О юбиляре Журавлеве

       

           Борис Алексеевич Журавлев – человек в республике известный. Информация о нем есть в энциклопедии «Мордовия» 2003 года издания, социальных сетях.


  Родился в крестьянской семье. Трудовую деятельность начинал шофером в родном селе Атяшево  Большеигнатовского  района.


Служил в Советской армии. Окончил МГУ им. Н.П.Огарева.


Работал главным инженером совхоза ««Старошайговский», главным инженером и директором крупнейшего  совхоза республики «Ардатовский». Там же,  в Ардатовском районе, с 1972 года по 1974 год - председатель райисполкома.


После окончания в 1976 году ВПШ при ЦК КПСС избирается первым секретарем сначала Теньгушевского, а затем Ичалковского  РК КПСС. В общей сложности – во главе двух районов - одиннадцать лет.


 В перечне занимаемых им должностей также   должности министра мелиорации и водного хозяйства МАССР (1987-1988), председателя Госснаба (1988 -1999). Позднее оно именовалось АООТ «Социальная сфера».


 Избирался депутатом Верховного Совета МАССР трех созывов. Награжден  орденом Трудового Красного Знамени, медалями.


С юбиляром я знаком со времен его работы первым секретарем Теньгушевского  райкома партии. К этой категории руководителей советского периода  я всегда относился с большим почтением.


 Они,  безусловно, были управленческой элитой Мордовии второй половины прошлого столетия. Пользовались авторитетом у населения. Их уважали. Знали в лицо. К ним я отношу и Бориса Алексеевича  Журавлева.


Всегда удивлял начитанностью. Выступая на пленумах обкома КПСС или   сессиях Верховного Совета республики,  частенько цитировал Сократа и Платона. Мог удачно и к месту озвучить пословицу или поговорку.
 

 Республиканское начальство цитированию древнегреческих философов и пословиц значения не придавало. Главней всего были удои на фуражную корову, урожайность полей и всё остальное, что касалось села.


 У него с решением этих проблем получалось неплохо. Оба района в его бытность часто ставили в пример. В работе он был новатор. Внедрял передовые методы хозяйствования.


Мне очень симпатизируют его знания  и любовь к русской истории. Однажды, во время поездки членов Консультативного совета ветеранов  при Главе РМ в один из районов, я задал ему, знатоку истории, вопрос: «Что означает в его понимании любовь к Отечеству?»


 «Учиться у предков! - был ответ. - Обустраивать Отечество. Защищать его!»


«Плохие мы ученики, - возразил тогда я ему. – Советский Союз  профукали! Теперь вот американцы собираются нас стереть с лица земли».


В ответ услышал: /На восток, туда,  к горам Урала,  /Разбросалась странная страна,  /Что не раз, казалось, умирала, - /Как любовь, как солнце, как весна.  /И когда народ смолкал сурово   /И,  осиротелый, слеп от слез, /Божьей волей воскресала снова, /Как весна, как солнце, как Христос!/


То, что он обожал Есенина и Твардовского – я знал. Что на память мог читать их стихи и целые главы из поэм - тоже знал. Знал и то, что боготворит Лермонтова. А вот кого он процитировал в тот раз, угадать не мог. Оказалось - давным-давно забытого, после революции эмигрировавшего  из России декадансно-эпатажного  Игоря Северянина.


 «Ещё что-нибудь можно?»


 Он сходу выдал: /Вот подождите – Россия воспрянет, /Снова воспрянет и на ноги встанет. /Впредь её Запад уже не обманет /Цивилизацией дутой своей: /Встанет Россия, да, встанет Россия, /Очи раскроет свои голубые, /Речи начнет говорить огневые, - /Мир преклонится  тогда перед ней!../


Я не без восхищения подумал о пророческом даре Игоря Северянина. Раньше в таких случаях говорили: «как в воду глядел!» Стихи-то написаны чуть ли не век назад!


          Несомненно,  на Руси во все времена были люди, которые остро чувствовали свою ответственность за судьбу Отечества, за необходимость его защиты. Это было сутью их жизни, причем глубоко осознанной.


          Неосознанная жизнь, по словам любимого юбиляром   Сократа не стоит того, чтобы быть прожитой. К важным событиям собственной жизни Борис Алексеевич,  по - моему,  тоже относился  осознанно.


