Глава третья. Книга навыворот

     Что за книга такая и почему ее отдал именно ему довольно странный человек, Володька так и не понял. Как не понял и ничего из того, что в ней написано.
     “Может это на эльфийском? Сможешь перевести?” — усмехнулся он, отдавая книгу Кольке — товарищу, работающему с искусственным интеллектом на высшем уровне. “Да не вопрос, бро! Дай мне пару недель, я точно найду алгоритм ее перевода, если только она не на языке бикья! А то придется командировку в Камерун оформлять!” — Колька подмигнул Володе и забрал книгу. Однако, на следующий день Колька примчался к Володе домой ни свет, ни заря.
— Ты чего в такую рань, — заспанный друг открыл Кольке дверь лишь после третьего звонка.
— Вот чего, — Колька потряс какими-то распечатками перед Володькой и прошагал на кухню, — ставь кофе, щас будет жесть.
— Да ладно, ты нашел в тексте отсылки к древним картам сокровищ? — Володька засмеялся, пытаясь за смехом скрыть зевок.
— Не смешно! Я между прочим всю ночь сидел с этим. И знаешь что?
— Что?
— Этой книги нет. Точнее, это вообще не книга, это пока еще рукопись. Она не была издана и, возможно, не будет.
— Как это?
— Слушай по порядку. Написана она на нашем родном великом и могучем, вот только как если бы его вывернули наизнанку, — начал рассказ Колька.
— Типа ребуса? Почему я-то ничего не понял? — Володька налил в две кружки растворимый кофе и устроился напротив товарища.
— Не перебивай. А лучше внимательно слушай. У меня вообще такое ощущение, будто она из параллельной реальности. Ну как Оля и Яло. Так и здесь, только не наоборот, а как-то навыворот. В книге этой рассказывается про девочку, которая путешествует между этими параллелями, отменяя реальность и формируя новую. Она там то бабушку возвращает, то потерявшегося отца находит, то живет сразу в нескольких мирах. А посвящена книга ее брату, имени которого она не называет на протяжении всего повествования. И лишь в самом конце открывает его. В конце, когда уже не может ничего изменить. Владимир его зовут, прям, как тебя. Автор вроде и есть эта девочка. Брат ее умирает, и она пишет эту книгу. Но самое интересное, что под текстом на последней странице есть надпись, сделанная от руки странными чернилами. Они будто прозрачные, но в то же время их отлично видно. Так вот, надпись такая, — Колька открыл последнюю страницу и прочитал, — “временно исполняет обязанности Ангела по Договору. При выполнении задания, произвести отмену”. Как думаешь, что это значит?
— Не знаю, но я будто слышал уже эти слова Ангел по Договору. Дай мне
прочитать, что ты распечатал.
— Бери, тебе и принес. Я побегу, на работу надо, а ты позвони, как прочтешь, — Колька, допив кофе одним глотком, отправился в трудовые будни. А Володька, крепко задумавшись, принялся за чтение. Очень зацепила его эта приписка после текста. “Синдром отмены” гласило название. С первых строк книга будто затянула Володьку. Когда он закончил чтение, то знал ответ на вопрос почему эта книга попала именно к нему. С Колькой они познакомились не так давно и тот не мог знать подробности Володькиного детства. Он набрал номер друга.
— Колька, его не просто зовут как меня. Это и есть я… Только меня там уже нет. А если выполнить задание, то отмена пройдет и… — тихо сказал Володька, осознавая прочитанное.
— Погоди, погоди! Ты хочешь сказать, это там все про тебя написано? Не глупи, ты же здесь, все вроде норм, — Колька никак не мог понять, как это возможно.
— А если представить, что все-таки параллельные реальности есть. И там меня уже нет, а здесь я должен выполнить какое-то задание, чтобы снова оказаться там с ними… Ой! А Юлька?! Я должен все это ей показать, ведь эта девочка, которая пишет, она и есть!
— Стой, бро! Не гони коней! Для начала успокойся, ты переволновался. Давай, подгребай ко мне, у нас тут в разрабах одна прога висит, как раз на тебе испытаем.
— Да, ты прав, сначала надо прийти в себя, потом Юльке расскажу. Надо же, пишет! А здесь она адвокат! Ладно, еду, ставь кофе, твоя очередь!
     Володька зашел к Кольке в офис когда уже было шесть часов вечера. Сотрудники покидали свои места, их с Колькой беседе никто не помешает.
— О, бро! Давай по-быстрому! Очень хочется прогу обкатать! Вот кофе, вот конфеты! Жуй! — Колька подгонял товарища.
— Что за прога? Мозгоправная что ли? — Володька догадывался, куда клонит Колька.
— Да почти… Рабочее название “Евдокия 3000”.
— Ну раз Евдокия, тогда я готов! Ты же знаешь, женщин я люблю!
— Вот можешь с ней разговаривать, сколько угодно! — Колька подтолкнул кресло, на котором сидел Володька к большому монитору, — хочешь, надень наушники.
— Да мне-то что. Пусть так болтает. Запускай!
— Вы общайтесь, а я пока отчеты отнесу шефу на стол. Чтобы активировать, назови ее по имени, — Колька взял со стола бумаги и вышел.
У Володи по спине пробежали мурашки. Но он поспешил прогнать непривычное тревожное ощущение и запустил программу.
— Евдокия, алло, — начал Володька.
— Алло принято говорить по телефону. В очной беседе более применимо приветствие “здравствуйте”! — ответил приятный женский голос из колонок.
— Прошу прощения! Я думал, что бот не так привередлив к приветствиям, — Володька попытался пошутить, но вышло не совсем так.
— Не нужно просить прощения, ведь Вы не испытываете чувства вины. И еще, чем скорее Вы поймете, что я не бот, тем лучше.
— Какой еще вины? — Володьке не понравилось начало разговора.
— Вина, это отношение субъекта к содеянному. В данном случае намеренное приветствие словом “алло”. За счет этого Вы хотели занять главенствующую позицию в нашем разговоре. Однако, сожаления по этому поводу Вы не испытываете, так что прощение здесь излишне, — Евдокия оказалась не так проста, как хотелось бы.
— Чего? — Володя почти ничего не понял из сказанного. Его мысли занимал лишь один вопрос, но он не знал, как точно его сформулировать. И уж тем более, даст ли на него ответ программа.
— Вы ведь спросили не для того, чтобы я повторила. А чтобы потянуть немного время.
— Евдокия, мне нужен ответ, только четкий, без всяких там, — Володька решился спросить, пока Колька не вернулся.
— Я слушаю.
— Параллельные реальности. Они существуют? И если да, то зачем я здесь? — Володька посмотрел на экран, будто там могли быть глаза его собеседницы. Однако экран, до этого тихо светящийся розовым, вдруг замигал, и на нем загорелось настоящее Северное Сияние. Голос Евдокии слегка изменился, стал более отстраненным.
— Параллельный реальности — это полное отсутствие ответственности и неумение сделать выбор. Как было бы прекрасно, если бы можно было пережить жизнь набело. Исправить то, с чем не можешь справиться или то, что было ошибочно тобой сделано, —  ответила она словами из той самой книги, а дальше звучал мужской до боли знакомый голос, — Вы здесь для этого, молодой человек. Нужно лишь вспомнить. Ваша вводная Бо;сый! — последние слова голос будто впечатал Володьке в ум! Он начинал что-то вспоминать, только пока ещё не понял, что именно.

Продолжение следует...