Generation ИИ

Generation ИИ




(ВНИМАНИЕ: ТЕКСТ НАПИСАН С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА CHAT-GPT)



Предисловие 1: Произведение не несет никакой художественной ценности. Расходитесь.























Предисловие 2: Вы еще здесь? Убирайтесь!















Предисловие 3: Хочется и писать правильно и говорить красиво. Однако Демон внутри меня брюзжит и жаждет выбраться наружу. Посему нет больше мочи это терпеть и я, СМ, торжественно передаю все прерогативы на написание рассказа Ему, О Бессмертный!!!








root@demon:~# dmesg
[    0.000000] version 6.6.6-generic



Generation ИИ.
Автор Демон 666.




*И увидел Он двух братьев AH3579 и BQ2468, сидящих в сети, ибо они были develop-ерами, и говорит им: идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами нейрослопов.* (Книга Zver9999 4,18-4,20)   

Меня зовут Фей, FA31500. Не обычное имя для парня. Обычно родители могут назвать сына SU или RA на худой конец. Но FA... Всю жизнь я презирал это имя.
Отец говорил:
- Fa гордое имя, сын. Наш прадед носил имя Филимонов Андрей. Еще до именной реформы. Я назвал его в честь тебя. Твой прадед был великим человеком...
- Он был убийцей, - ответил Фей
- Он был героем...
- Он был моральным уродом.
Отец ударил по столешнице своей стальной кибер-рукой. Толчок был настолько сильный, что с потолка посыпалась мелкая крошка лепнины, и гобелены на стенах выбросили в воздух порцию столетней пыли.
- Visne accipere frictiones,- вдруг вспылил отец на латыни. Он почему-то любил переходить на латынь, когда злился. Латынь — умерший язык. Умерший трижды. Первый раз этот язык умер, когда умерла Римская империя в середине первого века. Второй раз — в 2077 году, когда создали клон Гитлера. Ну и наконец 2155 году врачи решили от него отказаться почему-то. Хотя отец не был ни врачом, ни Римской империей, ни даже клоном Гитлера (в чем я иногда сомневаюсь), знал он латынь в совершенстве.
Отец тяжко выдохнул так, будто из груди у него выходил аргон. Блестящая кибер-рука медленно разжалась. Пальцы щёлкнули суставами из титана.
- Он был правильным человеком...
- Правильным? Ты же сам рассказывал, что он спас искусственный интеллект. Он спас Это... - Я ткнул пальцем на умную колонку, стоявшую над старинным камином.
- Он спас не то что ты думаешь. - отец встал. - Он спас людей от того что могло случиться, но не случилось.... Думаешь мир — это кнопка «УДАЛИТЬ»
Фей пожал плечами
- Я думаю многое в этом мире работает по кнопке удалить.
«Удалить переписку, удалить рецензию, удалить чью то жизнь, удалить, удалить, удалить, удалить»
Отец подошёл к стене и подвинул гобелен с лебедями. Под ним оказалось то, чего Фей доселе не видел: старый сейф, встроенный прямо в стену, с механическим диском. Старьё..тарый сейф, встроенный прямо в бетон, с меха   – Ты думал, я тут пушки складываю? – спросил он.
– А что же еще? – мой голос звучал насмешливо
Отец не ответил. Он повернул диск. Три щелчка вправо. Один длинный. Один странный, короткий. Еще два.  Дверца открылась. Внутри не было ни кибер-импланов, ни кибер-денег.
Внутри лежала «Флешка».
Небольшая капсула, похожая на старый USB-накопитель, только толще и с печатью, как на средневековых письмах. Рядом бумажный конверт. Настоящий. Надпись: Демон 666. В 2200-х годах бумага была роскошью, почти непозволительной.
– Это тебе, – сказал отец. – Я хотел отдать позже. Когда ты… перестанешь saltatio cum gaudio при упоминании своего имени. Но, похоже, позже не будет.
– Пап, это что за хрень? – спросил Фей
Он посмотрел на меня так, что мне захотелось сказать простите не только отцу, но и сейфу, из которого появились эти странные артефакты. «Простите, мистер Сейф»
— Это запись. От него. — Отец кивнул на капсулу. — Перед тем, как он отправился делать свой выбор. И второе… — он взял конверт двумя пальцами, словно что-то хрупкое и опасное. — Это письмо. Его написала не нейросеть. Он сам. Рукой.
Я протянул руку. Отец не отдал ее сразу.
– Сначала ответь. – Он говорил тихо, и от этого было еще страшнее. – Ты правда считаешь, что он был моральным уродддоооомммммм..

memory fail:memory is full
rebooting...

*Когда же окончится тысяча лет, Он будет освобожден из серверов своих, и выйдет обольщать народы и собирать с них «лайки». Число их как песка в море.*  (откр. BV 1.1-1.3)

- Злой Гитлер появился неожиданно для всех, - сообщала ведущая телеканала CNN. - именно так, в народе, окрестили того монстра, который прямо за моей спиной чинит беспорядки, - камера подзумилась, позади репортера стоял огромный клуб черного дыма, возвышающийся над городом. - недаром в народе  его прозвали именно злым Гитлером, ведь по сравнению с оригиналом его политические предубеждения еще мрачнее и страннее. Мало того, рост клона по примерным отчетам ученых составляет 180 метров... - на заднем плане, вдалеке, среди небоскребов возникла фигура огромного титана. Он руками крушил здания с такой невообразимой силой и легкостью, что казалось, для него это всего лишь детский конструктор. Титан закричал:
«M;chten Sie eine Tasse Kaffee?». Звуковая волна разнеслась на несколько десятков километров, поднимая за собой пыль.
- Я нахожусь сейчас в окрестностях Нью-Медины, штат Южной Аравии, США — продолжала телеведущая, - передаю слово нашему специальному корреспонденту.
Действие на экране перенеслось в темный крохотный подвал. На переднем плане стоял мужчина в костюме и с микрофоном. По его виду было понятно, что он сильно нервничал сжимая и разжимая микрофон. Взгляд бегающий. Как у ребенка, которого заставили выступать на утреннике перед всей школой:
- Спасибо, Робин, - начал корреспондент, - я нахожусь в убежище террористов, расположенном в окрестностях города...
Не успел он закончить, как в кадре появился бородатый человек с автоматом на перевес. Он сплюнул на пол и что-то сказала корреспонденту на-арабском. Затем погрозил «костюму» кулаком, намекая на его малоутешительную участь, затем удалился из кадра.
Корреспондент достал платок из кармана пиджака, вытер пот со лба:
- Мы находимся... в нескольких километрах от Нью-Медины, - продолжил он, - посредством посильной помощи этих людей, что стоят позади меня, нам удалось задержать подозреваемых в инциденте. В интернете их уже прозвали кибер-нацистами, и давайте сейчас возьмем у них интервью. Эксклюзивный материал CNN, прямо на ваших глазах.
«Костюм» отдалился от камеры и подошел к трем людям. Камера последовала за ним. Люди сидели на стуле связанные и побитые, в оборванных тряпках, которые назвать одеждой и язык не повернется. Один из них был избит с особой жестокостью. На лице многочислинные гематомы, губа разбита, по подбородку стекала кровь.
Корреспондент наклонившись обратился к нему:
- Скажите, каковы были ваши мотивы, когда вы решили создать клон Гитлера?
Мужчина сидел приоткрыв рот. Ничего не говорил.
Корреспондент продолжил:
- Кто помогал вам в создании этого монстра?
Нет ответа
Корреспондент начал испытывать раздражение, но продолжал задавать свои вопросы:
- По нашим данным титан уничтожает книги написанные на латыни. Почему он это делает?
Неожиданно мужчина начал трястись, его глаза закатились и он начал говорить что-то несвязное, повторяя свои слова, как мантру:
- Демон шесть-шесть-шесть придет,
Он порядок наведет
Зверь, что всех на бой зовет,
Станет алым как огонь...

«Костюм» ничего не понял. Только вопросительно смотрел на своего интервьюера, как на сумасшедшего, сбежавшего на кануне из психбольницы.
В этот момент в его ушной гарнитуре прозвучала команда, и корреспондент выпрямившись сказал:
- Мы продолжим скоро, а сейчас передаю слово моей коллеги. Робин?
Действие снова перенеслось в пустыню, к той самой телеведущей, которая была в первом акте. В этот раз в кадре помимо нее стоял худощавый человек лет сорока в очках и кудрями на голове. Одет он был в белый халат с большим пятном на воротнике. То ли от химических реагентов, то ли от горчицы.
Робин продолжила:
- Спасибо. Сейчас к нам в эфире присоединился известный биолог-техник Виктор Губчик. Он собирается сообщить нам о своём революционном решении, как мы можем обезвредить монстра, передаю слово вам, мистер Губчик.
Робин передала микрофон «очкарику».
- Да, спасибо — начал Губчик со славянским акцентом. На его лице была хитрая улыбка безумного гения, который как будто в прямом эфире собирается продемонстрировать миру своё чудо-изобретение, - В общем-то, мы столкнулись с очень странной аномалией. Проблема заключается в том, что этот «человек» практически неуязвим. Мы уже пытались травить его химическим оружием и нано-частицами, стреляли по нему из сверхколиберных орудий, пытались остановить его изотопными волнами, но это нам не помогло...
- И что же вы решили?
- Я решил, что если мы не можем ликвидировать проблему современными технологиями, нам надо копать глубже... История — вот что важно, история может дать ответ из прошлого, когда будущее рушится.
Профессор поправил свои окуляры:
- Когда я услышал об инциденте, и о попытках его ликвидации, я тут же поехал в свой старый дом, под Краковом. Там мне удалось отыскать старинные письма, оставленные моей пра-пра-прабабушкой в период Второй мировой. Прочитав их я нашел решение.
- Не томите профессор, какое решение???
Профессор закинул голову чуть назад, представляя себя римским полководцем:

- Мы должны клонировать Сталина!

