Троллейбус 12

Знаете, челябинский троллейбус это то место, где я бы посоветовал оказаться каждому. Сотни машин ежедневно перевозят тысячи человек. Водители объявляют по какому маршруту сегодня поедут горожане и умело управляют сотней кнопок, пружин и рычагов. Валидаторы пикают, принимая оплату у пассажиров. Жизнь кипит, но есть в ней и удивительные моменты.

Сегодня я ездил на совещание, и по случайному стечению обстоятельств от места ораторских речей до моей скромной хижины ездит лишь один троллейбус – двенадцатый. Это было сегодня, в неимоверный снегопад пятого марта двадцать шестого года.

Промерзлый на остановке, я залез в большую ярко-красную машину. Оплатил карточкой, написал всем, что скоро буду (как-никак, восьмой час на дворе) и мирно сел в уголок. Где, казалось бы, никто не нарушит моего покоя. Проехав так две остановки, что-то показалось мне странным. Но ничего не предвещало беды. Лишь какой – то паренек сел напротив меня.

Сел. И сидит. И вроде – столько свободных мест вокруг. Я уж подумал пересесть, но лень исполняет свой лейтмотив. Да и перегружать тяжелые сумки сил уже не было.
Но что – то задержало мой взгляд на этом пареньке. Знаете этих юношей, которые красят волосы в черный цвет, на голове у них лака больше чем на Мона Лизе, сами они одеты в брюки цвета хаки и черную футболку. И глаза у них бездонные, будто души пустые. И руки у них худощавые настолько, что я, несостоявшийся биолог, могу увидеть все нужные вены.

Этот паренек таким и был. Но один момент в нем отличался. Глаза (да-да, я всматриваюсь в глаза людей). Они были необычайно теплыми, свет в них отражался мягко и плавно. В них я увидел самое главное – я увидел душу.
Паренек тот что-то смотрел в телефоне, улыбался и пару раз чуть не ударился в смех. Как мне хотелось с ним заговорить – тепла ли его речь, если теплы глаза? Руки его, болезненного вида, резко убрали телефон и с того момента больше он его не брал.
«Эх, жаль я не ношу визиток» - проскользнуло в моей голове. Мне хотелось бы поговорить с этим незнакомцем и тщательно изучить его. Может быть, состоялся бы и роман. Но визиток я, как уже говорил, не ношу. А делать их не на чем, да и странно.
Наверное, тому пареньку странно было от того, что его лицо так пристально осматривает другой парень. Но мне было любопытно – отчего ж роднятся теплая душа и холодная оболочка? Что его сподвигло стать тем, кто он есть сейчас?
Кровавый подбой на его губе, небольшая ссадина на подбородке явно дали мне знать – парень едет с одной улицы на другую. Его треугольное лицо все еще кривило улыбку и хищно оголяло зубы. Те зубы и вправду казались мне хищными.

Холодное кресло троллейбуса словно подпитывало меня идеями, как с ним заговорить. Заговорить и в правду хотелось – столь душевного хищника я вижу впервые. Потом, когда в троллейбус зашли люди, мне стало очень интересно выражение лица мужчины, стоявшего рядом с ним. В его глазах читалось полное непонимание, но и зависть к тому молодому человеку. Молодому. Человеку.
Тот парень интересовал меня все больше, ведь он один в троллейбусе смотрел не вниз, а вверх. Словно видел больше, чем видят другие. «Написать бы про него книгу» - подумал я тогда. Но смелости заговорить не хватило – мало ли какой у него характер.

Мало ли какой у него характер, а глаза теплые. «Весна» - с явным огорчением сказала женщина своему малолетнему сыну. Троллейбус распахнул свои двери, и я вышел, лишь сказав тому юноше «До свидания». Но он не услышал этого в гуле толпы. Он лишь проводил меня глазами.

Пусть он будет Градин. Не знаю ничего о нем, но ему бы подошла фамилия Градин. Может, напишу о нем когда-нибудь повесть.