нас тут один. Когда в нём народу мало, там и дышать есть чем - это как газ. А иногда набьётся полный автобус. Люди и стоят, и сидят, и пыхтят. Автобус поворачивает - все в одну сторону наклоняются. Автобус в другую сторону - все внутри с ним, зажатые. Смешно даже. Я один раз наблюдал.

  Вот стена из древесины плотная. Там молекулы близко друг к другу расположены. Но в какой-то момент произошёл разрыв. Знаешь, как в хороводе: кто-то руки расцепил и весь хоровод рассыпался. Вот и тут. Молекулы в одном месте расцепились, и рядом стоящие не удержались. Так несколько рядов и развалилось. Получилась трещина. А я волшбой их как клеем или магнитом друг к другу притянул. Они опять и соединились. Мы между этими молекулами и проходить можем. Раздвигаем их для себя, как ветки у дерева, а потом они у нас сзади опять соединяются.

  Да, там ещё в трещине, видимо ветром, занесло семечко ветреницы. Оно и проросло. Ну куда мне его девать было. Я его аккуратненько во дворе пересадил. А на стене цветочек нарисованный сделал. Уж, прости, твоими красками немного попользовался. Но, по-моему, похоже получилось.

  - То есть как моими красками попользовался? - удивился Ромка.

  - А тебе что? Жалко, что ли? - возмутился Шифя.

  - Да нет, не жалко. Я не про то. Я думал, что ты не сам рисовал, а наколдовал просто. - оправдался мальчик.

  - Да ты что! Во-первых, что попусту волшбу тратить, когда можно своими руками что-то сделать. Это же даже интереснее и надёжнее. А во-вторых, если я что-то наколдую материальное, то это где-то должно будет исчезнуть. Зачем же у кого-то картинку цветочка отнимать? - изумился домовёнок.

  - Как это исчезнет. Я думал, когда колдуют, то оно просто появляется и всё. - недоумевал Ромка.

  - Здрасти-приехали. Вот ты сказочник, право. В мире всё в балансе. Добро и зло. Если зла не будет, как ты поймёшь, что к тебе добро пришло? Всегда всё будет одинаковое и пресное. Наскучит скоро. Вот представь только, у тебя постоянно солнечная погода. Что тогда?
 
  - Хорошо, тепло.

  - Да, а как же снег? Не хочешь?

  - Нуу, нет. Снег тоже хочу.

  - А дождь разве не нужен? Растения полить, реки наполнить. Если постоянно солнце будет, это ж здесь скоро всё высохнет, и пустыня станет. Я по тевелизору вашему передачу смотрел как-то.

  - Телевизору, наверное.

  - Ага. Я ж и говорю. Тевелизору. Так что всё должно быть в балансе. И если где-то что-то появляется, значит в другом месте оно исчезает. Закон материи. Во как!

  Шифя смешно поднял указательный пальчик вверх и состроил очень умную мордочку. Его тут же поддержал храп Спрука. А вот Ромка немного расстроился. Он-то уже размечтался, что попросит домовёнка ему кое-что наколдовать. А тут вон оно как, оказывается. Везде свои законы. Даже в природе.

  - А моего медведя из прошлого дома можешь мне наколдовать? Пусть он там исчезнет и у меня здесь появится. Он же мой.

  - Не знаю. Можно попробовать. Закрой глаза и представь себе свою ту комнату и медведя. Желательно так представь, чтобы было точное место, где он должен сейчас находиться.

  Ромка обрадовался. Зажмурился. Он с лёгкостью вспомнил свою комнату, железную дорогу и медведя. Даже вспомнил, что оставил на нём свою кепочку любимую, чтобы медведь не скучал без него.

  Шифя тоже зажмурился, взял мальчика за руку и стал водить хвостом, раскидывая радугу. Прошло минуты две-три. Ничего.

  Домовёнок плюхнулся на попу, устало вытер пот со лба. Там, правда, ничего не было. Но он же должен был продемонстрировать, как старался и устал.

  - Слушай, не получается. По-моему, там твоего медведя больше нет. Может быть его куда-то в другое место перенесли, пока тебя не было.

  - Может быть - расстроился Ромка.

  На полу тут же завозился Спрук. Его хоботок направился на мальчика, сделал небольшое всасывательное движение (прям как пылесосик) и плюхнулся обратно. При этом сам лихач даже не пошевелился и не проснулся. Ну точно в каждой части тела свои мозги как будто есть. Зато Ромке полегчало.

