Дума при виде черепков перестройки

Фото из яндекс-картинки интернета.


Поэма лётчика-истребителя полковника Александра Александровича
Щукина, участника Великой Отечественной войны 1941-1945гг.
из моего сборника "Альтернативы нашим идеалам нет".


Главному её прорабу посвящается:


На нашу долю выпало несчастье
Быть современниками тех бесславных лет,
Когда вершился крах советской власти,
Тот крах, какому в сраме равных нет.

Недавнее могущество Державы,
Ее былых свершений яркий свет,
Итоги трудовой и ратной славы –
Поруганы и сведены на нет.

Уйдя от исторического спора,
Страна пошла с протянутой рукой…
Как мы дошли до этого позора,
Как дожили до участи такой?!

Причины, ясно, не в народных массах,
Что призваны историю творить.
Они, как нас учили в школьных классах,
Мудры, но не научены хитрить.

Они самоотверженно сражались
В колхозах, на заводах, на войне,
Везде с великой стойкостью держались,
Верховной власти верили вполне.

Не их вина, что эта власть бездарно
Вела страну по ложному пути,
И что на нем народа труд ударный
Не смог достойной жизни принести.

Ну, а раз так, полезно разобраться
В том, чем у нас была на деле власть,
В том, кто и как сумел в нее пробраться,
С кем эта власть смогла так низко пасть.

С тех самых пор, как Ленина не стало,
Нам на вождей чертовски не везло:
Все, сколько их в Кремле ни побывало,
Оказывались с браком, как назло.

Об этом всем давно уже известно
И нет нужды фамилии склонять, -
Но кое-что из прошлого уместно
Попробовать без пропусков понять.

Когда в ЦК у властного штурвала
Встал Горбачёв и поглядел вокруг, –
От перспективы близкого развала
Он ощутил убийственный испуг.

- Ох мать честная! – молвил он тревожно, –
С победами-то, видно, дело швах!..
Тут нам и погореть вполне возможно,
Победы наши больше на словах!.. –

И на Политбюро свои сомненья
Генсек весь день с тревогой излагал,
Делам социализма ускоренье
Он сообщить немедля предлагал.

Политбюро неделю заседало
И порешило: ускоренью быть! –
А вскоре вся страна одно читала –
Каким ей курсом дальше надо плыть.

Об ускореньи речи говорились,
Писались книги, множество статей…
Но год прошел – и люди убедились,
Что не найти той выдумке путей.

Что ускорять-то – нечего, что дело
Не в темпах, а совсем в другом оно:
Раз вся система насквозь проржавела –
Всё с обновлением её сопряжено.

Так появился лозунг перестройки.
Он главным стал во всех делах страны –
К нему с тех пор настойчиво и стойко
Все помыслы людей устремлены.

Что ж, перестройка целям обновленья
Предметно отвечала. И народ
Без надоевших криков одобренья
Готов был дружно выступить вперёд.

Но тут-то вот, от самого начала,
Пошло всё как-то наперекосяк –
Лишь время шло, а дело лишь хромало,
Поскольку тормозилось так и сяк.

Вольготно разворачивалась гласность,
Да критика крушила всё подряд…
И помаленьку ширилась опасность,
Что плод целебный превратиться в яд.

А главное – что в начинанье смелом,
В борьбе с истоком зла и тяжких бед,
Никак не стыковалось слово с делом,
Не достигалось никаких побед.

Путь начат был без чёткого прогноза
Итогов и последствий новых дел.
Возможные провалы и угрозы
Никто предвидеть толком не умел.

Припомним, кто совместно с Горбачёвым
Вершил тогда дела в Политбюро,
Кто мог подходом смелым и толковым
Явлений сложных разгадать нутро?

Его дружки – питомцы комсомола,
Что приучались смолоду юлить?
Иль боссы из номенклатурной школы,
Умевшие лишь должности делить?

Иль Яковлев, который ленинизму
Еще вчера пел громче всех хвалу,
А как полезли вверх другие «измы» –
Хвалу сменил немедля на хулу?

Медведев, что ли, был пророком смелым?
Иль мог предвидеть что-то Лигачёв?
Иль Пуго с Язовым блеснули славным делом? –
А ведь за них держался Горбачёв.

Осуществляясь методом авралов,
Импровизаций и бездумных проб,
Вся перестройка множеством провалов
Уверенно себе сбивала гроб.

Тут и принесший страшные потери
Компаний трезвости идиотизм,
Что укреплял по самой щедрой мере
Не нас, а теневой капитализм.