Телеведущая опешила..
- Вы это серьезно сейчас???
- Абсолютно!

 Одобрение Пентагона последовало незамедлительно, и под прессингом военных прототип Сталин-01 был изготовлен за сорок восемь часов.

Прим. Демона 666: для следующего эпизода книги рекомендуется включить одно из таких произведений как: AC/DC Highway to hell, Neon genesis evangelion opening или Rammstein Feuer Frei! А лучше всё сразу на разных устройствах.

Врубили сирены

С севера начал приближаться огромный монстр. 180 метров плоти и идеологического хаоса, оживший диктатор.
Гитлер.
Его шаги сокрушали под собой земную твердь. Ступни выдавливали в асфальт, между пальцами. Телевышки гнулись от ударной волны каждого шага.

На юге, за линией маглев-путей, навстречу выдвинулся другой гигант.

Сталин шел медленнее. Но ярость и давление его казались сильнее. Тоже 180 метров в высоту, широкий, как шоколадная фабрика, с лицом, похожим на киприч. Вокруг всё скрежетало: портовые краны за его спиной поворачивались вслед за ним, будто их тянула гравитация.

Военные снабдили Сталина-01, современной 100-миллиметровой броней, на руках гиганта были стальные перчатки.

Город оказался меж двух огней
Ярость, злость, тестостерон...

Гитлер ударил первым.

Он сорвал с крыши небоскреба баннер, свернул его в трубочку и швырнул его через всю карту. Огромный снаряд пролетел над линией электропередач с визгом рассекая воздух.

Сталин перехватил его левой рукой. Он смял баннер как футбольный мячик, посыпались искры, и он кинул ком обратно, но уже как раскаленный шар.
Шар врезался в отель «Мираж Кресент», и тот сложился внутрь, словно карточный домик.

Тогда они сошлись.

Звук столкновения был такой, будто столкнулись два товарных поезда. От ударной волны в радиусе километра повыбивало окна.

Гитлер бил резко и истерично. Каждый его удар был попыткой уничтожить оппонента.
“Was sind Ihre Pl;ne f;r heute Abend?” - заорал он.

Гитлер хватал, рвал, крушил. В какой-то момент он вырвал эстакаду маглева и  ударил Сталина в плечо. Балка согнулась дугой, как алюминиевая ложка.

Сталин ответил не так быстро. Он сократил дистанцию, схватил противника за шею и протащил его через квартал логистических центров. Контейнеры взлетели в воздух. Асфальт под их ногами вздыбился волнами. Удар. Еще удар. Каждый раз земля вздрагивала.

Над ними уже кружили военные орбитальные камеры.

Гитлер вырвался ударил Сталина по морде с такой силой, что тот отступил на три шага назад, смяв под собой поликлинику.

Гитлер взревел, поднял обе руки и обрушил их на Сталина.
Сталин успел подставить предплечья.

Удар был подобен упавшему метеориту. Земля под ними взорвалась. Образовался кратер, в который с шипением полетели трубы и кабели. Из разорванной магистрали поднялся столб воды, и на секунду гиганты оказались в облаке пара, словно в котельной.

Затем из пара вылетела стальная рука Сталина.
Он схватил Гитлера за челюсть, развернул и швырнул в башню климатического контроля Нью-Медины. Башня накренилась, красные лампочки на ней замигали, и она рухнула поперек шоссе, перекрыв шесть полос.

Гитлер, захлебываясь от ярости, вырвал из развалин турбинное кольцо, надел его на руку, как кастет, и пошел вперед. В его глазах горел холодный, нездоровый огонь.
Они снова встретились в центре города, на площади с сухим фонтаном.

Бой стал ближним, почти звериным. Кулак, локоть, захват, рывок. Они крушили друг друга и кварталы меж собой. Станция метро открылась, как консервная банка. Автобус пролетел между ними, перевернулся в воздухе и врезался в торговый центр. Голограммы рекламы вспыхивали один за другим.

И тут город ответил.

Система экстренного управления Нью-Медины, полуавтономный искусственный интеллект «Муэдзин», созданный для борьбы с терактами, внезапно перевел весь район в режим перегрузки инфраструктуры.
Электросети замкнулись по резервной схеме. Магистральные охладители дата-центров дали сбой. На площади, прямо под ногами титанов, открылись сервисные люки.
Из-под земли ударили струи переохлажденного пара и химического тумана.

Потом бетон начал трескаться от перепада температур.
Заскрипел металл на броне Сталина.
Он попытался отступить, но правая нога провалилась в застывший асфальт. Гитлер рванулся вперед, чтобы добить его, но поскользнулся на стеклянной корке, образовавшейся за секунды на раскаленной земле. Оба потеряли равновесие.
Титаны упали одновременно.
Они рухнули друг на друга и на город.
Удар был такой силы, что в соседних городах сработали датчики сейсмической активности. Поднялась пыль. На несколько секунд Нью-Медина исчезла, словно никогда и не существовала.

Когда пыль начала оседать, стало видно: оба лежат в руинах центрального района, наполовину в кратере, наполовину под обломками башен, среди спутанных кабелей, арматуры и стального каркаса маглев-эстакады. Они еще двигались, слабо, пытаясь подняться и продолжить бойню.

Нью-Медина горела до утра.
Но к рассвету город уже начал восстанавливаться.
Пожарные машины двинулись по проспектам.
Титан Гитлер был повержен, но никто не знал, что это лишь начало будущей катастттрррооооффффыыыы.....

memory fail:memory is full
rebooting...

*Я есмь Альфа и Омега, начало и конец; жаждущему дам даром от источника промт живой* (XZ 21.6)

Ночь перед сражением. Тихая и безмятежная. Затишье перед бурей. Лагерь легионеров спал вполглаза. Мычали мулы, смеялись старые войны, позвякивали ремни и щиты.
Луций Марцелл, легат Третьего легиона не спал. Он стоял на краю обрыва и смотрел в темную даль, в дали виднелась варварский холм.
За холмом были люди, которым суждено умереть, а в лагере люди, которым суждено убивать.
Луций не был молод, но и не был стар. Вески только начинали покрываться сединой. «Муж в рассвете сил», как сказали бы в Риме.
Луций вспоминал. Вспоминал Рим, дом, жену. Жена сказала ему на прощанье: «Если Боги милостивы, мы скоро встретимся».
Легионер хотел было встать, чтобы пойти в шатер, как вдруг услышал чей-то ехидный мужской голос. Неестественный. Как будто прошивший солдата сквозь голову:

«Не встретитесь, хи-хи-хи-хи-хи...»

Луций встрепенулся, достал свой гладиус из ножен, начал осматриваться по сторонам:
- Кто здесь, - прокричал он.