  - И, знаешь. - задумчиво протянул Шифя, внимательно разглядывая Спящего Спрука. - Если я правильно понял, медведь твой там огромный. Как бы ты его появление бабушке объяснял? Ну ладно мама с дедушкой. А вот бабушка бы точно испугалась.

  - Ой, что-то я не подумал об этом. Хорошо. Потом как-нибудь. Может папа всё-таки привезёт.

  После обеда Герман Андреевич и мама уехали. Дедушка с Ромкой выгуляли Топтошку, Хулигана и Гальку. Потом дедушка ушёл что-то мастерить, бабушка суетилась по дому. А Ромка сидел возле забора на лавочке с блокнотом и карандашом и пытался составить план спасения папы.
 
  В этот момент от реки послышался какой-то крик. Мальчик поднял голову и увидел, как по дороге бежала цапля, вытянув голову верх и расправив крылья. Она как-то странно подпрыгивала, взмахивала крыльями, но не взлетала. Причём одно крыло её почти не поднималось.

  За цаплей неслась какая-то незнакомая собака. За собакой бежал мужчина в камуфляжной одежде с ружьём. Он целился в птицу, но не стрелял.

  - Полкан, холера тебя раздери, стой. Да стой, ты, говорю, тебе. Ты мне прицелится мешаешь. К ноге! К ноге! - кричал горе-охотник.

  Ромке стало очень жаль цаплю. Он вышел за калитку, придерживая её. И только хотел что-нибудь крикнуть дяде охотнику, чтобы тот не убивал птицу, как она налетела на мальчика, сбила с ног, вбежала в открытую калитку и понеслась в хлев к Топтошке. Падая, Ромка выпустил дверцу, и та захлопнулась.

  Собака не успела нормально затормозить и врезалась в закрытую уже калитку. При этом пёс оказался сверху мальчик. Опустив вниз голову, увидел под собой ребёнка и радостно начал вылизывать ему лицо.

  Через забор это увидел Хулиган и приревновал. Это что ещё за безобразие: какая-то чужая псина лижет его любимого хозяина! Одним прыжком Хулиган преодолел забор и грозно зарычал.

  Охотничья собака обрадовалась новому члену их компании, подскочила к Хулигану и стала облизывать ему морду. Тот, от неожиданности, даже рычать перестал. А глаза его округлились и реально полезли на лоб.

  Тут уже Галька не стерпела. Но её порыв перемахнуть через забор не увенчался успехом, поэтому она села и крайне жалостливо завыла.
 
  Вой подруги вернул Хулигана в реальность. И он опять зарычал на Полкана. Но тому было очень радостно. Он скакал между Ромкой и Хулиганом, повизгивая и вертя хвостом.

  - Что за дурная псина. - в сердцах выдал подбежавший охотник. - Говорил же Вале, не заласкивай. Играться он пришёл сюда. Какой ты Полкан, ты - шмакодявка. Пошли уже, горе моё. Не вышло из нас охотников.

  Он подцепил своей собаке к ошейнику поводок, и они ушли обратно по дороге. Точнее охотник понуро плёлся, а его пёс радостно скакал рядом то слева, то справа от хозяина и потявкивал от восторга.

  Конечно же, бабушка с дедушкой тут же прибежали на шум. Проверили, что с внуком всё нормально, выслушали его рассказ, похвалили Хулигана за хорошие сторожевые качества и оправились в хлев, знакомиться с новым постояльцем. А то, что цапля скорее всего ранена, и им придётся её выхаживать никто уже не сомневался.

  Цапли нигде не было.

  - Странно. Может быть, пока ты лежал и получал порцию собачьей любви, она куда-нибудь выбежала? - почесал затылок дед.

  - А что это Топтошка как-то странно стоит и не шевелится? - спросила бабушка.

  - Сейчас посмотрим. - напрягся дедушка.

  Оказалось, что цапля пристроилась к пони. Вытянулось вдоль передних ног и шеи. Прям слилась с коняшкой, и они оба замерли.

  - Смотрите-ка. У нашего Топтошки четыре глаза. - развеселился Николай. А отсмеявшись добавил - Сдаётся мне, это та самая хитросделанная птица, что у нас рыбу таскала.