       Нелегко,  по его словам, в молодости  далось ему решение отказаться от предложения остаться на сверхсрочную службу в армии. «Через год-полтора получишь офицерскую должность, - убеждали его. -  Квартира, зарплата! Учиться пойдешь! Чего тебе ещё надо?».


 Его не убедили. Отказался. Далеко-далеко от благополучной тогда  Украинской Полтавы, где он проходил службу, в мордовской глубинке  в плохоньком домике жили  его родители-инвалиды.


 Оставлять их было не на кого. К тому же родительский дом готов был  вот-вот рухнуть.


 И он вернулся домой. Летом работал шофером, зимой трактористом. Работал по двенадцать – четырнадцать часов в сутки. И задачу, поставленную перед собой, выполнил. Дом для  родителей построил.


 Ему нередко во сне виделось то далекое время. Вот он, глотнув остатки молока из пол-литровой бутылки, спрыгивает из кабины ДТ-54 на землю. Машинально смахивает с капота трактора крупные капли конденсата, похожего на пот  на лице уставшего человека и оглядывается окрест.


Далеко-далеко до самого горизонта уходят ровные борозды вспаханного им под зябь поля. Тёплая волна подкатывает под самое сердце: «Это же моих рук дело!».


Столь же осознанным было еще одно его решение. В сентябре 1959 года  вместе с завхозом поехал по колхозным делам в Горький. Совершенно случайно, или так уж судьбе было угодно, остановились напротив института инженеров водного транспорта.


 Был солнечный сентябрьский день. На крыльце главного корпуса  института увидел группу парней и девушек. Красивых, хорошо одетых. Они весело смеялись. Было видно, что это очень счастливые люди. Защемило в груди. Позавидовал. Завхозу же сказал твердо: «Поступлю учиться!»


И поступил! В Мордовский государственный университет на факультет механизации сельского хозяйства. На первом курсе было не то что трудно, а архи трудно. Спать приходилось по два-три часа в сутки.


Совершенно не получалось черчение, да и другие предметы давались нелегко. Сказались шесть лет перерыва после окончания школы. На втором курсе стало легче, а  на третьем уже получал повышенную стипендию.


По окончании учебы  предложили остаться в университете. Но карьера ученого его не прельщала. Отказался и поехал в совхоз «Старошайговский», где ему предложили должность главного инженера, а жене  главного экономиста. Никогда о принятом тогда решении не жалел.

 
         Ещё начинающим  инженером, вполне осознанно, в каждом конкретном случае старался быть справедливым. Никогда никого не «тыкал» и не «тыкает» сейчас. Со всеми только на «вы». И, как правило, - по имени-отчеству.  Не приемлет высокомерия. От кого бы не исходило.


 Эти его качества, пожалуй, были наиболее весомыми  в его становлении как специалиста и как руководителя, а также основанием республиканским властям  для продвижения его по службе.


Что касается стиля работы,    в молодости ли, в зрелом ли  возрасте    был одержим и настырен. Касалось ли это  строящегося моста через Мокшу в годы работы  в Теньгушеве или строительства сыродельного комбината  в Ичалках. Одинаково. Забывал обо всем пока не доводил дело до конца.


 В «Контакте», отвечая на вопрос, что для него является главным в жизни, ответил: «Семья и дети»  Сейчас сожалеет, что мало  уделял внимания детям. Их у четы Журавлевых четверо: три дочери и сын.


 Все при деле, все стали достойными людьми. Радуют восемь внуков и внучек и один правнук! Основная нагрузка в их воспитании и становлении ложилась, естественно,  на плечи Валентины Максимовны - супруги юбиляра.


           Как-то совсем недавно я спросил его вполне серьезно: «Правда ли, что  он стал прихожанином Православной Церкви?» «Чтобы им стать, - подумав, отвечал он, - не надо писать заявления, как, например, в какую-нибудь  партию.
 

           Есть потребность в общении с Богом – иди в храм. Отчитываться  об этом перед кем-либо  не предписано.  Подражать кому-либо, не осознав, зачем ты это делаешь – фарисейство».


Таков вот он мой давний знакомый Борис Алексеевич  Журавлев. Простой и сложный одновременно, серьезный и искрометный, оптимист и жизнелюб, патриот и государственник.


Люди такого склада всегда были на Руси. Это они вершили и вершат историю своего края, своего Отечества.