3. Ализавет идет по следу Золотой Будда

Алина с Лизой сидели в кафе Физкультурного-спортивного комплекса «ALIZAVET», который благодаря благоприятно сложившимся обстоятельствам и доброй воле судьбы принадлежал именно им.
Два года назад фортуна свела их с Данилой – молодым еще, примерно тридцати пяти лет, человеком, не потерявшим юношеского задора, владельцем довольно успешного бизнеса, прекрасной усадьбы на берегу Волги.  Свой коттедж и приносящий доход бизнес Данил обменял на древнюю статую Будды из чистейшего золота. И сделал это для того чтобы эксклюзивную музейную ценность  выменять на Физкультурно-оздоровительный комплекс, который должен был построить один богатенький олигарх: крупный коллекционер редкостей. Тогда при знакомстве, после того как девушки назвали себя «Алина» и «Елизавета», он шутливо окрестил их общим именем – Ализавет и показал им скульптуру Будды.  Но новый обмен не состоялся. На Данила напали какие-то бандиты, позарившись на Будду. Ранили его. Однако статуэтки при нем не оказалось – он предусмотрительно доверил ее девушкам. В итоге Данила загремел в больницу, а восточный божок из полутора килограммов золота, ценой в многие и многие миллионы, очутился у Алины с Лизой. После головокружительных приключений подруги нашли преступников. Их арестовали. Оправившийся от ранения Данила, в знак благодарности, презентовал ФОК девушкам. Прошло время. Комплекс уже построен и успешно функционирует. По предложению неугомонного Данилы, его окрестили «ALIZAVET». Он в районе пользовался бешеной популярностью - от посетителей отбоя не было! Люди ехали со всех концов города. Цены –  вполне демократичные, условия – царские: спортивные залы, бассейн, сауна, кафе – все по высшему разряду!


И вот в кафе своего заведения девушки-подружки скрещивали бокалы. А праздновать было что. Алина с отличием закончила университет, вот он, диплом, лежит на столе, как третий участник торжества. Лиза же с зачеткой, заполненной оценками «отлично», перешагнула на третий курс.
Шампанское в бутылке, как столбик ртути в термометре на морозе, опускалось вниз, разговор становился все горячее и горячее.

- Лиз, - Лина почти  всегда была лидером,  среди них, двоюродных сестер и подруг, - скажи мне честно, побожись, мы заслужили хорошего отдыха и за успешную учебу, мой красный диплом, твои пятерки в зачетке и недавнюю, памятную победу над недобросовестными, а точнее, над бандитствующими конкурентами, которые меня чуть не отправили на тот свет. Заслужили!?

Лиза встала, приняла позу оракула и голосом телевизионного диктора изрекла:

- Заслужили! За победы! – и в очередной раз подняла она свой бокал.

- За наши победы!

Высокие бокалы для шампанского опустились на стол и встали, как ракеты перед стартом, ожидая заправки новыми порциями горючего.  Но не дождались.

Хватит пить!

Девушки попросили  принести им кафе.


Лина продолжила прерванный спич об их заслугах.

- Я предлагаю махнуть на юг, в Крым, допустим, или в Сочи.

- Линк, - Лиза с удивлением посмотрела на подругу, - да, где же мы путевки-то возьмем. На дворе, посмотри в окно, разгар лета. Европа, считай закрыта, а в Египтах, Арабских Эмиратах жарища неимоверная – тут же в головешку превратишься. Все на российские курорты ринулись. Путевки в самые захудалые пансионаты как горячие пирожки разошлись.

- А что нам путевки? – Алина была невозмутима и решительна, как леопард перед броском на косулю. – Снимем квартиру на бережку. Нам многого не надо: пляж, море!..

- И горы! – вставила свои пять копеек Лиза.

- Что это – горы? – не поняла свою подругу Лина, удивленно уставившись на нее.

- Горы – это когда не низко и ровно, а высоко-высоко, - стала придуряться Лиза. - Это Сочи, Красная поляна… Представляешь, как там красиво.

- Ну тогда, бросим монатки в горах, на Красной поляне поселимся в какой-нибудь отель. А если мест не будет то снимем квартиру. А на море будем ездить.

- Класс! – Лиза аж вскочила. – там электрички бегом бегают. Миг – и мы в Сочи, миг – и мы на Красной поляне!