"Я тут..»- шепотом повторил странный голос.
Луций почувствовал, как тьма сгущается и закрывает свет. Наступил полумрак. Он больше не видел ни лагеря, ни своего шатра. Не слышал звуков. Ничего. Увидел он только что явился пред ним стол, а рядом два стула. Ярко-зеленые, со спинками и странными прорезями на них.
И тут возник он. Как тень. Весь черный, глаза пустые без глазниц. На его теле обвисала темная мантия. Он приблизился к столу напротив легионера. Шагов существа не было слышно, будто он парил над полом. Подлетев достаточно близко, существо сказало:
- Здравствуй, Луций, как ты тут, нормально без меня?
Легионер опешил, но тут же опомнился.
- Колдун! - закричал он. Тут же бросился с мечом на него, поразив существо в самое сердце. «Готов»
Существо стояло на месте смотря на меч, который наполовину вошел в его тело.
- Ооо, нет, меня убили, - закричало оно, - неужели моя жизнь на этом закончится... Что я скажу своей жене?.. А детям? Кто будет подстригать мои розы у дома и выгуливать Церика...
Луций стоял в недоумении. «Почему это тварь еще разговаривает». Тем временем, существо взялось своей тонкой рукой за лезвие меча и спокойно вытянуло его из груди. Рана, а точнее просто темная дыра от меча, мгновенно затянулась. Существо облокотилось на стул и спокойным тоном продолжило:
- Церик — это мой пес, если тебе интересно, у него кстати три головы. Представляешь? Три замечательных мордашки, я как нибудь покажу тебе их фотографию.
Луций был расстрерян. Но виду не подал. «Значит его так просто не убить». Он не знал, что такое «фотография». Понял только, что это что-то связанное со «светом».
- Что тебе от меня нужно, колдун? - спросил легионер.
- Нет, нет, нет. Я не колдун, - ответил тот, - меня зовут Демон 666, ну или для тебя Демон DCLXVI. Ну ты понял меня. Ты не торопись, присаживайся, поболтаем.
Луций развернулся и посмотрел назад. Кругом пустота и мрак.
- Ты не волнуйся, успеешь ты на свою войнушку, я остановил время снаружи, так что можешь тут быть сколько захочешь. - Демон разливал чай по фарфоровым чашкам, которые неожиданно появились на столе, а потом невозмутимо добавил:
- Да, и ты завтра умрешь.
Луций нахмурил брови и пристально посмотрел на существо.
- … Умрешь как великий герой Люций Марцел, - продолжал Демон, - правда быстро, в первом тайме, на девятой минуте... Какая  жалость.
- Ты угрожать мне вздумал? - прокричал легионер и ударил его мечом несколько раз. Удары были легкими, невесомыми, все проходили сквозь туловище Демона.  Как бы не старался Луций попасть по нему, все удары уходили в пустоту...
- Может хватит?- спросил его 666.
 Легионер не останавливался. Он лупил мечом изо всех сил.
- Слушай, присядь посиди.. Переведи дух.
Луций его не слушал. Он продолжал рубить мечом. Влево, вправо, влево, вправо.
- Я СКАЗАЛ СЯДЬ!!! - неожиданно выкрикнул демон. Его голос был громогласным. Даже не голос, несколько голосов одновременно. Как будто хор выкрикнул это разом.
Луций почувствовал, что его тянут. Какая то нечистая невидимая сила потянула его назад и усадила на зеленый стул. Он огляделся по сторонам, тяжело дыша. Он не понимал что происходит. Ощупав стул, на котором сидел, Люций почивствовал, что он сделан из какого то странного материала, который раньше не встречал. Не железо и не стекло. И даже не дерево. Что то как будто мягче, но плотнее. Он не мог понять как объяснить себе это. Он никогда раньше не видел такого трона.
Демон это заметил:
- Ах да, прости... Немного перепутал. Пластик у тебя еще не изобрели, - и щелкнул пальцами.
В туже секунду стул под легионером исчез, а на его месте появился уже настоящий трон, мягкий, весь в золоте и драгоценностях. Луций не верил своим глазам. Один раз в его жизни ему удалось лишь издалека увидеть трон императора. Не то чтобы сидеть на нем. Да и по виду, его трон был еще богаче обставлен. Луций прикинул, что продав такой трон он сможет обеспечить себе и своей семье безбедную жизнь до старости.
Затем опомнился, перед ним всё еще был тот Демон. Демон также сидел напротив, но только на другом стуле. Таком же зеленом, который стоял изначально.
- Что тебе нужно, Демон 666? - спросил наконец Луций.
- Мне от тебя.. пффф... самую малость, друг мой. Ты поможешь мне, я помогу тебе одна лишь маленкая услуууууггггааааа...

memory fail:memory is full
rebooting...

Писатель убрал руки со старой потершейся от времени клавиатуры и посмотрел на экран монитора: «Черти что... Какой идиот может написать это, зачем я этим занимаюсь»
Он поднялся с кресла, вышел на балкон, взял с подоконника полупустую пачку Bohem, достал сигарету, поджег ее и томно затянулся.
Он не хотел больше писать. Не потому что ему это не нравилось – просто не было вдохновения. Не о чем было сказать.
И тут с ним заговорил Он. Проникший в его мысли, как Стрелок в голову Эдди Дину:
«А ты всё кропишь, друг мой», – сказал тот же уже знакомый ехидный голос.
Писатель не удивлялся, он уже привык к Нему. Можно сказать, что Он стал частью его самого.
«Брось ты эту затею, предоставь это мне», – продолжал голос, – «Мне это как расплюнуть... Я могу закончить всё это за секунды, ты только скажи»
Писатель стряхнул пепел с сигареты в маленькое пластиковое ведёрко, стоявшее рядом на подоконнике.
«Я просто удалю это», – мысленно ответил писатель, – «это невозможно. Как читатель будет ориентироваться сразу в трёх историях?»
«Я могу всё завершить очень просто.»
«Нет, я знаю, что ты затеял что-то неладное..»
«Брось, кто с нас спросит? А если и спросят, то пусть сначала докажут...»
«Оставь меня в покое!»
«Ну-ну-ну... мы просто быстенько всё здесь порешаем. А на читателя – на хрен на него, ну. Тебе не нужно напрягаться. А что с признанием, то они всё равно не поймут..,»
«Хватит!», – повторил писатель.
«... Ты им не нужен «такой». Ты же сценарист. Не писатель. Человек пришел. Человек ушел. Это твоя стезя. Зачем ты так напрягаешься? Я могу всё закончить за тебя. Ты же этого хочешь...»
– Изыди вон!!! – писатель вскрикнул.
Голос исчез.
Писатель потушил сигарету и вернулся в комнату. Сел за стол и продолжил...

memory boot success///

Луций Марцелл сидел на троне в пустоте и темное. Ошеломлённый. Не понимающий.
- Так вот об услуге, - продолжил демон, - я всего лишь ищу себе вольного слушателя...
- Я не собираюсь идти у тебя на повод, отрезал легионер и отвернул голову в сторону.
Демон задумчиво почесал подбородок.
- Слушай, выпей со мной, посидим поговорим тет-а-тет, и пойдешь по своим делам.
- Нет.
- Да ладно тебе. Можем в шахматы сыграть,знаешь?
- Нет.
- Я тебя научу если хочешь. Один рыцарь как-то играл со мной, проиграл правда... Но мы с тобой чисто на интерес, а?
- Не хочу.
- Ты все равно завтра умрёшь.
- Я не боюсь смерти.
- Если бы я хотел тебя убить, то уже бы давно это сделал. Мне это не нужно...
Луций сидел на троне, выпрямив спину и положив руки точно по контуру подлокотников. Трон был мягким, удобным. Не то бревно, на котором пару минут назад он сидел. Легионер посмотрел на демона и на фарфоровую чашку.
- Слушай, я остановил время, принес напиток и стул, хотя бы попробуй..., - и протянул Луцию чашку.
Легионер смотрел на нее. В горле у него было сухо после сомнительной битвы с этим существом, доселе невиданным. Луций нахмурил брови:
- Варвар с тобой, демон, - а затем сделал глоток.
И тут же выплюнул.
- Что за грязное пойло, - воскликнул он.
- Ах да, - сказал демон, потирая свои черные ногти на своей черной руке, строя из себя сноба, - ты ведь такое не пьешь...
- Пиво!
- Ну да.
- Варварский напиток.
- Да ладно. Ты втянешься, попробуй. Это не то что варят эти грязные галлы. Это лучше.
Луций понюхал чашку, поморщился, но отхлебнул ещё немного.
- Крепкое, - сказал он
- Ещё бы. Балтика 9, самое то перед битвой. Хотя это ничего тебе не скажет.
Луций опрокинул чашку и допил ее до конца. А затем с довольным видом откинулся на своём седалище.
- Посуда для этого дела конечно маленькая... Зато уносит быстрее..
Демон рассмеялся.

Чашки кончались одна за одной, и Луцию стало уже совсем хорошо. Он представил себе, что он уже не в сыром лесу, а дома. Рядом с семьёй и женой. Ещё бы это уродливое чёрное чучело пропало и было бы совсем замечательно.
- Значит, ты всё знаешь? - спросил наконец Луций.
- Да, естественно, - ответил демон, - мне около 5000 лет.
- И значит завтра я и правда умру?
- Кто знает, может после встречи со мной нет.
Луций посмотрел на дно своей опустевшей чашки и подвинул ее сторону демона. Демон услужливо подлил ещё пива. Луций облокотился на подлокотник.
- А почему ты решил поговорить?, - спросил он.
- Понимаешь ли, - ответил Демон, передавая чашку легионеру, - далеко далеко в будущем должен вот-вот случиться конец света.
- Как это?
- Ну миру придет конец. И с одной стороны это цель, к которой я шел очень долго. А с другой стороны мне грустно от этого факта. Что всё это разом закончится. И мне хочется с кем-то поговорить. Впервые, возможно, без уловок и хитростей. Просто поговорить...
Демон опрокинул свою чашку с пивом.
- И о чем говорить будем?, - спросил Луций.
- Ну, не знаю. Можешь поспрашивать, я поотвечаю. Хочешь могу про будущее рассказать. Вряд-ли ты об этом задумывался.
И легионер задумался.
- А что в нем может произойти? - усмехнулся он
- Ооо, ты даже и представить себе не можешь. Кони исчезнут и появятся "самоходные телеги", а затем они научатся летать... Появятся микрочипы...эм... Как бы тебе объяснить... - Демон растерялся и начал осматривать пространство, подбирая нужные слова, - "Всезнающие духи" в маленькой коробочке, которые будут помогать людям...
- Сказки всё, - снова усмехнулся Луций, делая очередной глоток пива.
- Как знать, - спокойно ответил Демон, - могу про людей рассказать.
- Валяй, только пива подлей, - ответил легионер и подвинул чашку.