Тут агропрома дикие просчёты,
Вконец измордовавшие село,
Безграмотные перлы хозрасчёта,
Финансовых экспериментов зло…

Правительства глупейшие реформы
Обманывали, путали людей…
Жизнь опустилась ниже всякой нормы
В гнетущие хвосты очередей…

Продуманной программы не имея,
Вёл Горбачёв державу наугад:
Теряя часто главную идею,
Он звал вперед, а пятился назад.

Одновременно звал к социализму –
И к рынку обосновывал пути,
Божился в стойкой верности марксизму –
И делал всё, чтоб от него уйти…

Так и сумел наш лидер хитроумно
Опять народ бесстыдно обмануть –
К социализму призывая шумно,
Совсем в другую сторону свернуть!..

На Западе он миротворца славу
Снискал себе заслуженно вполне,
Поскольку думал о других державах
Побольше, чем о собственной стране.

Друзей имел он в мире вереницу,
Путь в многие столицы проторил.
Людей он ездил слушать за границу, –
В своей стране он только говорил.

А что в итоге? – Бывшей сверхдержаве
Подачки шлют, обидные вдвойне,
Поскольку все вопрос поставить вправе:
Так кто ж  победу одержал в войне?!

Варшавский Договор исчез куда-то,
Был СЭВ, да нет уже его сейчас…
На фоне бурно крепнущего НАТО
Проблем немало выросло у нас.

Высокая награда Президенту
За вклад в разоружение дана…
Да что-то в армии аплодисментов
И радости не вызвала она.

Той армии, что гордостью народа,
Оплотом и щитом всегда была, –
В своей родной державе год от года
Пришлось переносить всё больше зла.

За годы унижений беспримерных
Дух армии упал. Сомнений нет –
В разряд воспоминаний эфемерных
Ушел былой военный паритет.

Крах полный перестройка потерпела,
Запутанная слепотой вождей,
Отсутствием продуманного дела,
Порочностью навязанных идей.

Крах состоялся быстро, зримо, ярко,
Как роковой бездарности итог…
Что ж, Запад столь богатого подарка
И в пылком сне желать себе не мог!

Хозяйство до развала докатилось,
Власть потеряла свой авторитет,
Мораль в пустышку быстро превратилась,
И даже веры в исцеленье нет…

Поскольку вождь во всех больших проблемах
Был, скажем деликатно, не силён, –
То в экономике мудрёных схемах
Шарахался меж разных взглядов он.

Сегодня он Шаталина идею
Спасительной и верной называл,
А через день, налюбовавшись ею,
К совсем другой программе призывал.

Позиции меняя, как перчатки,
Он быстро провернул эксперимент –
Как новой власти смутные зачатки
Возник гибрид: генсеко – президент.

Вот тут о партии необходимо слово,
Поскольку о Генсеке речь зашла, –
Ее уже давно честят сурово,
Разглядывая в ней источник зла.

Она считалась силой непреклонной,
Единой в планах, помыслах, делах,
Рукою мощной многомиллионной
Поднявшей ввысь советской власти флаг.

Да, в нашем прошлом так оно и было:
Не зря же в самый тяжкий судный год
Она в огне народ собой сплотила
И за собой вела его вперёд!

К несчастью животворная сплоченность
Исчезла в нашей партии давно, –
Тому виной ее незащищенность
От сил, которым властвовать дано.

Под песни о единстве и о силе,
Поставив честь и совесть на прикол,
Партийные вожди давно свершили
И в обществе, и в партии раскол.

Низы тянули воз, платили взносы,
Их миллионы шли из года в год
На сладкое житьё партийных боссов,
Дворцы и дачи царские господ.

Вся правда в том, что властью заправляла
Не партия, а лидеры её,
Которым эта партия давала
Субсидии на райское житьё.

А партии вина в одном бесспорна –
Что, видя зло, мирилась долго с ним,
Что помогала лидерам покорно
Активным невмешательством своим.

Что массы коммунистов не следили
За теми, кто кривлялся впереди,
Хоть партией давно руководили,
По – сути, беспартийные вожди.

В итоге тёмной акции келейной
Жизнь партии безжалостно пресёк
Не самый злейший враг ее идейный,
А ею же взлелеянный Генсек!..

Он партию, которой всем обязан,
Трусливо предал в самый трудный миг.
Он показал, как был на деле связан
С судьбою коммунистов рядовых.

Воспитанный номенклатурной кликой,
Знать толком кадры Горбачёв не мог, –
Их из породы этой же двуликой
Он выдвигал, воспитывал, берёг.

Особо зримо проявилось это,
Когда на самом верхнем этаже
Сживали дружно Ельцина со света
За то, что был повинен в мятеже.