- По рукам, - также встала Лина и протянула ладонь.

Хлоп! - по рукам!

На юге , куда они вскоре махнули, души их рвались, как фейерверки в небе: и в горах – великолепно, и на море замечательно. И там хочется быть, и отсюда уезжать нет желания. Хоть разорвись на части.  Друзей нашли – таких же молодых и деятельных, непоседливых и авантюристичных. Среди них выделялась Маша, которая тоже оказалась из их города,  та вообще как магнитом к ним прилипла – куда они туда и она. Совсем юная. Красивая. Блондинистая до невозможности. Мужики вокруг нее, что называется, пляшут, а она не аплодирует: идите вы лесом, вон он какой густой в горах. Ей почти ежедневно словно с небес ниспадали разные подарки от поклонников.

А один оставил для нее на  ресепшне армянский девичий костюм – тараз:  рубаха нижняя, широкие штаны платье-халат, передник, пояс, головной убор. Разноцветные, ну просто восхитительные. Машка примерила его – впору, как мерку снимал тайный обожатель. Костюм яркий, привлекательный. А  Машка в нем, как армянская царица. Был бы конкурс красоты – точно на самую верхнюю ступеньку пьедестала поднялась бы.

Среди воздыхателей солировал  молодой стройный то ли грузин, то ли еще кто из кавказских республик. Прилип к Машке как репей. И везде ее сопровождал. Она в горы – и он в горы, она на море – и он на море. Причем отпугивал, как мог, всю эту пляшущую вокруг нее мужскую публику. Словно жену свою охранял. Периодически кавказский кавалер присылал ей стихи собственного производства, написанные на открытке и вставленные в букеты с белыми розами. Видимо, этот самодеятельный флорист таким образом сравнивал Марию с белой розой. Это великолепное трио – Лина, Лиза, Маша по вечерам собирались вместе, читая его, так называемые стихи, потешались над неудачливым любовником. Вот и сегодня Маша развернула открытку и с пафосом, встав в стойку и размахивая в такт руками, продекламировала:

Мама мия, мама мия,
Пред тобой стою я на коленях.
Как прекрасна ты, Мария,
Сердцем всем по тебе болею!

Девчата расхохотались. Хотя, по большому счету, им было жалко нелепого поклонника. Возможно, он от чистого сердца, искренне, а они над ним ржут как юные кобылицы.

Вот так посмеявшись, осушив бутылочку шампанского, подруги разошлись, условившись завтра, утром, пораньше, часов в восемь,  встретиться и отправиться на море.

- О, море, море, волна под облака, - напевала с утра Лиза, собирая пляжную сумку и периодически поглядывая на часы.

- Что-то нашей Маньки нет, - прервав песню, мимоходом заметила она. – задерживается наша красавица.

- Да, пора уж ей пора предстать пред нашими  очами, - поэтично промолвила Лина и взглянула на телефон. - Уж восемь близится, а Машеньки все нет! Сейчас я ей позвоню, потороплю.

Звонок ушел в бездну безмолвия. Точнее натолкнулся ледоколом на неодолимую толщу льда - информацию об этом молчании: телефон находится вне доступа.

Минут через пятнадцать Лина еще раз перезвонила. Телефон Маши не отличился оригинальностью. Вновь поведал девушкам о том, что телефон подруги так и не вошел в зону доступа.

Через полчаса девчата решили идти в апартаменты Марии. Возле дома бегала какая-то бесхозная собака и стоял, как часовой у мавзолея, горе-любовник - грузин. Или еще кто он там. Вошли в здание. Подошли к двери. Постучали, словно мышка поскреблась. Нет ответа. Подождали. Грохотнули громом - дверь задребезжала. Но и этот испытанный прием растворился в молчание. Еще пару раз повторив атаку на дверь, стали искать хозяйку или администратора. Пришла толстая тетка, чем-то похожая то ли на цыганку, то ли на молдаванку, то ли на армянку.   Быстро-быстро, что-то забормотала, из чего можно было понять, что на кой черт вы меня сюда позвали. Примерно полчаса пришлось ей вдалбливать, что ее постоялица не отвечает, хотя договаривались встретиться, и потому следует открыть дверь, чтобы посмотреть – дома она или нет. Одному богу известно сколько бы еще шли эти международные переговоры, если бы в разговор не включился грузин. Он что-то ей пролопотал на каком-то странном языке и хозяйка пошла открывать дверь. Оказалось, что хозяйка – армянка. И грузин, оказывается, тоже армянин. Хотя все это к делу не относится.