  Цаплю аккуратно выловили бабушкиной шалью, замотали клюв и лапы. После этого дедушка позвонил какому-то знакомому, который жил на другом конце их села.

  Дядя Стёпа был прям как из книжки, которую мама читала как-то Ромке. Высокий и худой. Но только этот был ветеринар. Он осмотрел цаплю. Сказал, что у неё перебито крыло. Причём перебито давно. Поэтому она и не могла летать.

  - Я её, если честно, давно заприметил. Ещё в июле где-то. Пытался поймать, чтобы вылечить. Ловушки разные ставил. Не даётся и всё тут. Другие в ловушки попадались, а эта... Прям умная дюже. Как вы её поймать-то сумели. - уточнил дядя Стёпа, обрабатывая крыло.

  - Да прям даже и не знаю, что тебе Стёпа и ответить. - рассмеялся дедушка. - Сначала на Ромку, потом на Топтошку.

  И они с внуком по очереди рассказали эпичный захват неуловимого пернатого. Степан долго смеялся, потом чуть хмыкнул.
 
  - Жаль, конечно, что время упущено. Если бы эта, балда, сразу далась, то я бы ей крыло полностью вылечил. А сейчас кость уже неправильно срослась. Даже, если сломать заново, нет гарантии, что летать сможет. И уж точно не этой осенью.

  - Да что уж, теперь. Пусть у нас живёт. Мы что-то последнее время просто каким-то приютом стали для разных животных и существ. - махнул рукой дедушка.

  - Каких таких существ? - насторожился Степан. Дедушка как-то замешкался, чувствуя, что сболтнул лишнее.

  - Игуану они где-то нашли. - спасла положение бабушка. - Никто не терял? Не слышал?

  - Нет, не слышал. Но поспрашиваю. А глянуть можно? - заинтересовался дядя Степан.

  Дедушка опять испугался. А вдруг ветеринар вообще никого не увидит. Это ж у бабушки частичное видение, которое могло из-за жизни с Николаем развиться. А так-то ни Шифю, ни Спрука никто видеть не может обычно.

  - Ну пойдём, посмотришь, если только она опять куда-нибудь не выбралась и не спряталась. - вдруг нашёлся он.

  Дедушка, Степан и Ромка поднялись в комнату мальчика, где продолжал храпеть Спрук. Бабушка осталась обустроить место для несчастной птички.

  Лихач спал очень сладко. Грудка его ещё была перемотана зачарованными верёвками. А вот на пузе они уже все исчезли. Прям растворились куда-то. Лапы и голову, бедолаге, освободили уже давно. Только шипики на хвосте были плотно замотаны, чтобы никто случайно не поцарапался.

  - Значит игуана. - протянул Степан, присев на корточки возле Спрука. - Это Татьяна его так видит или ты? Кто верёвками-то обматывал?

  Ромка и дедушка испуганно переглянулись.

  - А ты кого видишь? - почему-то шепотом спросил дедушка.
 
  В этот момент из стены появилась мордочка Шифи.

  - Слушай, Лыжитю... Ой. - и мордочка опять спряталась.

  - И домовые есть. Ну вы даёте! - радостно воскликнул Степан.

  - Ты их видишь? - ещё больше насторожился дед.

  - Коль. А ничего, что мы с тобой, хоть и очень дальние, но родственники. Или ты уже забыл?

  - Вот я пень! - хлопнул себя по лбу дедушка.

  Степан рассмеялся. Потом дедушка и дядя Стёпа долго вспоминали разные случаи, которые происходили с ними, когда они видели разных существ. Ромке было очень интересно их слушать. Он даже на время забыл про свой план спасения.

  Медленно, в комнате появился и Шифя. Он пристроился возле Ромки и тоже внимательно слушал байки двух мужчин. Сначала у него в лапе была сосиска. Только она быстро закончилась, Шифя хотел облизать лапку, в которой держал вкусняшку, но так и замер с лапой во рту, иногда почмокивая.

  Ромка как-то глянул на него: ну есть ребёнок малолетний.

  И только, объевшийся овощей и отрицательной энергии, Спрук спал. Он видел очень радостные сны. А ещё во сне был брат Скрын, который потерялся в другой деревне с очень большими домами. Лихач скучал по братику. Но уходить отсюда больше никуда не хотел. Здесь он, впервые за свою жизнь, обрёл покой.