Анализ

Первый год после свадьбы жизнь Георгия и Катерины протекала счастливо и безоблачно. Было взаимопонимание, и любовь не тускнела. На втором году стали появляться некоторые разногласия в представлениях о совместной жизни. Не всегда они находили полноценное разрешение и постепенно накапливались, пока не вылились в первый открытый разбор отношений.
Поводом послужил отказ супруга сопроводить Катерину на день рождения лучшей подруги, где она собиралась представить его в полной красе приятельницам. Доводом его отказа был телевизионный репортаж футбольного матча английских клубов.
– Ты вообще не обращаешь на меня внимание и делаешь то, что тебе хочется! Нельзя таким быть!
– И к чему ты клонишь? – решил ускоренно подвести разговор к завершающей части Георгий.
Но это ему не удалось.
– Перестань относиться ко мне как к своей бесправной собственности. У меня тоже есть стремления и желания.
–  Все твои разумные стремления, а тем более желания я с удовольствием поддерживаю, – озорно усмехнулся Георгий.
– Почему ты присвоил себе право определять, что разумно, а что нет?
– Можешь и ты определять, кто же тебе мешает?
– Но у нас именно твое мнение является решающим. Если так пойдет дальше, то все кончится тем, что мы расстанемся!
Вот разговор и подошел к решающей финальной части, и тут Георгий не сплоховал.
– Вполне может случиться и такое, но дело это очень серьезное, требует глубокого осмысления и длительного переходного периода, – сказал он и с непреодолимой силой привлек к себе супругу, захватил в глухие объятия и для начала вознамерился поцеловать.
– Мерзавец, – только и успела сказать Катерина, прежде чем он отыскал ее губы.
В этот раз все наладилось. Но Георгий был постарше супруги и имел более значительный жизненный опыт. Он знал, что есть два пути улаживания семейных ссор: внимательно учитывать интересы и запросы супруги или показать, что на ней свет клином не сошелся. Оба имели свои сильные и слабые стороны. Второй путь и вовсе рисковый. Поэтому он решил применить гибридный метод.
После активно проведенного примирения на день рождения они пошли вместе. Там Георгий выпил и стал оказывать незамужней имениннице знаки пристального внимания, хоть и не переходящие границ приличия, но вполне значимые и находившие у нее живой отклик. В результате Катя, планировавшая лишь похвастаться мужем, серьезно насторожилась, поняла свою неосмотрительность и постаралась поскорее увести супруга восвояси.
В результате Георгий добился легкой победы, причем самым приятным путем. Это утвердило его в правильности избранного метода. Он стал предельно внимателен к жене дома, но позволял себе в ее присутствии, а вскоре и без оного, оказывать внимание другим дамам. Это привело к тому, что они реже стали ходить на вечеринки, прежде так любимые супругой.
На каждый праздник Георгий приносил жене цветы, что ее радовало и успокаивало. Вместе с тем его жизнь вне дома становилась все более насыщенной. Однажды Екатерина обнаружила на его рубашке очевидные следы прелюбодеяния и пришла в отчаяние.
Перед ней встала дилемма: устроить скандал или оставить в заначку обнаруженные доказательства измены, чтобы использовать в более важный момент. Так и решила.
Дело в том, что у нее и самой к тому времени восстановились романтические отношения с бывшим одноклассником. Теперь он был женатым и к тому же уже не бог весть каким кавалером, но разнообразие волновало. Главное, это давало удовлетворение тщеславию, раненному поведением супруга, активизировавшегося по женской линии.
Георгий, серьезно сосредоточенный на работе, не стремился расширять свой амурный ареал, сконцентрировавшись на отношениях с симпатичной сотрудницей планового отдела Марией, она же – дочь члена совета директоров компании, в которой он занимал значимую позицию, открывающую варианты роста.
Екатерина тоже не слишком была предрасположена к легкомыслию и дальше нечастых встреч со школьным приятелем в своих стремлениях не заходила.
Устойчивость сложившихся таким замысловатым образом семейных отношений неожиданно подверглась критическому испытанию. Случилось это, когда Екатерина утвердилась в нежданной беременности, подтвержденной врачом.