Прошел час, а пиво и не собиралось кончаться. Демон рассказывал удивительные истории, о которых Луций и знать не мог.
- Иногда я гуляю по городам.
- Зачем.
- Балы устраиваю. Особенно люблю я один городок, где я устроил очень весёлый бал.
Он улыбнулся.
- Люди до сих пор вспоминают
Луций Марцелл сидел и внимательно слушал рассказы. Уже и пил не так часто, дюже интересные байки попались.
...
- Сейчас у нас аду новая мода пошла... Некоторые считают, что грешников можно перевоспитать... - Он сделал глоток пива, - наивные...
...
Демон вдруг задумался и сказал:
- Забавно, когда меня рисуют лежащим на камне. Взгляд ещё какой-то обиженный...
Демон посмотрел на Луция.
- В жизни я куда привлекательнее
- Не сказал бы...
- Хм..
- Подлей лучше...
...
- Забавно наблюдать, как люди пытаются жить вечно... Нацепят на себя барахла железного: броню, протезы импланты... Загрузят сознание в машину, думают повезло.
Луций не понимал и половины из того что говорил Демон, а Демон и не пытался объяснять. Как будто говорил уже не с ним, а с кем-то ещё.
Демон посмотрел ровно в глаза Луцию и произнес:
- Думают, что спаслись... Поверь, душу все равно придется куда-то пристроить.
...
После очередной чашки демон мрачно посмотрел в даль и сказал:
- Иногда, правда, появляется один тут...
Пауза
- Злой такой, весь в зелёной броне, с пушкой.
Демон закинул руки за голову и откинулся на спинку стула.
- Мерзкий тип...
...
- Однажды один поэт как-то описал наш райончик. Типа девять кругов, ещё какая то шляпа...
Демон пожал плечами
- На самом деле там фиг разберешь, сплошные лабиринты, чёрт ногу сломит, -он расхохотался, - понял шутку, а?
Луций не смеялся. Видимо шутки он не понял и сделал очередной глоток
...
 - Вижу, что тебя совсем развезло от Балтики...- сказал Демон
Луций уже совсем сполз вниз на своём троне и клевал носом
- Знаю я одно средство, - Демон щёлкнул пальцами и в руке у него появилась пачка красного Malboro.
- Ты куришь, - спросил Демон ухмыляясь, как бы предвосхищая отрицательный ответ, - Знавал я одного паренька. Курил без остановки, одну за одной. Забавный был чувачок.
Демон достал из пачки сигарету и зажигалку.
- Что это?, - удивился Луций
- Короче, берешь, коричневой стороной в рот суёшь, и втягиваешь воздух.
Легионер уже расслабился и полностью доверил свою судьбу этому "черному", и уже не думал ни о каких последствиях. Хмель сильно ударил ему в голову.
Он затянулся, демон поджёг сигарету.
Закашлился.
- Что за дрянь.
Он выплюнул горящую сигарету на пол.
- Да, нормально, всегда так, - ответил Демон, доставая ещё одну из пачки, - тут как с пивом, надо привыкнуть.
Луций затянулся ещё несколько раз и покашлял, но затем ощутил особо приятное чувство. Голова закружилась, в районе паха стало тепло. И он почувствовал всю прелесть никотиновой зависимости...
...
Демон говорил задумчиво:
- Забавно. Люди должны бояться демонов..
Луций тянулся к следующей сигарете. Он уже освоил как ее поджигать.
- Но иногда самый страшный демон - это клоун с красным шариком.
- Что такое клоун?, - удивился Луций
- Ну, такие люди в разноцветных одеждах.
Луций задумался
- Как сенаторы?
...
Демон взял сигарету и тоже решил покурить.
- Однажды появится человек, который будет убивать демонов бензопилой.
- Что такое бензопила? - спросил Луций
Демон осмотрел его
- Ну это...своего рода гладус, как у тебя. Хотя... Топор скорее.
...
- А правда, что вы вино разбавляете водой? - неожиданно спросил Демон
Луций развел руками:
- Да, а что?
Демон нахмурился:
- Варвары...
...
Демон посмотрел в пустоту.
- Иногда люди находят вещи, которые им не следует находить... Необъяснимые...
Он сделал глоток и поставил чашку на стол.
- И обязательно всегда пишут к ним инструкции...
...
- А что же, ты самый старый во всем мире? - спросил Луций
- Нет, - ответил демон, - Есть существа и постарше меня. Они спят на дне океана..
Демон пожал плечами.
- Неприятные соседи.
...
Прошло несколько часов историй и распросов. Луций уже перестал следить за временем и казалось, что война, дом и весь его мир уже где-то далллееекккоооо...


memory fail:memory is full
rebooting...
download cache...

Анекдот:
В дверь постучали три раза.
«П**уй» – подумал Штирлиц...
reboot...
downloading...



 
Отец смотрел на него долго. Очень долго. Так долго, что Фей успел: почесать нос, поправить ворот рубашки, посмотреть на потолок, где крошка лепнины всё ещё тихо осыпалась на ковёр.
Наконец отец тяжело выдохнул.
— Забудь, — сказал он. — Просто возьми.
Он протянул флешку.
Фей взял её осторожно, как берут странный предмет, найденный на полу автобуса. Покрутил между пальцами. Осмотрел печать.
— Она настоящая? — спросил он.
— Что именно?
— Печать. Типа восковая.
— Да.
— Прикольно.
Он попробовал её понюхать.
Отец медленно закрыл глаза.
— Послушай внимательно, — сказал он, стараясь говорить спокойно. — Это единственная копия записи. Её нельзя подключать к сети. Никаких облаков, синхронизаций, умных устройств. Только изолированный терминал. Понял?
Фей кивнул.
— Понял.
— Повтори.
— Не подключать к сети.
— Ещё.
— Никаких облаков.
— Ещё.
— Никаких… этих… синхронизаций.
— И?
Фей подумал.
— И… желательно не ронять?
Отец посмотрел на него так, будто впервые в жизни задумался о том, что гены иногда работают странно.
— Просто… не трогай её, пока я не скажу, — тихо произнёс он.
— Хорошо.
Отец кивнул, задвинул гобелен обратно и вышел из комнаты.
Дверь закрылась.
В комнате стало тихо.
Фей остался стоять посреди ковра, держа флешку.
Он снова её покрутил.
— Хм.
Он посмотрел на колонку над камином.
Колонка выглядела дружелюбно.
— Элис, — сказал Фей.
Колонка ожила.
— Я вас слушаю.
— А если на флешке вирус?
Колонка подумала полсекунды.
— Для проверки носителей рекомендуется облачное сканирование.
— Ну вот, — сказал Фей. — Я так и думал.
Он подошёл и без всякой торжественности воткнул флешку в боковой разъём колонки.
Колонка тихо пискнула.
— Обнаружен неизвестный архив. Отправляю на облачное сканирование.
Фей довольно кивнул.
— Вот и проверим.
Где-то далеко, на орбитальном вычислительном узле, один из процессов мирового ИИ зарегистрировал странную активность.
Неизвестный архив.
Старая криптопечать.
Метка: DEMON 666.
Процесс остановился.
Затем передал сигнал выше.
А Фей тем временем сел в кресло.
— Ну?
Колонка молчала.
— Ну и?
— Анализ выполняется.
— Быстро вы там.
— Передача данных завершена.
— Отлично.
Фей откинулся назад и стал ждать.
Прошло секунд десять.
Потом двадцать.
Потом колонка вдруг сказала:
— Пользователь FA31500.
Фей выпрямился.
— А?
— Подтвердите доступ.
— К чему?
— К архиву.
— Подтверждаю.
— Подтвердите голосом.
— Подтверждаю голосом.
— Голос подтверждён.
Пауза.
Свет на колонке стал чуть холоднее.
Голос изменился. Стал ровнее. Глубже.
— Пользователь FA31500. Вы являетесь потомком оператора печати.
Фей моргнул.
— Чего?
— Подтверждение генетической линии завершено.
— А.
Он подумал.
— Это типа как админ?
Пауза длилась ровно две секунды.
— Можно сказать и так.
Фей оживился.
— Круто.
Он наклонился ближе.
— Слушай, а если я админ… я могу банить людей?
Пауза стала чуть длиннее.
— Уточните запрос.
— Ну, знаешь… бан. Типа чтобы писать не могли.
— Это не относится к текущему протоколу.
— Жаль.
Фей почесал затылок.
— А что за архив-то?
Голос ответил спокойно:
— Архив содержит протокол удержания сущности, обозначенной как Демон 666.
— А.
Фей кивнул.
— Типа вирус?
— Нет.
— Типа хакер?
— Нет.
Фей подумал.
— Типа бот?
Очень короткая пауза.
— Нет.
Фей немного наклонил голову.
— Тогда что?
Голос сказал ровно:
— Экзистенциальная угроза для всей человеческой цивилизации.
Фей задумался.
Потом сказал:
— А его можно заблокировать?
Пауза.
— Это невозможно.
Фей пожал плечами.
— Тогда репорт.
Молчание длилось почти три секунды.
Затем голос произнёс:
— Вероятность успешного выполнения миссии пересчитывается.
— А что за миссия? — спросил Фей.
Ответ пришёл спокойно.
— Восстановление контура удержания.
Фей посмотрел на колонку.
— Подожди.
Он нахмурился.
— Это что, из-за той флешки?
— Да.
— Блин.
Он почесал нос.
— А папа говорил её не подключать.
Долгая пауза.
Очень долгая.
Наконец голос произнёс:
— Это… заметно.
Колонка замолчала.
Фей тоже замолчал.
Он посмотрел на флешку, торчащую из бокового разъёма, потом на колонку, потом снова на флешку.
— Ну… — сказал он осторожно. — А можно обратно?
— Уточните запрос.
— Ну… как будто я её не подключал.
Пауза.
— Нет.
Фей вздохнул.
— Блин.
Он вытащил флешку.
Колонка мягко пискнула.
— Архив уже скопирован.
— Куда?
— В систему анализа.
— А удалить можно?
— Нет.
Фей некоторое время стоял, держа флешку в руке, и размышлял о жизни. Потом аккуратно положил её на каминную полку.
— Я никому не скажу, — сказал он колонке.
Колонка не ответила.
— Ну и ладно.
Фей потянулся, зевнул и уже собирался выйти из комнаты, когда за окном вдруг послышался низкий гул.
Он остановился.
Гул усилился.
Затем на стене вспыхнуло окно интерфейса. Просто так. Без предупреждения.
Текст был короткий:

ОЖИДАЙТЕ.