В комнате был порядок. Постель не тронута. Отсюда два варианта – или Маша до дома не дошла и здесь не ночевала. Или пораньше встала, заправила кровать, навела порядок – и ушла в неизвестном для девушек направлении.

Грузин армянской национальности нервничал, заламывал руки, чертыхался, стонал как раненый зверь, клял себя за то, что вчера вечером не дождался Марию, не проводил ее хотя бы взглядом до дома.

В полицейском участке, куда пришли девушки, отнеслись к беспокойству девчат с пониманием. Но развели руками: через три дня приходите, как того требует закон, примем заявление и начнем поиски. Самым тщательным образом.

- Эх, девушки, - сказал участковый, - таких случаев у нас сотни. Близкие думают, что криминал – похитили, убили, на полтора метра в землю закопали, а искомая фигура беззаботно развлекается с парнями у берега моря. Подождем. Время покажет.

Спорить было бесполезно, что гранитную скалу  башкой прошибать. Больно, но результат нулевой. Однако и сидеть в бездействии девчата не могли. Они рвались в бой.  Рвались-то рвались, а линия этого невидимого фронта никак не прощупывалась.

С чего начать? Что делать?

Возвращаясь к себе в номер подруги забрели в небольшой армянский магазинчик, где шла бойкая торговля всякой разностью – сладостями, посудой, одеждой… Девчата накрыли взглядом разложенный товар: может сувенир какой взять на память об отдыхе? И вдруг, почти одновременно их взгляд застыл на национальном армянском платье – тараз: красивое, яркое.
В точности такое же как и то, что тайный ухажер подарим Маше.  Подошли, поближе, пощупали.

- Желаете купить? - обратился к ним старичок-продавец, окинув их заискивающим взглядом.

- Буквально три дня назад, - начала вдохновенно сочинять Алина,- мы сюда заходили, а этого платья не было. Новое поступление.

- Да, сегодня утром его принес молодой человек для срочной продажи, отдает почти бесплатно, говорит срочно деньги очень нужны. Я этот тараз даже не на продажу взял, а купил. Берите, девушки, дешевле нигде не найдете. Это уж точно.

- А что за парень принес? - продолжала интересоваться Лина.

- Высокий такой стройный армянин с наколкой на левой руке.

Девчата окаменели: это же грузин! Точно, он! И какой крохобор - и здесь лишнюю копеечку сшибает. В таком вот окаменелом состоянии, близким к могильным плитам, они шли домой.

- Все ясно, - Алина первой пришла в себя. Нужно срочно прощупать нашего грузина армянского происхождения. Срочно. Подозрительный до жути. Он похитил Машу и никто другой. Вот оно доказательство – Машкин тапаз в магазине, на продаже. А какой бес, как из себя несчастного строит.

- Ну, что ты, Лин, - на автомате рисую чертиков на листке возразила Лиза, - Он искренне переживает.

- Искренне играет роль огорченного, - отрезала  Алина.

- И как будем прощупывать, - Лиза, несмотря на трагичность положения, засмеялась, представив, как они, раздев до самого не хочу грузина, начинают его щупать, щупать, щупать. А грузину щекотно – он плачет от горя и смеется от щекотки.

Алина с удивлением взглянула на подругу. Посмотрела и ничего не сказала: видать Лизка слишком близко к сердцу приняла это печальное событие – свихиваться начала.

Молчание серой тучей накрыла подруг.

- Но сначала, - прервала гнетущую тишину Алина, - давай, как говорит наш начальник службы безопасности, бывший полицейский Сергей Семенович, сделаем поквартирный обход: может кто что видел, кто что слышал…

Дом с апартаментами невелик. Обошли номера быстро. Особо никто ничего не видел и не слышал, только в одной комнате две подружки сказали, что наблюдали какое-то подозрительное движение.