Стопроцентной ясности в отцовстве будущего ребенка у нее не было. В первый момент пришла мысль от него отказаться, но она была быстро отвергнута. Возраст не позволял рисковать, к тому же иметь ребенка – мечта любой женщины.
В отношениях с одноклассником особо опасных ситуаций припомнить она не могла, все было аккуратно. Сомнения могли быть связаны лишь с тем, что у него имелось трое детей, по его словам, неплановых. С Георгием вероятность забеременеть была, понятное дело, многократно выше, но и здесь в общем-то все было под контролем.
После многодневных и многоночных раздумий Екатерина решила открыться мужу.
– Жора, могу тебя порадовать: у нас будет малыш! – выбрала она подходящий момент для торжественного посвящения супруга в волнующую ее ситуацию.
– Это хорошо, только несколько неожиданно, – не столько обрадовался, сколько озадачился Георгий.
– Ты как-то мало обрадовался, дорогой! У тебя будет чудесное продолжение!
– Я обрадовался, хотя такого плана у нас пока и не было.
– Маленький, не беспокойся, он будет тебя любить, – сказала она, поглаживая живот.
– Сколько же ему?
– Уже два месяца.
Георгий не был готов к такому развитию событий, тем более что его отношения с Марией уже дошли до такого уровня, что он начал задумываться о создании новой семьи. А тут такой поворот! Он с очевидностью понял, что простого решения в возникшей ситуации нет.
«Ясно, что убедить супругу отказаться от ребенка не удастся. Подавать на развод в таком положении супруги совсем не с руки. Порвать отношения с Марией тоже крайне нежелательно: она женщина привлекательная, да и рискованно с учетом положения ее отца».
Впервые в его жизни сложился цугцванг – положение, в котором любое действие хуже бездействия. В тот же вечер он «на радости» основательно напился, чем сильно насторожил супругу, поскольку прежде к выпивке пристрастия не имел. В таком раскрепощенном состоянии лучшим выходом его потерявшему реальность сознанию представлялось исчезновение, переселение в другой город или даже в другую страну, в другой мир.
Наутро эти варианты уже не казались приемлемыми. Тут его и посетила мысль об отцовстве.
«С выяснения этого и надо начинать!»
В Интернете на его запрос сразу появилось несколько предложений. Оказывается, дело это хотя и новое, недавно освоенное, но уже востребованное и не очень дешевое. Последнее его не смутило. Предстояло придумать, как обставить разговор с Катериной, чтобы добиться желаемого результата, а не истерики со слезами.
Уверенности в изменах супруги у него не было, но подозрения имелись. Основывались они на снижении стремления к близости, что, однако, можно было объяснить естественным привыканием и спадом эмоций. Выигрышного варианта предстоящего разговора он так и не нашел.
Начал издалека.
– Катюха, а как твое самочувствие?
– Да нормально для такого положения. Сейчас только нужно соблюдать осторожность и полностью отказаться от алкоголя, поскольку уже формируется мозг малыша.
– Это ты совершенно права, а то очень много родится больных младенцев. Пришлось даже разработать методы контроля плода на самых ранних стадиях.
– Я сдала все анализы и показалась врачу. Слава Богу, он не видит проблем.
– Можно и пол узнать.
– Потерпи, дорогой. Это проще можно сделать по УЗИ. А ты бы кого хотел?
– Лучше пацана, при уверенности, что он от меня, – так неожиданно и красиво перешел к решающей фазе разговора Георгий. Это как перевести соперника, не готового к борьбе, в партер коварным приемом.
Катерина, понятное дело, размышляла о таком развитии событий, но тут на мгновение впала в замешательство.
– Что еще за сомнения? Ты оставь эти разговоры! В отличие от тебя, я не имею любовников! – мобилизовалась и перешла на заранее заготовленные позиции Катерина.
– Перестань говорить глупости и успокойся, пожалуйста! В таком деле должна быть полная определенность с самого начала. Установить ее при современной диагностике – обычное дело. А твой отказ явился бы для меня настораживающим фактором!
– А твои сомнения меня вообще оскорбляют! Давай прекратим этот разговор. Такие волнения для меня сейчас недопустимы!