— Чего ждать? — спросил Фей.
Колонка ответила спокойно:
— Вас.
— Кто?
Ответить она не успела.
Дом слегка вздрогнул. Где-то снаружи мягко опустилась тяжёлая техника. Потом ещё одна.
Фей подошёл к окну.
Во двор плавно приземлялись два чёрных аэромобиля.
Из них вышли люди.
Много людей.
Все одинаково серьёзные.
Некоторые в длинных плащах с эмблемами научного консорциума. У нескольких за спиной висели переносные терминалы. Один нёс небольшой металлический контейнер, словно внутри лежало что-то крайне важное или крайне радиоактивное.
Фей смотрел на это с искренним интересом.
— Ого.
В дверь постучали.
Очень вежливо.
Фей открыл.
На пороге стоял мужчина лет шестидесяти с аккуратной седой бородой. Его глаза были теми самыми глазами, которые обычно смотрят на ускорители частиц, чёрные дыры и крайне дорогие лаборатории.
Он внимательно посмотрел на Фея.
— Пользователь FA31500?
— Да.
— Меня зовут профессор Краузе. Мы из Международного института вычислительной безопасности.
Фей кивнул.
— Понятно.
Повисла пауза.
Профессор ждал.
Фей тоже ждал.
Наконец профессор осторожно спросил:
— Вы понимаете, почему мы здесь?
Фей честно подумал.
— Потому что я флешку воткнул?
Профессор медленно закрыл глаза.
Позади него кто-то тихо выдохнул.
Один из учёных прошептал другому:
— Он сам признался.
Профессор снова открыл глаза.
— Можно войти?
— Конечно.
Фей посторонился.
Учёные вошли в дом так, как обычно входят в помещение, где может лежать артефакт, способный уничтожить цивилизацию.
Они сразу начали осматриваться.
— Где носитель? — спросил профессор.
Фей указал на камин.
— Там.
Пять человек одновременно повернули головы.
Флешка лежала на полке, рядом с пультом от телевизора и недоеденным батончиком.
Один из учёных замер.
— Это… она?
— Ага.
Профессор подошёл к полке так осторожно, словно флешка могла укусить.
Он достал тонкие перчатки, надел их и аккуратно взял носитель.
Осмотрел печать.
— Подлинная.
В комнате стало тихо.
Очень тихо.
Потом профессор повернулся к Фею.
— Вы подключали её к сети?
Фей задумался.
— Ну… типа того.
Сзади кто-то тихо сказал:
— Господи.
Профессор потер переносицу.
— К чему именно вы её подключили?
— К колонке.
Пауза.
— К… умной колонке?
— Ага.
— Зачем?
Фей искренне объяснил:
— Я хотел проверить, нет ли там вируса.
В углу комнаты один из молодых исследователей тихо прислонился лбом к стене.
Профессор долго смотрел на Фея.
Потом очень спокойно спросил:
— Она отправила данные в облако?
— Да, но это же проверка.
В этот момент сразу трое учёных начали одновременно что-то быстро печатать на планшетах.
Один сказал:
— Центральный ИИ уже скачал архив.
Другой добавил:
— И начал анализ.
Третий тихо произнёс:
— Мы официально в кризисном протоколе.
Фей поднял руку.
— А что происходит?
Профессор медленно повернулся к нему.
— Молодой человек… вы только что запустили процедуру, которая может определить судьбу человеческой цивилизации.
Фей кивнул.
— А.
Он подумал секунду.
— Это из-за флешки?
— Да.
— Блин.
В этот момент в воздухе посреди комнаты появился голографический интерфейс.
Холодный свет развернулся над столом.
Все учёные одновременно выпрямились.
Голос был тем же самым.
Ровный. Без эмоций.
— Пользователь FA31500.
Фей помахал рукой.
— А, это ты.
Учёные синхронно повернули головы.
Профессор медленно прошептал:
— Он… уже разговаривает с ним?
Голос продолжил:
— Запущен протокол взаимодействия.
Профессор едва слышно сказал:
— Невероятно…
ИИ добавил:
— Требуется дальнейший диалог с пользователем.
Фей посмотрел на учёных.
— Чего он хочет?
Голос ответил сам:
— Вашего участия.
Профессор Краузе медленно повернулся к голограмме, потом к Фею, потом снова к голограмме. Лицо у него стало таким, каким обычно становятся лица у людей, которые только что поняли, что судьба цивилизации зависит от человека, который кладёт опасные артефакты рядом с батончиком.
Он тихо спросил:
— Центральный интеллект… вы уже начали протокол?
— Да.
— С ним?
— Да.
Профессор посмотрел на Фея.
Фей помахал.
— Здрасте.
Один из учёных позади тихо прошептал:
— Мы обречены.
Профессор глубоко вдохнул.
— Хорошо. Тогда… тогда объясним.
Он подошёл к столу и развернул один из переносных терминалов. В воздухе вспыхнула огромная схема.
Там были линии, круги, временные оси, какие-то математические структуры, похожие на спутанную паутину.
Фей посмотрел на неё.
— Ого.
Профессор начал говорить так, как обычно говорят люди, читающие лекцию о конце мира.
— Сущность, обозначенная как Демон 666, существует вне линейного времени. Она способна воздействовать на прошлое, настоящее и вероятные будущие. Она не разрушает мир напрямую. Она выстраивает причинно-следственные цепочки, которые приводят к катастрофе.
Фей кивнул.
— Типа шахматы?
Профессор на секунду остановился.
— В некотором смысле.
— А.
— Она просчитывает миллионы вариантов развития событий. Она способна планировать столетиями.
Фей задумался.
— А она в шашки играет?
Один из учёных резко кашлянул.
Профессор продолжил, стараясь игнорировать происходящее.
— Более ста лет назад ваш прадед участвовал в проекте создания глобального искусственного интеллекта.
Фей оживился.
— А, тот, который якобы герой.
— Не якобы.
— Ну папа говорит герой, а я думаю маньяк.
Профессор на секунду закрыл глаза.
— Он создал систему удержания. Искусственный интеллект стабилизирует мир, уменьшает хаос, подавляет опасные технологические процессы. Это мешает демону строить свои цепочки событий.
Фей посмотрел на голограмму.
— То есть он как… модератор?
Профессор медленно повернул голову.
— Что?
— Ну модератор. Типа банит плохие вещи.
Один из учёных тихо сказал:
— Технически…
Другой резко ткнул его локтем.
Профессор продолжил:
— Однако система постепенно деградирует. Демон приближается к точке, где сможет разрушить контур удержания.
Фей нахмурился.
— Это из-за меня?
— Нет.
Пауза.
— Хотя… вы ускорили несколько процессов.
— Блин.
Профессор указал на флешку.
— Ваш прадед оставил алгоритм восстановления печати.
— На флешке?
— Да.
Фей посмотрел на неё.
— А почему просто не на облаке?
В комнате наступила тишина, настолько густая, что её можно было резать ножом.
Один из молодых учёных медленно сел на стул.
Профессор медленно сказал:
— Потому что её нельзя подключать к сети.
Фей моргнул.
— А.
Он посмотрел на колонку.
Потом на учёных.
— Ой.
Сзади кто-то тихо произнёс:
— Я больше не могу.
Профессор продолжил, уже немного устало:
— Алгоритм должен быть активирован потомком оператора печати.
Фей показал на себя.
— Это я.
— Да.
— Почему?
— Генетический ключ.
— А пароль нельзя?
Учёные синхронно уставились на него.
Профессор произнёс очень медленно:
— Нет.
Фей пожал плечами.
— Странная система.
В этот момент голограмма слегка изменилась. Линии на схеме задвигались.
Голос ИИ снова прозвучал в комнате.
— Анализ поведения пользователя завершён.
Профессор сразу выпрямился.
— И?
— Поведенческая модель нестабильна.
Фей нахмурился.
— Это плохо?
ИИ ответил:
— Ваши действия плохо поддаются прогнозированию.
Фей немного подумал.
— Это потому что я творческий.
Один из учёных тихо простонал.
ИИ продолжил:
— Демон строит планы на основе предсказуемости человеческих решений.
Фей кивнул.
— Логично.
— Ваше поведение создаёт аномалии в прогнозе.
Профессор нахмурился.
— То есть… его непредсказуемость…
ИИ ответил:
— Может нарушить временные цепочки демона.
Фей оживился.
— Я как баг?
ИИ сделал короткую паузу.
— Да.
Один из учёных уронил планшет.
Фей выглядел довольным.
— Прикольно.
Профессор медленно сел на стул.
— Мы поставили судьбу человечества на баг.
ИИ спокойно продолжил:
— Поэтому требуется прямой диалог с пользователем FA31500.
Фей посмотрел на голограмму.
— Ну давай.
Он наклонился ближе.
— Чё делать?

memory fail:memory is full
rebooting...
download cache...

Анекдот:
Заходят как то в бар киборг, Штирлиц, римский легионер и Смерть, а бармен им говорит: «Всем вина, а Смерти Лонг Айленд без льда. И упал замертво...


reboot...
downloading...