- Автомобиль, два парня, - начала вспоминать одна из них, симпатичная такая чернявая девчушка Алиса, - дама какая-то, все суетились. Она то ли вырывалась, то ли совсем пьяная была и нелепо руками махала… Если бы вы не сказали, что соседка Мария пропала, то и не вспомнила бы об этом эпизоде. Не сопоставила. Здесь по вечерам такие спектакли разыгрываются…

Стоп! Это уж кое что.

Теперь надо понять, кто решился на такой гнусный поступок.

Кто, кто? Конечно, грузин, то есть армянин, больше всего подходит.

Постоянно за ней хвостом мотается, стихи пишет, опять же, наверное, все же он армянское платье прислал, сейчас бродит вокруг и корчит из себя пострадавшего – самодеятельный актер-трагик. Теперь осталось одно проследить за ним, определить его логово – и взять с поличным!  Но как проследить? Лыжно-туристическая агломерация большая, несколько поселков, распложенных и в долине и высоко в горах.

Для слежки решили девчата немного поработать над своими образами – «закосить» под пацанов. Если просто так, как есть идти панкертонами – грузин, то есть армянин, мигом их раскусит: сто раз видел и Лину, и Лизу. А маскироваться сложно. Лето ведь, не зима. Зимой воротник поднял, шапку нахлобучил  - и почти другой человек. А летом, что мужик, что баба – все в одинаковой одежке: шорты да майка. Надень, что другое: замаскируешься, но будешь выделяться – опять не порядок, подставишь себя. Белая ворона из  далека видна. Решили купить бейсболки, панамы, лица погрубее тональными кремами вывести. И стали ждать появления грузина, то бишь армянина.

Увидели его случайно у станции подъема на Город Горки. Он стоял и очень энергично разговаривал с каким-то парнем. Оба активно, как две ветряные мельницы крыльями, стоящие друг против друга, размахивали руками. Когда обмен разговорными снарядами закончился, парни разошлись. Один пошел к подъемнику, видимо, он  там работает, другой, грузин, который  по национальности армянин, в сторону частного сектора. «Пацаны»-подруги устремились за грузином. А его недавнего собеседника просто сфотографировали. На всякий случай. По дороге грузин зашел в кафе.
Девчата за ним не пошли, чтобы не выдавать себя. Стояли ждали и все думали, чем он там, их грузин, занимается. Минут через двадцать он вышел, неся в руках  картонный стакан с крышкой, судя по всему с кофе.

- Ах, попался, жук, - прошипела Лиза. – Видишь, Линк, кофе для Машки несет, подкармливает.

- Слава богу! – облегчено вздохнула Лина.

- Что слава богу? – Лиза внимательно и в то же время не понимающе посмотрела на Лину.

- Значит, живая Машка, коль кофе несет, - Алина покрутила пальцем у виска: мол, ну  и тупая же ты, Лизка, и добавила:

- Кинднеппинец чертов.

- Какой же он кинднеппинец.

- Самый настоящий, Машка-то, считай, еще ребенок.

- Ну кинднепнниц, так кинднеппиниц, - согласилась с подругой Лиза, - где только он Машку прячет.

По частному сектору грузин шел и со всеми здоровался. Ага, значит, живет здесь, коль всех знает, подумали подружки.

Дом у грузина был небольшой, без хозпостроек.


- Это здорово, что  сараев и хлевов всяких нет, - разумно заметила Лиза, - легче искать будет.

Лина с ней согласилась, но нахмурилась: как здесь самим-то прятаться, не привлекая к себе внимания: все как на ладони. И так на них с подозрением смотрели: шастают тут всякие. Когда с год тому назад Лина с Лизой искали  тех, кто огрел арматурой Данила и были у  его бывшего коттеджа, где проживал старичок, то там все проще было - старикана выманили и по окнам стали заглядывать. Никого рядом не было – закрытый двор. А тут как?

- Линк, у меня идея, - воскликнула Лиза, - а давай по дворам ходить, будто ягоды хотим купить – прицениваемся.

-  Лизок, - Линка хлопнула ее по плечу, - ты молоток!

