За Звездой

Дело есть дело, разумеется, отдохнуть дали. Снова предстояла переброска к пленникам. Старший Брат кивнул на стул.

– Кто он?

– В одной из прошлых жизней – твой муж. Держи!

Я взяла фотографию. С первого взгляда поняла, что не хотела бы лечь с ним в постель: вытаскивала ребят поинтересней.

– И форма?

– Пойдёшь по третьей. Лимит красавицы выбран. Приказ. Я не причём.

– И Время?

Брат поджал губу, будто искал подходящий ориентир.

– Давай угадаю? Детей зачинают после захода Солнца, поют «Зачем вы, девушки, красивых любите»?

– Гораздо позже. Там милицию переименовали в полицию.



Отказаться я не могла, как и не горела желанием погружаться в то болото. Делать нечего: «Я готова!»

Эту дверь знают операторы, если кто опередил, придётся потерять несколько минут. Комплекс «Подушка». Входишь с сопровождающим, ложишься на кроватку; старое оборудование не сбоит.

Ещё пара показалась в коридоре, они охотно пристроились за нами.

Сопровождающий выскочил, наша очередь.

Обивка из чистой конопли, руками привычно оперлась, легла. Подушка сняла параметры и слегка загудела.

2

Сбои случаются в местах высадки, мне до сих пор везло. Успевала запоминать ориентиры, сегодня что-то пошло не так. Я оказалась в кинозале, масса зрителей, кругом коктейль из местных запахов… Табак, кофе, пиво. Чипсы и семечки, на первом ряду кто-то сосёт леденцы.

Осторожно глянула по сторонам. Вроде никто не заметил моего появления, каждый занят своим. Теперь можно уточнить, какую ленту крутят. Если комедию, то признаки налицо: полуголые девки собирают баню из деталей крупного конструктора. Порылась в памяти –что-то не припомню. Но мужское население определённо собралось потешиться над мастерицами. На лицах читается: «Без мужиков собрались что-то построить? Ну-ну, давай поглядим». Это и понятно: с пространственным мышлением у девочек обычно туго, но я бы собрала. Они столпились над чертежами сборки, по-моему, нарушили её последовательность. Отсюда назревают споры, кажется, сейчас будет юмор.

Неожиданно делаю открытие. Фильм фильмом, но в правом углу экрана пульсирует окошко. Цифры сообщают: кто-то в постоянном поиске, цифры сбрасываются на «тройке». И что-то я растерялась: туда ли попала?

А бывшего муженька я сфотографировала, впереди сидит, двумя рядами ниже. Я же умею приказывать, вот он и оглянулся.

Две единицы выскочили в окне, весь зал поднялся на ноги и поспешил на выход.

Я застряла, сбоку дали подсказку: «Одиннадцать, не видишь? Давай, ножками, ножками! Или я тебя смету!»

В заразительном ритме, без паники, весь зал сосредоточился у нижних дверей. Секунды не потеряли, все прошли без приложения сил. Не выпускать из виду парня – что есть проще?

А мы в городе, название которого ещё предстоит выяснить. Слева видны коробки, спальный район. В эту сторону пустились единицы.

– Что происходит? Я не местная! – догнала «затылок» и ускорила шаг, чтобы не отставать.

Он коротко глянул на меня, потом по сторонам.

– Облава.

– Ой, я пропала! Куда спрятаться?

Он остановился и в упор оглядел меня, с ног до головы. Третья форма, что хотеть? Бывало, на руках носили, да проклятый лимит… Интересно, кто отдал Приказ?

– Бегать умеешь – давай, за мной.

– Не в спальный район?

– Там менты легко переловят. Наше спасение в частном секторе.

И мы припустили во все лопатки. Вот не думала, что в этой альности поддерживают форму.Шлёпала за ним, изображая неумеху, потом надоело притворяться, взяла дыхание и могла бы потягаться, уйти в отрыв. Нельзя, мне нужно сыграть роль.

Что у нас есть по ментам? Рожи продажные, время изуродовало все принципы… Что ещё? Пользуются безденежьем, сами организуют схемы, на которых и ловят. Раскрывают преступления, не поднимая задниц.

Слева грянули сирены, всю колонну собирались порезать на куски и разобраться с малыми группами; подумалось мне: с большими не рискуют связываться. Этот момент не укладывается пока в голове. Если я не там, где нужно, подопечного могут посадить или прикончить, пока я бегаю не за тем.

Глаза искали подсказки. Упоминаний о великом и могучем СССР не видать, кто во главе государства?

Группы автоматчиков выгружались из «шишиг», лениво растекались вдоль тротуара.