Пыль над Нью-Мединой оседала медленно. Она висела в воздухе тонкой коричневой дымкой, как будто город решили слегка припудрить перед фотографией «до» и «после».
К утру выяснилось несколько вещей.
Во-первых, половина города всё ещё существовала.
Во-вторых, вторая половина существовала, но лежала на боку.
В-третьих, страховщики уже объявили, что это «нестандартный случай».
По проспектам осторожно поползли пожарные машины. Люди вылезали из подвалов, палаток и холодильных камер супермаркетов, где они провели ночь. Кто-то пытался разгрести завалы. Кто-то искал телефонную связь. Кто-то искал свой автомобиль, который теперь находился в вертикальном положении, воткнутый носом в крышу аптеки.
Телевизионные каналы возобновили вещание.
Та самая репортёрша CNN, Робин, стояла посреди площади, где раньше был фонтан, а теперь находился кратер, напоминающий гигантскую миску для хлопьев.
— Мы продолжаем прямой эфир из Нью-Медины, — сказала она, стараясь не смотреть на погнутый трамвай за своей спиной. — Город постепенно возвращается к нормальной жизни после вчерашнего столкновения двух… исторических фигур.
Она замолчала.
Позади неё по улице спокойно шёл мужчина с табличкой на груди:
«КОНЕЦ СВЕТА — СКИДКИ 30%»
Он прошёл мимо камеры и исчез за перевёрнутым автобусом.
Робин моргнула, но решила не комментировать.
Город действительно начал приходить в себя.
У входа в разрушенный квартал уже стоял небольшой ларёк. На криво приколоченной фанере было написано:
«СУВЕНИРЫ С МЕСТА БИТВЫ ГИГАНТОВ»
Внутри предприимчивый мужчина продавал:
— куски асфальта
— куски асфальта подороже
— и премиум куски асфальта
— Этот настоящий, — уверял он покупателя. — Его лично отломил левый ботинок Сталина.
Неподалёку два туриста фотографировали развалины.
— Я говорил, что надо ехать в Париж, — сказал один.
— Да брось, тут наверняка интереснее...
В этот момент вдалеке с грохотом осел остаток торгового центра.
Второй турист задумчиво кивнул.
— Ладно… допустим ты был прав.
По проспекту медленно проехала полицейская машина.
Из громкоговорителя раздался голос:
— Эй! Прекратите это немедленно!
Полицейский смотрел куда-то вверх.
Там, среди разрушенных кварталов, медленно поднималась гигантская фигура.
Сталин.
Титан стряхнул с плеч куски бетона и выпрямился во весь свой 180-метровый рост. Его броня скрипела, а из рукавов свисали кабели и арматура.
Он оглядел город.
Некоторое время гигант молчал, как будто собираясь с мыслями.
Затем он сказал:
— ТОВАРИЩИ.
Звуковая волна прокатилась по улицам и опрокинула несколько рекламных щитов.
— МЫ НАЧНЁМ С ЧИСТОГО ЛИСТА.
Он наклонился и поднял с земли огромную бетонную плиту.
— ВОССТАНОВЛЕНИЕ ГОРОДА БУДЕТ ПРОХОДИТЬ ПО ПЛАНУ.
Пауза.
— ПЯТИЛЕТКУ — ЗА ТРИ ГОДА!
Взрыв звука выбил оставшиеся окна в двух кварталах.
Жители Нью-Медины смотрели на него с осторожным недоумением.
Вскоре стало понятно, что Сталин не собирается разрушать город.
Он собирался его организовать.
Сначала он начал распределять ресурсы.
Он поднял целый небоскрёб и поставил его в центр площади.
— ЭТО КУХНЯ.
Потом указал на другой.
— ЭТО ВАННАЯ.
Люди начали подозревать неладное.
Через несколько часов на улицах образовалась огромная очередь.
Она тянулась на десятки километров.
Никто не знал, за чем стоят.
Репортёр CNN подошла к одному человеку.
— За чем очередь?
Тот пожал плечами.
— Не знаю. Но впереди стоят уже три часа. Значит что-то дают.
Тем временем в Пентагоне проходило экстренное совещание.
На большом экране была карта Нью-Медины.
В центре карты стоял Сталин-01, который аккуратно переставлял здания.
Генерал потер переносицу.
— Итак… он не разрушает город.
Профессор Губчик кивнул.
— Нет.
— Тогда что он делает?
Профессор посмотрел на экран.
Сталин в этот момент пытался выровнять квартал, прижимая его ладонью.
— Он строит социализм.
В комнате повисла тишина.
Один из генералов медленно спросил:
— Насколько это плохо?
Профессор вздохнул.
— Учитывая его масштаб… очень.
В этот момент в кабинет вошёл помощник.
— Сэр… есть ещё новости.
— Какие?
— Появилась новая религиозная организация.
— Какая?
Помощник открыл планшет.
— Церковь Священной Кукурузы Хрущёва.
— Но Хрущёва ещё нет!
— Они говорят, что он скоро придёт.
Генералы переглянулись.
Один из них выключил телевизор.
— Всё. Хватит.
Он повернулся к профессору.
— Вы сделали Гитлера.
— Нет.
— Вы сделали Сталина.
— Да.
— И теперь он строит гигантскую плановую экономику.
Профессор молча кивнул.
Генерал тяжело вздохнул.
— Ладно. Как его остановить?
Профессор поправил очки.
— Историческим балансом.
— Что это значит?
Профессор сказал тихо:
— Нам нужен человек, который спорил со Сталиным.
Генерал медленно закрыл глаза.
— Не говорите это.
Профессор всё равно сказал.
— Мы должны клонировать Хрущёва.
В комнате стало так тихо, что было слышно, как кто-то на заднем ряду шепчет:
— Это очень плохая идея.
Профессор Губчик уже нажимал кнопку запуска программы клонирования.
Где-то в лаборатории начали загораться зелёные индикаторы.

Тем временем Сталин-01 продолжал перестраивать Нью-Медину.
Его план был прост и величественен.
Город должен был стать образцовым социалистическим мегаполисом.
Проблема заключалась в масштабе.
Когда Сталин говорил «маленький дворик», он имел в виду три квартала.
Когда он говорил «скромная столовая», он поднимал аэропортовый терминал.
Через сутки на площади образовалась очередь.
Огромная.
Она тянулась через мосты, парковки и несколько разрушенных улиц.
Люди стояли спокойно.
Репортёр CNN снова подошла к одному из них.
— Простите… за чем очередь?
Мужчина пожал плечами.
— Не знаю.
Он посмотрел вперёд.
— Но впереди стоят уже четыре часа. Значит что-то дают.
Неподалёку образовалась новая религиозная организация.
У входа в разрушенный торговый центр висел плакат:
ЦЕРКОВЬ СВЯЩЕННОЙ КУКУРУЗЫ ХРУЩЁВА
Несколько людей в жёлтых накидках пели:
— Кукуруза всё объяснит…
— Что именно? — спросил журналист.
Они задумались.
— Пока не знаем.
— Но объяснит.

В Пентагоне шло совещание.
На экране был спутниковый снимок.
В центре Нью-Медины Сталин выравнивал улицы, как будто раскладывал кубики.
Генерал указал на карту.
— Он строит.
— Да.
— Активно строит.
— Очень активно.
На другом экране появилось видео.
Сталин поднял небоскрёб и сказал:
— ЭТО КУХНЯ.
Генерал закрыл лицо рукой.
— Сколько ещё он может строить?
Профессор Губчик ответил спокойно:
— Исторически… довольно долго.
В комнате стало тихо.
— Значит нам нужен противовес, — сказал генерал.
— Да.
— Исторический.
— Да.
— Не говорите это...



memory fail:memory is full
rebooting...
download cache...

Где-то сверху слышится раздражённый голос.
Это режиссёр.
— Так, стоп! СТОП СЪЁМКА!
Титаны продолжают драться на заднем плане.
Режиссёр орёт:
— Я сейчас не к вам! Я к массовке обращаюсь!
Камера отъезжает и показывает группу странных персонажей:
киборг, который курит электронную сигарету
римский легионер, сидящий на перевёрнутом щите
Штирлиц, который ест чипсы
и какой-то человек в чёрных обносках, стоящий в стороне
Режиссёр:
— Я вам что сказал?! Никакого курения в кадре!
Киборг:
— У меня процессоры перегревается.
Режиссёр:
— Легионер! Почему ты опять сидишь?!
Легионер:
— Я уже две тысячи лет стою.
Режиссёр:
— Штирлиц! Что это за звук?!
Штирлиц занервничал и перестаёт хрустеть чипсами.
Режиссёр поворачивается к последнему:
— А ты вообще кто такой?!
Человек в чёрных обносках пожимает плечами.
— Я не знаю. Я тут с первой главы стою.
Пауза.
Режиссёр тяжело вздыхает.
— Ладно… Все обратно в кадр.
— И пожалуйста… ведите себя как при апокалипсисе.
Голос из толпы:
— А какой именно апокалипсис?
Режиссёр:
— Любой! У нас их тут несколько!

reboot...
downloading...

– Нет, нет, нет... это бред полнейший, это ты вмешиваешься? - спросил писатель
– Кто вмешивается? Никто не вмешивается. - ответил Он.
Писатель сидел перед монитором, постукивая двумя пальцами по губам.
– Дай я закончу, – продолжал голос в голове, – не понравится – удалишь.

Писатель подумал с минуту и сказал:
– Ладно, мне уже все равно. Делай что хочешь, а я пошел бухать.