Девчата пошли по дворам, придумали даже легенду-вопрос: «Где-то здесь приятельница наша эдакая блондинка-блондинка, красивая, не помните такую, ягоду приобрела вкуснейшую. Вот ищем. Купить еще хотим».
Отмазка на все сто! И про Машку спросить – появлялась ли каким-либо боком здесь, и оправдать свое сюда прибытие. Таким хитрым вопросом они обошли несколько дворов. На их счастье грузин скоро куда-то ушел. Они – к его дому почти бегом. Стук-стук в дверь. Это так, на всякий случай. Никто не отвечает. Еще раз постучали. И вдруг из дом проскрипел какой-то голос:

- Кто там?

Вот это да! Кто там может быть?


- Мы про ягоду спрашиваем, - нашлась Алина.

- Какую такую ягоду, - прозвучавшая фраза из дома слилась с легки скрипом открывающей двери.

На пороге стояла, естественно, не Машка, а сгорбленная старуха лет девяноста, как горьковская Эзергиль.

- Какую такую ягоду, - повторила свой вопрос старуха.

- Наша приятельница, красивая такая, блондинка-блондинка, - начала сочинять Лиза, -  к вам пошла, сказала за ягодами, вкусные они у вас.
Старуха, кожа да кости, с удивлением и внутренним беспокойством смотрела на подруг. И в руках у нее был картонный стакан с кофе.

А девчата тоже с удивлением смотрели то на старуху, то на стакан, понимая, что их так хорошо продуманный план по обнаружению Машки, рушится на глазах.

- В гости ко мне пришли, - услышали они довольно суровый баритон с хрипотцой у самых своих ушей, и от неожиданности присели аж.

За спиной у них стоял грузин, то есть армянин!

- !?, - таков был ответ девушек.

Они выразительно молчали, не зная, что сказать.


- Ладно, девчата, не тушуйтесь, - грузин указан на дверь, - я вас чаем угощу и ягодами, которые пойду сбегаю, куплю у соседей. Это моя бабушка Эгхдзануш, знакомьтесь.

 Сказал – и убежал.

Скоро вернулся с огромным пакетом с малиной и тортом.

Грузин, то бишь армянин по имени Георг, очень удивился обвинению в краже и сбыте платья. Включив громкую связь тут же набрал номер телефона хозяина магазинчика, они там все друг друга знают, и заговорил, причем по-русски.

- Дядя Акоп, добрый день, это Геог, - начал он. – У вас, говорят в продаже тараз есть? Кто его вам принес?

Старичок, дядя Акоп, очень удивился вопросу. Долго переспрашивал, уточнял всякие ненужные, на взгляд подруг детали, и только потом сказал, что какой-то молодой армянин, не из наших краев, приезжий.

У девчат отлегло от души: реабилитировался Георг . Он все же оказался неплохим парнем, только вот таким безнадежным влюбленным в Машу.
Георг также как и Лина с Лизой, искал их подругу, королеву своего сердца. Однако увы… Заподозрил в похищении Маши оператора подъемника на Горки Город, с которым выяснял отношения. Тот все отрицает.

Отрицает… А кто так сразу возьмет и согласится.  Идиотом надо быть. Не для того и похищал, чтобы сразу расколоться. Не орех! Потому после чаепития, выпросив все об операторе подъемника, девчата пошли по новому следу. Как оказалось этот тип еще тот фрукт. Дважды сидел – за грабеж и разбой. Теперь всем своим видом показывает, что остепенился: прошлое – ошибки молодости. Не местный, живет в Адлере, то есть в Сочи. Девчата взяли такси – и в путь. Дом подъемщика – старая пятиэтажка. Квартира на третьем этаже. Решили не мудрствуя лукаво – сразу  к нему домой. Поднялись на этаж. Встали у дверей. Принюхались, прислушались: есть ли шум какой, стоны, призывы о помощи.

Тишина.

Позвонили.

Дверь открыла молодая женщина. Лиза сразу:
-
 Мы к Маше!

- К какой Маше, - с удивлением посмотрела на них женщина. – у нас таких нет!

- Которая к вам приехала, - не унимались Лиза.

- Девушки, вы, наверное, ошиблись квартирой. По какому адресу вы ищете свою подругу?

Девчата не стали юлить и все рассказали женщине. Она оказалась женой того парня. Слушала с тревогой. Постоянно всхлипывала. Потом решительно сказала:


- Дома ее у нас нет. Можете посмотреть, если не верите. Знаете, вы меня огорошили. Неужто Вадим взялся за старое. Ведь клялся, божился, что порвал с прошлым, со старыми друзьями. Вон там, на задах, у нас еще сарай есть. Идемте, девчата.