Поскольку он посмел номенклатуру
В грехах весьма серьёзно обвинить –
Его, как неугодную фигуру,
От власти порешили отстранить.

Суть этого конфликта не забыта,
Дошла до всех, секретность разорвав,
Хотя она была трусливо скрыта
За куцей фразой: - «Ты, Борис, не прав!..» –

Всем этим славу Ельцина утроив,
Генсек и окружение его
Подняли вверх мятежного героя –
Нежданно для героя самого.

Что ж, Ельцин тоже рос в номенклатуре,
Ее приметы в нем воплощены:
И авантюрность есть в его натуре,
И властности черты отражены.

Он быстро стал правителем России.
С тех пор в стране у нас покоя нет:
В ней все – и небольшие и большие –
Одно лишь знают: суверенитет.

Союзный Президент писал законы –
Российский их немедля отвергал.
Один другому этим неуклонно
Союз республик рушить помогал.

Не жалкий путч перевернул державу,
Не им осуществлён переворот,
И не ГКЧП потом по – праву
Творцом его потомство назовёт!

Союзный и российский Президенты
Вложили каждый свой весомый вклад
В различные взрывные элементы,
Совместно ускорявшие распад.

Судя по президентским разговорам,
Дела, как будто, плавно шли вперёд,
И жить в дальнейшем с новым Договором
Уже всерьёз готовился народ.

Как вдруг в далекой Беловежской Пуще
Тремя вождями провозглашено,
Что прежний наш Союз уже распущен,
Содружество на смену создано!..

Война республик с Центром завершилась,
Содружество оформлено вчерне…
Но далеко не всё еще решилось
В тревожно ожидающей стране.

Как лидеры Содружества споются?
Как смогут сильный одолеть разлад?
Как с ядерной проблемой разберутся?
Пойдут ли и в другом дела на лад?

Пока что в духе нажитых традиций
Рождённому Содружеству держав
Грозит привычная уже борьба амбиций,
Борьба растущих суверенных прав.

Союза нет, а на его руинах
Уже тяжба опасная идёт –
Упорно предъявляет Украина
Свои права на Черноморский флот…

Возможны распри новые и свары.
На этом фоне будущность мрачна –
Сгущаются житейские кошмары,
Всё ниже опускается страна.

Пока что в ходе начатой реформы
Дана свобода только росту цен, –
Отцы демократической платформы
Пророчат рынка прелести взамен.

Те «прелести» уже видны отменно –
Добра общенародного делёж,
Затем на «диком» рынке непременно
Простых людей безжалостный грабёж…

Куда идём? – Не прибывает что-то
Уверенности в избранном пути:
Не в новое ли движемся болото,
Откуда, может, выход не найти?..

Да, Горбачёв был первым Президентом –
Он и последним очень быстро стал…
Подумать над таким экспериментом
Черед для новых лидеров настал.

Он принял власть, когда еще хватало
Того, чтоб эта власть была сильна.
При нем всё это начисто пропало,
Больной и нищей сделалась страна.

Поскольку то, на что он делал ставку,
Негодным оказалось и пустым,
Всё развалилось – он ушел в отставку,
Закончив путь свой методом простым.

Ушел в номенклатурном прежнем стиле –
Без всякого отчёта за дела.
Охрану, дачу, два автомобиля
При пенсии – всё власть ему дала.

Правитель беспринципный и лукавый,
Без собственных устойчивых идей
Закономерно он утратил право
Быть лидером обманутых людей.

При этом на прощание народу
Вождь уходивший красно говорил,
Как щедро он голодную свободу
Ему великодушно подарил…

Мы двигались навстречу коммунизму,
Не зная, что такое коммунизм.
Сейчас вслепую прём к капитализму,
Надеясь лишь на бравый оптимизм…

На Запад молимся, бездумно отметая
Полезный опыт, будто он нелеп –
И опыт современного Китая,
И свой – проверенный на деле НЭП.

Не внешний враг Советскую державу
В смертельной долгой схватке растоптал:
Свой Президент снискал такую славу –
Могильщиком советской власти стал.

В содружестве с номенклатурной кликой
Он удивил безмерно белый свет,
Тем, что развал своей страны великой
Сумел свершить за шесть коротких лет.

Беда, когда вождям еще не видно,
Что крепнет гнев обманутых сердец,
Что людям очень больно и обидно,
Что может вере наступить конец,

Что грустно на разбитое корыто
Мы смотрим, как на долюшку свою…
Что тяжко нам, поскольку не забыто,
Как собирались мы пожить в раю!..

         
             Москва, декабрь 1991 года.