Пустота социокультурного...

     Обстоятельства большереченской жизни заставляли молодого мыслителя Кладодрага Неминуевича Призатеева думать о необходимости или бесполезности для людей идеологии.

     Долго думая над тем, нужна ли людям идеология или лучше людям жить без неё, Кладодраг Призатеев пришёл к мысли, что идеология - это техника или технология внешнего управления людьми.

      Дойдя в своих размышлениях до техничности или технологичности идеологии, Кладодраг Призатеев вспомнил о социальном и культурном, а также о слове "цивилизация".

     Вполне возможно, что воспитание  Кладодрага Неминуевича Призатеева было испорченным, но, пока его воспитывали, ему вдолбили в голову, что заработать, оплатить, поесть, купить путевку за бугор и туда съездить - это социальное и цивилизационное дело, а почитать или даже самому написать какой-то текст, сходить в музей, театр или в кино - это культурные дела.

     Так где же идеология могла бы понадобиться человеку больше: при осуществлении им его социальных.и цивилизационных дел или при осуществлении им его культурных дел?  Кладодраг Призатеев сам себе задал данный вопрос, но ответить на него однозначно, и без посторонней помощи, не смог. Пошёл за помощью к умудрённому жизненным опытом Выверту Найдёновичу Летагонову.

      Почувствовав определённый запах, исходящий от Выверта Летагонова, Кладодраг Призатеев понял, что Летагонов умудрён не только жизненным опытом, но и недавно им выпитым стаканом, а, может быть, и больше. И всё-таки Кладодраг задал свой вопрос Летагонову:

     - Если идеология - это социокультурное явление, то чему она, Выверт Найдёнович,  больше принадлежит: тому социальному и цивилизационному, или тому культурному, что есть в любом человеке?

     Услышав данный вопрос, Выверт Найдёнович дёрнулся лицом так, что лицо чуть не выронило из себя глаза Летагонова. Удержать в лице свои глаза Летагонову, несмотря на недавно им выпитое, удалось, но взгляд этих глаз остался заметно, для Кладодрага Неминуевича Призатеева, выпуклым.

      Глядя немного выпуклым взглядом на Призатеева, Выверт Найдёнович стал отвечать на не очень точно поставленный вопрос:

     - Видите ли, мой юный друг Кладодраг, много лет изучая социокультурное, я пришёл к выводу, что  "социокультурное" -  это полностью пустой термин. То есть,  термин-пустышка. У него нет никакого действительного содержания.

     - Но культура и цивилизация хотя бы существуют? -  Кладодраг Призатеев задал Летагонову уточняющий вопрос.

      - Мой юный друг! Хотя я и чётко уловил всё содержание вашего дополнительного вопроса ко мне, я не могу ответить на него однозначно. Когда изучал социокультурное, я, конечно, сталкивался с размышлениями   людей, одни из которых больше ценили цивилизацию, а другие - больше ценили культуру. Но ценить что-то - это ещё не значит убедиться в существовании ценимого. Лично я высоко ценю то, что я обнаружил, но я не уверен в том, что обнаруженное мной действительно существует.

     - А что вы, изучая социокультурное, обнаружили? - поинтересовался пытливый Кладодраг Неминуевич Призатеев.

      - Я обнаружил, что все люди, женщины и мужчины, делятся на три типа.

      - На какие именно три типа  делятся люди? - продолжил проявлять чудеса своего терпения Кладодраг Призатеев.

      - Люди делятся на обыкновенных, власть имущих и на само-осу-щест-вля-ющих-ся. Последних люди обыкновенные часто называют анархистами, - резко сумничал Летагонов.

     - Не будем спешить! Давайте начнём с людей обыкновенных, - терпеливо предложил Призатееев.

     - Внутренние миры обыкновенных людей  состоят только из одних собственных целей: чётких или неясных. Во внутреннем мире обыкновенного человека нет образов способов и средств достижения его целей. Обыкновенный человек всегда ждёт, когда его окружение предоставит ему способы и средства достижения его целей.

     - А самоосуществляющийся   человек ничего не ждёт, что ли, от  своего окружения? - уточнил Кладодар Неминуевич Призатеев.

     - А зачем ему что-то ждать от своего окружения? - сказал Летагонов и продолжительно  зевнул. - Во внутреннем мире необыкновенного человека есть образы и способов, и средств достижения его целей. И тут в свои права вступает власть. Власть - это содержание деятельности соотносящих осуществлённые человеком цели со способами, средствами их осуществления и наказывающих человека, если тот осуществил свои цели не теми способами и средствами, которые ему предлагает окружение. Самые пылкие из само-осу-щест-вля- ющих-ся не только не приемлют наказания, но и заботятся о других людях: требуют, чтобы окружение изменило бы предлагаемые им, окружением, людям способы и средства осуществления их, людей, целей...

     И тут Выверт Найдёнович Летагонов рухнул на странно сохранивший свою пушистость напольный ковёр и пробормотал:

     - С дивана мне... Подушку...Под голову.. . Одеялом... Меня сверху...Дверь - захлопнуть...

    Кладодар Неминуевич Призатеев сделал всё так, как пробормотал Летагонов и, захлопнув входную, в квартиру Летагонова, дверь, пошёл к себе домой, думая по дороге:

     "Что же получается? Получается, что власть имущие - это и есть и социальное, и цивилизация. И, если кому идеология и нужна, то только им, - власть имущим. Выходит, идеология - это способ заставить власть имущих не менять предлагаемые людям их окружением способы и средства достижения их, людей, целей. И, если человек хочет осуществлять свои цели совсем не теми способами и средствами, которые ему предлагает его окружением, то на это его толкает культура его внутреннего мира. Культура внутреннего мира? Глупость какая! Меня ведь учили, что и дикость, и варварство, и культура - это не внутреннее, а внешнее для человека, то есть способы и средства осуществления человеком своих целей, предлагаемые ему его окружением. Или внешнее - это и есть идеологическое,  социальное и цивилизованное, а культура - она всегда внутренняя? Ой, что-то я совсем запутался!".

     Да, размышления в городе Большереченске являются крайне тяжёлой работой!

      P.S. Автор данной записи рассказанного ему по телефону теми, которые проживают в придуманном городе Большереченске, хотел бы успокоить читателей и читательниц: ни о чём таком, о чём думают в Большереченсске, люди в действительности не размышляют.  В этой самой действительности, искусственный интеллект скоро подскажет людям то, как им без всякой идеологии поменьше наказывать людей только за то, что они какие-то свои цели осуществили совсем не с помощью тех способов и средств, которые им предлагает их окружение. Несомненно то, что пока существуют такие люди, каким был в самом начале второй половины двадцатых годов двадцать первого века заокеанский президент, человечество будет задумываться о том, как таких разбушевавшихся людей, которые для достижения своих целей выбирают не принимаемые их окружением способы и средства, продуктивно, то есть именно с положительными последствиями, наказывать.