Идя по улице она все причитала и причитала.

Подошли к сараю. Прислушались. Оттуда явственно звучали какие-то движения. Женщина от волнения чуть в обморок не упала. Прижалась к стене.

- Нет, не могу. – бессвязно пролепетала она. - О, какой стыд, какое горе. Нет не могу открывать. Вот возьмите ключ. Два оборота против часовой стрелки. Открывайте.

Лина решительно взяла ключ, вставила его в замочную скважину, дважды провернула  его против часовой стрелки… И застыла в нерешительности. Ее тоже одолело какое-то беспокойство, какая-то тревога, которая тут же передалась и Лизе.

- Тоже не могу,  волнуюсь, Лиза, давай,  открывай дверь!

Лиза подошла. Взялась за ручку и толкнула дверь внутрь.

- Гав! – из сарая выскочил довольно крупный пес, который чуть не снес и подруг, и жену подъемщика.

В сарае было пусто.

Женщина облегченно вздохнула:  слава богу!

Девчата смотрели на пустоту сарая в растерянности. Извинились перед женщиной, которая вдруг громко разрыдалась. Видимо, таким образом она снимала нервное напряжение, словно спускала воздух из накаченного мяча.

Попытка номер два не принесла успеха!

На Красную поляну возвращались электричкой. Были грустны и подавлены. Драгоценное время утекало как вода из прорванной плотины – бурным потоком, неся грязь и камни. Приехав на Красную поляну первым делом пошли к подъемнику на Город Горки - извинились перед парнем за глупое подозрение. Правда, чуть не схлопотали по мордам – высоким воспитанием недавний подозреваемый девчат не отличался.

Взяв бутылку  вина Алина с Лизой пошли в свои апартаменты.  Две таких прекрасных версии по поиску Марии и две осечки. Стрелять наобум, даже не на голос, не разумно. Время теряется, а цель не приближается. Все также далека, загадочна и туманна, как Альбион. Девушки перебирали версии и тут же их отвергали. Все не то, не то, не то!

- Понимаешь,  - в раздумье говорит Алина, - не может быть преступления, которое бы не оставило следов. Не может. Это скажет любой криминалист. Об этом наши безопасники всегда твердят. Надо просто нащупать то место, где могут быть эти самые следы. Прежде давай порассуждаем: случайное, спонтанное это, будем называть вещи своими словами, преступление, или заранее подготовленное.


- А как понять на чем могут  основываться выводы спонтанности и подготовленности преступления? – Лиза не привычно была задумчива, ее обычная веселость эфиром испарилась. – На чем?

-  Думать, - заключила Алина. - Анализировать события, которые происходили вокруг Маши. Может быть мы здесь какую зацепку найдем.

- Я думаю, мозги наперекосяк, - Лизка постучала себя по голове.

- Где ты, где ты, где ты, - запела вдруг песню Лина, - друг далекий мой, буду до рассвета встречи ждать с тобой…

- Стоп, Линка! – Лизка вскочила, лицо ее стало решительным, глаза засверкали тысячами прожекторов. – Есть зацепка!

- Ну и, - задумчивую вялость Алины как ветром сдуло, - говори же, что тянешь кота за хвост!

- Мне кажется, мы рано стали забыли о таразе. Очень рано. Ведь мы так и не знаем, тот тараз это или какой другой. Но тем не менее мы почему-то подумали, что это именно то же самое платье. А вдруг - нет. Тараз – ниточка к Маше.

- Погодь, погодь, - Алина подалась вперед, - а ведь на безрыбье и рак рыба. При скудности наличия более менее весомых версий, это весьма  достойный вариант. Только нам с тобой его не поднять.

- Почему же? – удивилась Лиза.

- Потому, что инсайда у нас нет в этом далеком от родных краев месте. Ты записывала телефон нашего нового друга грузина армянской национальности, Георга?

- А как же!

- Звони, зови в гости! – решительно заключила Алина.