Мы точно не успеем.

– За мной!

Я свернула за ним, через двор частного дома… ему не впервой, надо довериться местному. Судя по реакции, такое происходит частенько. Облава. Вернусь – придётся посмотреть материалы по мирам; может, что-то с моей памятью?



3

У сарая сложены доски и брёвна, мой бывший изобразил растерянность, сперва выхватил из щели пакет, из него мешок. Задумчиво спросил:

– Что такое дуст, знаешь? Его запах?

– В курсе.

– У меня только один мешок, даже не знаю…

– Его на голову надо надеть? А сам как?

– Может, что присмотрю, а ты лезь сюда. С мешком, иначе задохнёшься. Мне ещё следы надо обезвредить.

Промежуток маловат, но если муж уступает место… О, боже! Тут и гвозди попадаются, – я вползла головой вперёд, мешок защищал от пыли и запаха, который я опознала, как дуст. Только устроилась – послышались голоса, если дом окружат… Ты где?

Меня ухватили сильные руки, массаж начался с ног. Потом звук – и воздух поменял проводимость. Мы в ящике, голоса стали глуше, но приближались.

Даже через плёнку я услышала его дыхание. Одному в этом убежище проще: хочешь – так ляг, хочешь – на живот. Сегодня у нас обстоятельства.

– Ну, скажи, что делать?

– Ты точно приезжая?

– Точно.

– Слушай внимательно. Следы я залил составом, собаки потеряют нюх, не смогут работать.

– А нам что делать?

Он меня всё ещё проверяет:

– И даже города не можешь назвать?

– Не могу.

– Ладно, поверим на первый раз. Напрягать мышцы умеешь?

– Какие?

– Женские.

– Когда-то занималась.

– Бля… Ладно, не до того сейчас. Я напрягаю свой, ты – свои, и работаем на излучение.

Мне захотелось как-то ответить, не нашла ничего лучше:

– Бля… А дальнейшие инструкции?

– Мы создаём поле. Вокруг нас силовой купол, непроницаемый. Группа крови…

– Первая.

– Подходит. – Его руки стали изучать моё лицо на ощупь. – И лицо правильное. Как я тебя не разглядел-то сразу? У меня ощущение, встретились не случайно.

– Инструкции, – напомнила я.

– Спусти брюки и трусики, пока мы вместе, никто не разлучит – над нами будет Купол.



Или в моей голове всё перепуталось, или я заблудилась.

– И без ЭТОГО никак?

– Проверено многократно.

– А облава из-за чего?

Он погладил по лицу, потом помог спустить мои брюки до колен.

– Дальше сама постарайся. Теперь вижу, приезжая. Дело простое. Майор у нас сидит на участке, довольно давно. Его дружки в полковниках и генералах, часть их переехала на кладбище. А он у нас молодой майор, и всё никак…

– Не его звезда. Хочет на кладбище?

– Мы не тем занимаемся. Не будет Купола – вытащат отсюда, влепят срок и отвезут на стройку века. Что там они придумали? Может, атомную станцию или национальную библиотеку, – у нас проектов и мечтателей с избытком.

За разговором мне удалось стащить половину… Одну ногу освободила полностью, и даже повредила кожу. С трусами так не получится.

– Помоги!

Его руки действовали так, будто это его постоянная работа. Примерить, снять, надеть… И у нас получилось!

– Теперь полная концентрация на своём мальчике-пальчике. Я свой настроил…

– Мне трудновато дышать.

– А, это счас… – Чистый воздух ворвался внутрь пакета, я смогла его слегка раздуть, чтобы плёнка не касалась лица. Прикинула – так можно и неделю выдержать. Рукой качнула пространство и наткнулась на приличный выступ.

Просто из женского любопытства, оценила размер на глазок, пользуясь чувствительностью кожи.Примерно две ладони… точно, был у меня такой муж. Прошлое не обманешь, магнитофончик на затылке ВСЁ помнит. Древнейшее устройство, не во всех мирах о нём знают, пленные – тем более.

– Мы, оказывается, знакомы. Я немного сомневалась.

– Не сочиняй. Нам этих эзотерик и мировых заговоров хватает. Ещё про поиск своей половинки, – ну ведь чистый бред. Настраивайся на создание Купола, пока не обнаружили.

Я сдала назад. У пленных же только три процента, он видит и слышит в узком спектре. У него на подоконнике будет бес сидеть, а хозяин не в курсе, хоть посади рядом. Вот запах… некоторые улавливают присутствие серы.

4

Он говорил, я подчинялась. Это какое-то мужское волшебство. Мои способности вдруг резко выросли, я смогла оценить и наше положение, и «ментов». Соседний дом окружили, пустили собаку, закончили – направлялись к нашему убежищу.