– Только не впадай в истерику, я имею право на это. В наш век такие исследования плода в порядке вещей. Очень прошу тебя подумать здраво. Не понимаю, что может этому воспрепятствовать?
Катерина много раз прокручивала в голове состоявшийся разговор, но, как и прежде, достойного решения ситуации не находилось. Тогда теплилась надежда ее избежать, теперь же, когда вопрос был поставлен ребром, требовалось принять решение.
Было два варианта: обследоваться тайно или открыто.
«В первом случае трудность будет с предоставлением для анализа генного материала Георгия, но зато инициатива будет в моих руках. Но, правда, только в случае положительного заключения. Можно будет разыграть сцену с выносом флага и свидетельства его измен. Но все это можно сделать и так в любой момент.
А вот с негативным вариантом в любом случае будет фиаско. Все карты перейдут ему в руки. Зачем ему нужен чужой ребенок? Да и при любом, самом лучшем исходе сохранения наших отношений для меня это будет постоянным укором, с которым жить не захочешь.
Выхода нет! Придется идти в клинику вдвоем. Скрывать анализ бессмысленно. Пусть хотя бы оплатит. Хотя цена не идет ни в какое сравнение с результатом! За хороший я готова заплатить стократно!»
– Георгий, вчера я была оскорблена твоим недоверием, но готова снять все твои подозрения. Выбирай удобное время и подходящую клинику.
– Я всегда знал, что ты умная женщина. Видимо, в разговоре выбрал неправильную тональность. Извини, дорогая, – сказал он, обнял и нежно поцеловал супругу.
«Похоже уверена. Положительный результат дает ей большую власть. Тут уж придется всерьез задуматься и все взвесить. А вот отрицательный… Прежде времени мечтать не стоит. Это предвестник неудачи.
Стоит ли в такой ситуации вообще вносить ясность? Отказаться от анализа?
Нет, жить в неведении не лучший вариант!»
 Через пару дней он освободился пораньше, и они направились в ближайшую клинику.
Ожидание результата для обоих было безумно волнительным, но они пытались скрывать свои чувства. Георгию это удавалось легче – выпивкой. Екатерина выходила из дома подолгу гулять, ссылаясь на рекомендации врачей. Труднее всего было ночью.
Настал решающий момент.
Врач надел очки, взял заполненный бланк и неспешно, во всех бюрократических подробностях зачитал результат.
У одного из наших героев от счастья перехватило дыхание, а у другого от отчаянья защемило сердце.
Отцовство Георгия подтвердилось с вероятностью 99%! С чем его врач и поздравил.
Наш герой был мужественный и нашел в себе силы поцеловать супругу. Она деликатно не стала проявлять при враче нахлынувшие чувства, оставив эмоции до дома.
«Ну, муженек, теперь моя очередь задавать вопросы! Надо использовать ситуацию по максимуму, чтобы отбить всю охоту распутства! Будешь ноги целовать!
Так, а дальше? В униженном состоянии он долго не выдержит. Рано или поздно на все плюнет. Нет, радость победы может выйти боком. Злоба до счастья никогда не доводит.
А что если наоборот проявить повышенную доброту, любовь и сердечность и отпустить ему все грехи? Это и мне, и малышу пойдет на пользу.
Правильно, буду мила и преданна!»
Так разум обуздал ревностные чувства. Что и говорить, Катерина была мудрой женщиной.
Георгий ехал домой в большой задумчивости, хотя и пытался изображать счастье на лице.
«Сам себя подставил! Представляю, как дома запоет! Удивительно, что там сдержалась. У меня два варианта: изображать счастье или сразу уйти. Мария, конечно, привлекательна, да и отца со счетов не сбросишь, но и родной ребенок многое значит».
Уже какие-то затаенные чувства зашевелились в его душе.
«Да и Катерина – женщина достойная, не слишком капризная.
А как быть с Машей? Вот  центральный вопрос!
Придется сказать всю правду. Похоже, это единственный и самый простой вариант», – пришел к выводу наш герой и даже успокоился.
Он даже улыбнулся супруге.
 «Только бы и та не оказалась беременной, –  вздрогнул Георгий, пронизанный этой ошеломляющей мыслью».