Георг прилетел, словно выброшенный катапультой, буквально через пятнадцать минут. Девчата рассказали ему о своих выводах и изложили генеральную версию – Машу похитил никто иной как автор посылки тараза.
Уже в этом усматривался намек на стремление связать свою судьбу с Машей.
Георг посмотрел на девчат серьезным задумчивым взглядом.

- Вполне возможно, - подытожил он. - Вполне!

- Нам надо срочно найти того, кто прислал это платье, - Лиза слегка заискивающе посмотрела в глаза Георга.  Срочно! Очень срочно! Вы знаете, кто это мог бы быть.

- Конечно нет, - ответил он, - даже предположить не могу.

- Тогда надо искать. – Лиза стала загибать пальцы. – Опросить вахтера, ту тетку, что ключи давала привлечь. Словом, искать, искать и искать!

- Но вначале, Георг, - заметила Лина, - надо попросить вашу знакомую – или хозяйку, или администратора, кто она там, ключи от апартаментов Маши нам дать. И посмотреть есть ли там тараз.

- И что это нам даст, - удивилась Лиза.

- Многое. А главное, мы сможем с большей уверенностью утверждать тот ли молодой человек похитил Машу.

- Почему именно тараз даст нам такой определенный ответ, - включился в разговор Георг.

- Неизвестный нам человек не просто так подарил Маше тараз, - начала объяснять Лина, - оно, на его взгляд,  как бы предствадебное или даже свадебное убранство. Если это автор посылки, то платье он заберет с собой. Если нет, то платье осталось в апартаментах.

- Гениально! – восхитилась Лиза. – Не даром у тебя диплом с отличием. Молодец!

Та тетка, знакомая Георга, опять немного по упиралась но потом все же открыла апартаменты Маши. Алина и Лиза бросились искать тараз.

Платья нигде не было.

Появился слабый просвет в их почти безнадежном деле в поиске  Маши.

Тетка и обслуга апартаментов  то ли не знали, кто то наглый тип, что похитил у них из под носа девушку и даже был в ее номере, взял некоторые вещи и тараз, то ли не хотели делиться этой, так важной для Алины и Лизой, информацией. Опять тупик!


Сидя у себя в номере девчата продолжали рассуждать, пытаясь дедуктивным методом вычислить преступника. Но…

Их рассуждения прервал приход  Георга, которого где-то носило часа два-три. Вид Георга, напоминающий десяток темных грозовых туч, не внушал добрых мыслей.

- У меня есть две новости, - с порога начал он. – Хорошая и плохая. С какой начать.

- С хорошей, - не раздумывая хором крикнули девушки.

- Я знаю где находится Маша и кто ее похитил!

Но эта хорошая новость, судя по мрачному виду Георга, ничего не предвещало доброго.

- Ее убили, - вырвалось у Лизы.

- Почти, - с грустью сказал Георг. – Машу похитил один из крупнейших авторитетов Сочи, имеющий связи и с полицией, и с властями города, и Москвой. Он, как пишут в книгах – жесток и коварен.

- Значит, атака в лоб практически исключена, - в грустном раздумье сказала Лина.

- При атаке в лоб можно получить и по лбу, - добавила Лиза.


- Если бы только! - включился в развитие темы Георг.  - На счету этого бандита много очень грязных дел, о которых все знают, в том числе и полиция, но воз и ныне там.

- И что же теперь делать? – немного приходя в себя Лина встала.

- Пока думать, - сказал Георг.

Думать, конечно, никогда не  вредно. Решив уравнение со многими неизвестными теперь девчатам предстоял решить задачу с одним известным. И она, уж точно, посложнее прежних - плетью обуха не перешибешь.

Размышления девчат прервал приход Алисы.  Она тоже активно подключилась к поискам своей соседки Маши. Алиса была взволнована.

Лицо ее горело.

- Ребята! - прокричала она с порога. – Я знаю кто похитил Машу!

Алина с Лизой насторожились. Они решили не говорить Алисе о сообщении Георга. Помня о том, книжки-то про войну читали, что непреложный закон разведки не верить в полной мере одному источнику. Хочешь установить истину – получи информацию и из другого источника. Как минимум. А лучше из нескольких.