Мы соприкоснулись. Токи помчали в обе стороны, раздвигая преграды и перемычки, созданные местными магами. Люди в клетках, облеплены присосками, высасывающими соки Жизни.

– Ты женат?

– Тебя ждал.

До меня дошёл двойной смысл.

– Ты женат? – С этой минуты плёнка исчезла, вокруг нас накапливалась Сила, с голубым и розовым оттенками.

Он тоже что-то увидел.

– А ты не так проста, как показалась сразу. – Прислушался. Рядом топтались менты. Собака тявкнула и заскулила. «Уходим! Ещё и этого пса уделаем!»

А мы в ящике, рядом. Наши члены словно проникли друг в друга, будто влюблённые целуются, мы наблюдаем со стороны и не до конца понимаем, что происходит. Они живут как бы вне нас, что медицина никогда не сможет описать.

Для меня самой это стало откровенной новостью. Что ещё мы не ведаем о телах, дарованных Творцом?

– Ушли.

Он коснулся своим носом моего.

– Уверена?

– Вижу. Можно уточнить? Ты про какие звёзды всё время думаешь?

– Про совпадение моментов. Есть у нас мастер, Владимир Высоцкий. Пишет и сам исполняет песни. «Не быть тебе полковником, майор», – слова такие в песне Высоцкого. Ах, да: откуда женщине знать творчество такого мастера?

– Высоцкий? И у нас такой есть.

Он схватил меня за плечи.

– Вот! Так и думал. Ты не отсюда, сама себя выдала. И какую цель преследуешь, если не секрет?

– За тобой пришла. Прямо сейчас показывают нашу попытку… Не догадываешься?

– Говори.

– Только придержи семя, не извергай. Идёт тонкая настройка тел, выход может произойти в любой миг…

5

Что она сделала со мной? Надо же, увязалась. То-то внутри всё ревело – берегись!

Я по привычке отрицал, пока у нас не произошёл контакт. Странный способ знакомства – ты мигом увидел прошлое. Мы с ней прожили долгую жизнь, долго подходили к одному вопросу, и у нас не получилось, в самый ответственный момент. Что-то связано с полётами… даже страшно произнести: полёт в космосе, без внешней оболочки, без корабля. Я же видел ДРУГИХ. Они там порхали, как у себя дома… Страх, а больше неуверенность помешала. Что ж школа этому не учит? О посмертном опыте молчат, дураками делают. Но ладно, потом подумаем. После ящика, как уйдут менты.

Я-то был уверен: облава закончится, и мы разбежались. Но случилось невероятное: как удавку на шею накинула. Не могу отойти на шаг. Выползли из ящика, и мне стало страшно. Я боялся её потерять. Пусть бы попробовали окружить сейчас, – всех перебью, пусть потом, что хотят, делают.

Захотелось оглянуться и поискать что-то важное. Убежище послужило сегодня, гадаю, почему ноги каждый раз ведут сюда.

Я снова прокручивал в уме главный эпизод. Вместе кончили, и тотчас вытекли из ящика. Лёгкость такая, что можно подпрыгнуть и коснуться облака.

Поглядываю за ней. Смотрю ниже – не может быть! Ноги не касаются земли. Сама не замечает, или притворяется. Перевожу взгляд на свои. Поднапрягся – тоже не касаюсь, не могу достать.

– Полетаем?

– Давай.

Я не успел испугаться, рядом прогремел самолёт. Её рука придавала уверенности. Она знает, что делаем. Нам на головы упал космос: куда хочешь, любое направление открыто.

Она рукой потянулась в сторону скопления. Моргнуть не успел – мы рядом. А издали и не подумал, что это небесные тела, как заготовки для чего-то важного.

Она сжала пальцы.

– Вспоминай. Мы приходили, в тот раз я оплошала. Поэтому расстались.

Вспомнил! Хотели зажечь свою Звезду. Она перед нами, среди таких же, холодных подружек.

Мы оседлали её. Я прилип к южному полюсу, моя Лада распласталась на северном. Соединив руки, мы ждали. И она вспыхнула, разгораясь всё ярче. Ни времени, ни помех, только ожидание.

Сколько там прогревались, не скажу. Услышал хлопки в ладоши, повернулся на звук. Благообразный Старец приветствовал наши действия. В тот же миг мы оказались рядом с убежищем. Я поднял голову к облакам. Среди ясного неба сияла наша Звезда.



– Заходишь в любой кабинет и говоришь – пошёл вон!

– Так и скажу. Пусть боятся теперь.