Быличка Дух тайги и девочка с корзинкой
Каждое лето Марьянка ходила в тайгу за голубикой — ягоды шли на продажу, а деньги нужны были бабушке на лекарства. В тот день она взяла плетёную корзинку, перекрестилась на дорожку и отправилась в знакомый бор, что начинался за старой мельницей.
День выдался ясный, солнце пробивалось сквозь хвою, птицы пели, белки скакали с ветки на ветку. Марьянка шла, напевала песенку, поглядывала по сторонам — где куст погуще, где ягод больше.
Но не заметила, как зашла слишком далеко, в глухие места, куда обычно не ходила. А когда опомнилась, поняла, что сбилась с пути. Огляделась — всё вокруг одинаковое: сосны, мох, валежины. И тишина какая;то странная, будто лес затаил дыхание.
Вдруг из;за деревьев вышли трое. Мужики с грубыми лицами, в потрёпанной одежде, с засаленными волосами. Один ухмыльнулся, показывая гнилые зубы:
— А кто это тут у нас? Да ещё и одна…
Марьянка попятилась, сердце заколотилось.
— Я… я домой иду, — пролепетала она.
— Да куда ж ты без нас? — захохотал второй, шагнув ближе. — Мы тебя проводим!
Они окружили её, отрезав путь к отступлению. Марьянка бросила корзинку и бросилась бежать, но один из мужиков схватил её за косу. Девочка закричала, забилась, но силы были неравны.
— Тихо, тихо, — прошипел тот, что держал её. — Поиграем немного, а потом отпустим… может быть.
Марьянка заплакала, упёрлась руками в грудь нападавшего, изо всех сил пытаясь вырваться. Она уже чувствовала, как её тянут куда;то в чащу, как рвётся сарафан…
И вдруг лес зашумел. Не просто ветер — а будто сотни голосов разом зашептали, заскрипели ветви, затрещали сучья. Мужики замерли, оглянулись.
— Что за чёрт? — пробормотал один.
Из;за елей вышел медведь. Огромный, тёмный, с шерстью, отливающей синевой в тени деревьев. Но не обычный зверь — глаза его светились холодным голубым огнём, а вокруг фигуры мерцал туманный ореол, будто утренний иней.
Мужики побледнели. Тот, что держал Марьянку, отпустил её и отступил.
— Это… это же он, — прошептал третий, дрожащим голосом. — Хозяин Тайги…
— Вы осквернили лес своей подлостью, — раздался низкий голос, будто доносившийся из самой земли. — Вы хотели причинить зло невинному существу. Лес этого не прощает.
Медведь сделал шаг вперёд. Ветви за его спиной зашевелились, словно живые, протягивая к мужикам корявые пальцы.
— Бежим! — закричал один из них и бросился прочь.
Остальные кинулись за ним, спотыкаясь, падая, ломая ветки. Но убежать далеко не смогли: корни деревьев оплели их ноги, ветви хлестали по спинам, а туман, поднявшийся от земли, окутал их с головой. Когда он рассеялся, на поляне никого не было — только следы вели вглубь чащи, да и те начали затягиваться мхом и травой.
Медведь повернулся к Марьянке. Она стояла, прижавшись к стволу сосны, вся в слезах, с разорванным сарафаном. Зверь подошёл ближе, но не угрожал — он наклонил голову, посмотрел на девочку своими синими глазами, полными древней мудрости.
— Не бойся, — прозвучал голос прямо в её сознании. — Ты под защитой Леса. Пока ты чтишь его законы, пока относишься к нему с уважением, ни один злодей не причинит тебе вреда.
Медведь коснулся носом её ладони — и тепло разлилось по телу, утихла дрожь, ушла боль. Марьянка почувствовала, как страх растворяется в воздухе, а на его место приходит покой.
— Спасибо… — прошептала она.
Зверь кивнул, развернулся и шагнул в чащу. Туманный ореол вокруг него растаял, синие глаза погасли, и вот уже только могучий бурый медведь скрылся среди деревьев, будто его и не было.
Марьянка подобрала корзинку — ту, что бросила в панике, — и пошла домой. Теперь она точно знала дорогу: мхи на деревьях, птичьи голоса, даже запах хвои подсказывали ей верный путь.
С тех пор девочка всегда оставляла на опушке горсть ягод или кусочек хлеба — в дар Лесу. А если кто;то из деревенских мальчишек начинал хвастаться, что не боится тайги, Марьянка тихо говорила:
— Бойся не зверей, а тех, кто сердцем зол. Но если будешь чист душой, Хозяин Тайги тебя защитит.
И все знали: это не сказка. В этих лесах духи не спят. Они следят. Они помнят. И они берегут тех, кто достоин защиты.
Свидетельство о публикации №226030601059