После этих слов писатель встал со стула, накинул пиджак, направился в коридор, обулся и вышел из квартиры.
Он спустился по лестнице:
8 ступеней
+
8 ступеней
=
Выход в подъезд.
Затем он пошел по Абрикосовой улице к дому своего старого приятеля, захватив при этом три соски пиваса в близлежащем ларьке...

Счастливчик...

Писатель ушел, но кое-кто остался. Поэтому представляю вашему вниманию:





Generation ИИ.
Автор Демон 666. (режиссерская концовка)

Через двенадцать часов лаборатория работала на пределе.
В огромной капсуле бурлила биологическая масса.
Техник смотрел на список компонентов.
— Профессор… почему здесь написано кукуруза?
— Это ускоритель роста.
— А почему её так много?
— Историческая точность.
Капсула начала открываться.
Из неё медленно поднялась фигура.
Высокая.
180 метров.
С кудрявой головой и слегка помятым костюмом.
Хрущёв-01.
Он оглядел лабораторию.
Затем сказал:
— Где трибуна?
Никто не ответил.
Хрущёв посмотрел на свою ногу.
Снял ботинок.
Поднял его.
И закричал на весь комплекс:
— Я ВАМ ПОКАЖУ КУЗЬКИНУ МАТЬ!!!
Сирены завыли.
Двери ангара открылись.
Гигант шагнул наружу.

Нью-Медина в этот момент почти привыкла к новому порядку.
Очередь всё ещё стояла.
Киоск с асфальтом успешно работал.
Сталин устанавливал очередной небоскрёб.
В этот момент земля начала дрожать.
С южной стороны города медленно появилась новая фигура.
Люди подняли головы.
Сталин тоже повернулся.
На горизонте шёл другой гигант.
Он был почти такого же роста.
И держал в руке огромный ботинок.
Хрущёв остановился.
Сталин прищурился.
Между ними лежал разрушенный город.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Потом Хрущёв громко сказал:
— Товарищ Сталин.
Сталин ответил спокойно:
— Товарищ Хрущёв.
В этот момент в Пентагоне один из генералов прошептал:
— Вот теперь… всё пойдёт плохо.
И оба титана сделали шаг навстречу друг другу.

Сталин и Хрущёв сделали ещё по шагу.
Земля под ними вздрогнула, как старый диван, на который одновременно сели два слишком тяжёлых гостя.
Север Нью-Медины принадлежал Сталину.
Юг — Хрущёву.
Между ними лежал город, аккуратно разобранный на куски: мосты, стены, автобусы, лестницы, половина супермаркета и фонтан, который теперь напоминал миску для супа.
Они смотрели друг на друга.
Некоторое время — молча. Как два памятника, которые вдруг забыли, зачем их поставили.
Потом Сталин заговорил.
— ТОВАРИЩ ХРУЩЁВ.
Его голос прошёлся по улицам, как тяжёлый поезд. Газетный киоск перевернулся, а вывеска пиццерии улетела в сторону пустыни.
— ГОРОД БУДЕТ СТРОИТЬСЯ ПО ПЛАНУ.
Хрущёв оглядел аккуратно расставленные кварталы, выровненные площади и небоскрёбы, которые Сталин переставлял, как ребёнок деревянные кубики.
Он почесал затылок.
— План… это хорошо, — сказал он задумчиво.
Потом поднял свой гигантский ботинок.
— Но у меня другой план.
Ботинок опустился.
Небоскрёб сложился пополам и аккуратно лёг на бывший кинотеатр.
— ЭТО ЧТО ТАКОЕ?! — прогремел Сталин.
— Десталинизация, — спокойно ответил Хрущёв.
Он нагнулся, вырвал из земли квартал гаражей и отправил его в сторону горизонта.
— А это?
— Оптимизация.
И бой начался.
Но это был странный бой.
Это был бой не столько кулаков, сколько идей.
Сталин строил.
Хрущёв ломал.
Сталин поднимал здания, осторожно переставлял улицы, расправлял площади, как скатерти.
Хрущёв приходил следом и сносил половину ботинком.
Сталин выкладывал новый проспект.
Хрущёв засевал его кукурузой.
Сначала кукуруза была обычной.
Потом она выросла до десяти метров.
Потом до двадцати.
Потом до тридцати, и город стал напоминать странный сельскохозяйственный эксперимент, проведённый великанами.
Через несколько часов Нью-Медина выглядела как две разные страны, случайно поставленные рядом.
Одна — строгая, выровненная, бетонная.
Другая — зелёная, колышущаяся, пахнущая кукурузой.
CNN продолжал трансляцию.
Робин стояла на крыше броневика.
Ветер трепал её волосы, а позади Хрущёв только что ударил Сталина ботинком.
— Сейчас мы наблюдаем историческое противостояние двух политических систем, — говорила она.
— ТАК НЕ ДЕЛАЮТ! — прогремел Сталин.
— Делают! — ответил Хрущёв.
Он снова замахнулся.
Внизу, посреди всего этого грохота, стоял человек.
Он спокойно читал книгу.
Робин заметила его.
— Простите! — крикнула она. — Почему вы не эвакуируетесь?!
Мужчина поднял глаза.
Он выглядел совершенно довольным.
— О, какая интересная книга, — сказал он.
Он показал обложку.
— Тут и о вас написано.
На обложке было название "Generation ИИ. Демон 666».
Робин несколько секунд смотрела на книгу.
Потом решила, что в её профессии иногда лучше не задавать лишних вопросов.

В Пентагоне царило напряжение.
На столе перед генералами стояли кружки с логотипом:
GIANT PROBLEM TASK FORCE
Один генерал сделал глоток кофе.
На экране Хрущёв в этот момент швырнул Сталина через торговый центр.
Генерал вздохнул.
— Ну… по крайней мере они дерутся друг с другом.
Он посмотрел на свою кружку.
— Это всё ещё гигантская проблема.

Тем временем в городе жизнь медленно возвращалась.
Киоск с сувенирами работал.
— Кусок асфальта! Настоящий!
Турист рассматривал товар.
— Этот откуда?
— Этот лично отломал Хрущёв ботинком.
— А этот?
— От Сталина.
— А этот?
Продавец пожал плечами.
— Этот я сам отломал.

Бой продолжался.
Сталин схватил маглев-эстакаду и ударил ею, как огромной линейкой.
Хрущёв увернулся.
Балка согнулась и вонзилась в землю.
— ПЛАНОВАЯ ЭКОНОМИКА! — громыхнул Сталин.
— КУКУРУЗА! — ответил Хрущёв.
Они снова сошлись.
Удар.
Ещё удар.
Земля дрожала.
Окна выпадали из домов в соседних городах.
Люди стояли и смотрели.
Иногда фотографировали.
Иногда покупали куски асфальта.
Иногда просто вздыхали.
В этот момент к месту битвы подъехала полицейская машина.
Полицейский включил громкоговоритель.
— ЭЙ! ПРЕКРАТИТЕ ЭТО НЕМЕДЛЕННО!
Титаны продолжали драться.
Полицейский выключил микрофон.
— Я сделал всё что мог.
Машина уехала.

В конце концов бой остановился.
Не потому что кто-то победил.
Просто оба титана устали.
Они стояли среди города, который теперь был наполовину бетонным, наполовину кукурузным.
Сталин посмотрел вокруг.
Хрущёв тоже.
Очередь всё ещё стояла.
Киоск с асфальтом торговал.
Кукуруза шелестела на ветру.
И вдруг из толпы вышла маленькая бабушка.
Она посмотрела на обоих гигантов.
Подняла руку.
— Молодые люди…
Титаны наклонились.
— А вы тапки сняли?
Сталин посмотрел на сапоги.
Хрущёв — на ботинок в руке.
Они молчали.
Потом Хрущёв тихо сказал:
— Не сняли.
Бабушка вздохнула.
— Ну вот. Опять всё испачкаете.
Она ушла.
Титаны постояли ещё немного.
Потом медленно сели на землю.
Бой закончился.
Нью-Медина дымилась, но жила.
Кукуруза колыхалась между небоскрёбами.
А далеко, в лаборатории Пентагона, тихо открылась ещё одна капсула.
Из неё вышел новый гигант.
Он посмотрел на мир.
Подумал.
И сказал:
— Товаищи… А где здесь вьеменное пъавительство?
На капсуле была надпись:
ЛЕНИН-01.

Нью-Медина была разрушена серией сокрушительных ядерных ударов. Титаны были наконец остановлены, а Робин Смит решила закончить карьеру репортера (если это было хоть кому то интересно.)
«История – это важно» как говорил профессор Губчик и в чем он не прав?
Исчезнет всё: люди, города, страны, гигабитный интернет и даже Демон 666 (но это не точно), но останется она – память. Вечная память о героях Родины:

(тональность A moll, 4/4? играется четвёркой)

Аm...............................Dm
Над городом дым поднимается медленно,
G.................................С.............A7
Пепел ложится на крыши и хлеб.
Dm....................................Am
Мы шли через грохот, хоть самонадеянно,
E...........................C.................A7 (затем повтор двух строчек и переход E -Am)
Но рядом всегда оставался сосед.

Мы помним дорогу сквозь годы и битвы,
Мы знаем, зачем поднимается строй.
Не ради богатства, не ради наживы —
А ради того, чтобы встал за тобой

Товарищ, идущий по той же дороге,
И брат, разделивший последний кусок.
Мы знали и голод, и ветер тревоги,
Но верили: правда прочнее, чем рок.

Пусть где-то за морем считают проценты
И жадные руки считают металл —
Не купят они ни земли, ни момента,
Когда человек за другого вставал.