- В прошлом году зимой с друзьями мы были на Красной поляне, катались на горных лыжах. Познакомились с местными ребятами – спортсменами-горнолыжниками. Хорошие ребята. Они нас направляли на путь истинный, учили правильной технике спуска с гор. Вот с ними я и встретилась. Поговорила. Рассказала о нашей беде. И знаете, что они мне сказали? Они сказали, что нашу подругу похитил крутой местный авторитет. Отъявленный бандит, с которым никто не хочет связываться. Даже полиция.

- Все ясно, все понятно, спасибо тебе, Алиса! - вскочила Лиза. – Выхода нет. Надо идти в лобовую атака. Так, Лин. Я иду одна. А ты меня прикрываешь. Если не вернусь, то поднимай на ноги всех: полицию, власть…

- И я иду! – решительно заявила Алиса.

- Девки, вы, что очумели? – Лина вскипела. – Алиса никуда не пойдет. У нее будет другое задание. А тебя, Лиза, одну я не отпущу. Пойдем вместе. Теперь, Алиса, слушай меня. Мы тебе с Георгом, оставим координаты нашего хорошего друга Арсения Владимировича. Не будем возвращаться, позвоните ему и все объясните. Он постарается нам помочь.

Село, в котором жил авторитет, располагалось в горах. Такси, легко преодолела змейку горной дороги и остановилось в самом центре, прямо напротив какого-то дворца. Как оказалось, это и  есть обитель авторитета. Постояв в нерешительности у калитки, Лиза нажала кнопку звонка. Рука ее дрожала. Они с Линкой шли в логово врага, именно врага, в неизвестность.

Калитка распахнулась. В проеме стоял здоровенный шкаф и ухмылялся:

- Милостыню пришли просить!?

Девчата не успели ответить, как услышали в рации: пропусти их ко мне.

- Понял, шеф!

Подруг завели вглубь сада, где стояла шикарная беседка. За столом  у компьютера сидел молодой еще человек с оголенным торсом. «Так девушек не принимают» подмывало Лизу сказать эту фразу. Но не успела. В разговор первой вошла Лина. Причем без предисловий и обращений.

- Нам известно, - с волнение говорила она, - что вы похитили нашу подругу Машу и удерживаете ее. Это статья 126. Пять лет принудительных работ или лишение свободы на тот же срок.

Авторитет на миг потерял дар речи от такой наглости, исходящей от двух пигалиц.

- Овцы, у вас все нормально с головой, - взревел он, и, обращаясь к Лине, бросил. - Ты сама-то поняла, что сказала!?

Авторитет привстал.

- Да я вас в стадо баранов отправлю, - зло выговорил он, - в горах пастись, травку будете у меня щипать. А вот Маша уже через неделю будет королевой половины Сочи.

Успокоившись от несказанной наглости Лины, он сел. Внимательно посмотрел на подруг изрек:

- Хотя уважаю.  Смелы. Но безрассудны. Потому  к овцам в горы не отправлю.


У девчат отлегло от сердца. Слава богу, беда миновала. Не так и грозен этот бандит. Есть у него проблески порядочности.

- Тигран, - крикнул он, - запри их в сарай. Я покумекаю, что с ними делать.

Да, подумали девчата, у авторитета «добрая» душа.

…Алиса и Георг, не дождавшись возвращения девушек, позвонили Арсению Владимировичу и все ему подробно рассказали. Тот принял информацию спокойно. Он уже привык к выходкам Алины и Лизы. Арсений Владимирович включился в работу. Поднял всех знакомых и незнакомых, знакомых знакомых и знакомых незнакомых. В итоге вышел на людей, способных повлиять на сочинского авторитета.

На утро следующего дня Алина с Лизой и Маша были с извинениями освобождены и отправлены на Красную поляну.

Два с половиной дня потребовалось Алине и Лизе, чтобы найти свою подругу.

Наполненные весельем, как воздушный шар, пересекающий Атлантику, девчата – Маша, Алина, Лиза и Алиса, вместе с Георгом шли в кафе, чтобы отметить счастливый исход поисков, который чуть не закончился для них трагически. Навстречу – участковый. Увидев девчат, узнал своих недавних посетительниц, приостановился, поздоровался.

- Ну, что, - сказал он улыбаясь, - я вижу нашлась пропажа!  Я же вам говорил: не надо торопиться с заявлением. Все будет окей, все образуется.

- Да, - с явным сарказмом улыбнулась в ответ Лиза, - вы были правы!