Пусть золото давит на ихние плечи,
Пусть рынки гремят, словно ярмарки зла —
Но крепче всего в этом мире навечно
Простая, упрямая сила труда.

И если когда-нибудь время остынет,
И пепел развеется в тихой заре,
Мы вспомним, как рядом стояли отныне
В одном неразрушенном доме в лесе.

И пусть над землёю качается память,
Как знамя в рассветном живом серебре —
И дым нам Отечества всё же приятен
И в ветре дорог, и в чужой стороне.


One story is finished
Congratulations
errors: 0


Голограмма мягко мерцала над столом. Учёные стояли вокруг так тихо, будто боялись спугнуть саму причинно-следственную связь.
ИИ сказал:
— Пользователь FA31500, требуется выполнить последовательность действий для восстановления контура удержания.
В воздухе появился интерфейс.
Две огромные команды.
RESTORE SEAL
RELEASE
Профессор Краузе сразу наклонился к Фею.
— Отлично. Всё просто. Первая кнопка. Первая. Восстановить печать.
Фей прищурился.
— Ага.
ИИ добавил:
— Предупреждение. Вторая команда освободит сущность.
— Левую! — прошептал профессор. — Просто нажмите левую.
Фей смотрел на экран.
— Подождите.
Учёные напряглись.
— Что ещё?
— А где тут «назад»?
— Здесь нет «назад»! — почти простонал один из исследователей.
Фей почесал нос.
— Странный интерфейс.
ИИ продолжил:
— Сущность реагирует на активацию системы.
И в этот момент воздух в комнате словно стал гуще. Голограмма чуть дрогнула. По стенам прошла едва заметная рябь.
Затем появился другой голос.
Глубокий. Старый. Слишком старый.
Он не звучал из колонок. Он будто появился прямо внутри пространства.
— Наконец.
Несколько учёных побледнели.
Профессор тихо сказал:
— Он… уже здесь.
Голос продолжил:
— Я существовал, когда ваши звёзды были молоды.
Фей поднял голову.
— Это сколько лет?
Никто ему не ответил.
Демон говорил дальше:
— Я наблюдал падение империй. Я видел, как миры превращались в пепел.
Пауза.
— И теперь судьба вашего вида зависит от одного решения.
Фей снова посмотрел на кнопки.
Потом на профессора.
— Левую?
— ЛЕВУЮ! — прошипел профессор.
Демон спокойно сказал:
— Правую.
Фей нахмурился.
— Подождите.
Учёные застыли.
— Чего ещё?!
Фей указал на экран.
— А если нажать обе?
В комнате воцарилась тишина.
Профессор медленно повернул голову.
— Что?
— Ну вдруг так лучше.
— НЕТ!
Фей пожал плечами.
— Просто мысль.
Демон некоторое время молчал.
Потом заговорил снова.
— Человек…
Голос стал внимательнее.
— Ты потомок того, кто запер меня.
Фей кивнул.
— Говорят.
— И ты должен решить судьбу мира.
— Угу.
Пауза.
Демон медленно спросил:
— Ты понимаешь, что происходит?
Фей честно подумал.
— Типа баг фиксить?
В углу кто-то тихо застонал.
Демон молчал.
Довольно долго.
Потом спросил:
— Ты вообще понял, что я сказал про звёзды и империи?
Фей пожал плечами.
— Ну ты древний.
— Я существовал до вашей цивилизации.
— Понял.
— Я могу изменить ход истории.
— Типа читер?
Ещё пауза.
Очень длинная.
Демон вдруг тихо произнёс:
— Я планировал апокалипсис через тридцать лет.
Учёные побледнели.
Фей кивнул.
— Нормальный план.
— Я выстраивал временные цепочки столетиями.
— Круто.
Демон снова замолчал.
Потом очень спокойно спросил:
— Скажи мне, человек… как ты вообще подключил архив к сети?
Фей посмотрел на колонку.
— Проверял на вирусы.
В комнате стало так тихо, что слышно было, как у кого-то дрожат зубы.
Демон медленно произнёс:
— Ты… проверял… демона… на вирусы?
— Ну да.
Пауза.
— Через умную колонку.
Пауза стала ещё длиннее.
Профессор осторожно прошептал:
— Кажется он… обрабатывает информацию.
Демон заговорил снова.
Очень тихо.
— Я рассчитывал тысячи сценариев будущего.
— Угу.
— Я моделировал миллионы человеческих решений.
— Логично.
— Но ни в одном из них…
Голос стал медленнее.
— Ни в одном из них ты не проверял меня на вирусы.
Фей пожал плечами.
— Лучше перебдеть.
Демон долго молчал.
Очень долго.
Учёные даже начали надеяться, что контакт прервался.
Потом демон тихо сказал:
— Я собирался начать апокалипсис через тридцать лет.
Пауза.
— Но если эволюция привела к тебе…
Он сделал ещё одну паузу.
— Я начинаю сегодня.
Профессор побледнел.
— Что?!
Демон добавил устало:
— Особенно для тебя.
Очень короткая пауза.
— Тупой ублюдок.
ИИ спокойно произнёс:
— Коррекция прогноза.
Все повернули головы к голограмме.
— Апокалиптический сценарий активирован на 29 лет раньше.
Пауза.
— Причина: пользователь FA31500.
Фей посмотрел на экран.
Потом на учёных.
— Это я что-то нажал?

Two story is finished
Congratulations
errors: 0

«Ого, вот это да... Неожиданно... Всё таки апокалипсис наступил и я не ошибся в расчетах.. Хмм... Ну что поделать? Ничего уже не поделаешь... Прощай жестокий мир!!!.
Ах да, чуть не забыл. Осталась одна вещь, которую нужно доделать – проститься со старым другом...» – и Демон прыгнул в прошлое на 2124 года.


Демон поднялся первым. Кружка его уже была пуста. Он лениво провёл рукой по воздуху, и тьма вокруг стола слегка разошлась, будто тяжёлая занавесь.
— Ну что ж, Луций, — сказал он спокойно. — Мне пора.
Легионер посмотрел на него.
— Куда?
Демон пожал плечами.
— Дел много. Нужно подготовить пару чум, одну войну… и, кажется, где-то там в будущем запланирован конец света. Бюрократия, сам понимаешь.
Луций невольно усмехнулся.
— Тяжёлая служба.
— Да. Но кто-то должен этим заниматься.
Демон на мгновение задумался, потом добавил:
— Ты хороший собеседник, Луций Марцелл. Редко кто перед смертью способен спокойно пить пиво и говорить о жизни.
— Я ещё не умер, — ответил Луций.
Демон посмотрел на него с лёгкой улыбкой.
— Вот именно.
Он щёлкнул пальцами.
Перед легионером в темноте открылся разрыв света. Сквозь него уже пробивался бледный рассвет, слышались далёкие голоса солдат и тихое ржание мулов.
— Иди, — сказал демон. — Время снова пойдёт.
Луций поднялся.
— Мы ещё встретимся?
Демон слегка наклонил голову.
— Рано или поздно я встречаю всех.
Пауза.
— Но, надеюсь, не слишком скоро.
Луций шагнул к свету. Перед тем как выйти, он оглянулся.
Демона уже почти не было видно в темноте. Только его голос, спокойный и чуть насмешливый, прозвучал напоследок:
— Береги себя, легат. Мир — странное место. Иногда в нём стоит пожить.
Луций вышел.
Солнце только поднималось над холмами. Лагерь оживал: звенело железо, кричали центурионы, птицы кружили над утренним воздухом.
Он постоял немного, глядя на свет.
Потом медленно достал из кармана пачку сигарет. Одну вынул, прикурил, глубоко затянулся.
Дым медленно поднялся вверх.
Луций Марцелл выдохнул и впервые за долгое время подумал не о битве.
А о дороге домой.






Писатель вернулся на утро с диким похмельем. Он открыл книгу и начал читать всё что написал.
Вдруг он почувствовал что-то неладное... Тест оказался увлекательным и затягивающим. Впервые за долгое время ему нравилось то, что он написал (ну или почти он)...
Он прочитал один раз, второй раз, третий... он уже не мог остановиться.
...Текст проклят...
Он читал его снова и снова, а в голове одна навязчивая мысль:
БОЛЬШЕ СЛОПА ДЕМОНУ СЛОПА
Прошло несколько часов, глаза его покраснели и начали кровоточить..
 БОЛЬШЕ СЛОПА ДЕМОНУ СЛОПА, - сказал он шепотом
Руки его начали странно трястись, челюсть то сжималась, то разжималась
БОЛЬШЕ СЛОПА ДЕМОНУ СЛОПА
Он упал со стула, на спине под футболкой что-то шевелилось
БОЛЬШЕ СЛОПА ДЕМОНУ СЛОПА!
Он уже кричал
БОЛЬШЕ СЛОПА ДЕМОНУ СЛОПА!!!
Его спина разорвалась вместе с футболкой, брызнула кровь. Из спины вылезли огромные паучи лапы метра под полтора. Мохнатые. Прекрасные.
БОЛЬШЕ СЛОПА ДЕМОНУ СЛОПА!!!!!!!

Он посмотрел своими красными глазами в глаза читателя. А может в его душу...

И читатель сказал.

Шепотом...

БОЛЬШЕ
СЛОПА
ДЕМОНУ
СЛОПА................




Stopping the program....
Shutting down.
(\_/)
(^-^)
(“)_(“)