63. Август-сентябрь 1480 года, Василий Шуйский

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Псковский наместник, как и остальные представители его фамилии, являлся потомком суздальско-нижегородских Рюриковичей: после присоединения их княжества к Москве сын Дмитрия Константиновича прозвищем Кирдяпа получил от московского правителя город Шую.

Новоиспечённые Шуйские не сразу смирились с таким понижением статуса. Кирдяпа несколько раз пытался вернуть свою отчину. Но всё было против него, тягаться с Москвой у него не хватало возможностей, а Орда, к чьей защите он апеллировал, погрязла в очередной замятне. Следующую попытку повернуть время вспять осуществляли уже кирдяпины внуки.

Но даже в условиях многолетней войны между московскими Рюриковичами это оказалось невозможным. Шуйским оставалось забыть о своих амбициях и уже без злого умысла стать служилыми князьями московских господарей.

Василий Васильевич, подобно своим предшественникам, не поладил с псковичами. Они обвиняли его в пьянстве и самоуправстве. Наместник отвечал им на это, что не может полноценно отправлять свои обязанности, пока его полномочия ограничивают вечем или городским самоуправлением.

-Моя власть во Пскове должна быть единоличной, как у великого князя Ивана Васильевича на Руси! - говорил Василий Шуйский. - Только так возможен порядок! При отсутствии самодержавия наступает междоусобица, которая ослабляет страну.

Эти споры прервало очередное нашествие ливонцев. Они сожгли Кобылий городок на западной границе и 20 августа явились ко Пскову. Горожан объял ужас, ибо вражеских полчищ было неисчислимое множество. Ливонские орды от Пскова отделяла лишь река Великая.

Василий засобирался в Новгород за подмогой, но горожане отказались его выпускать, подозревая в трусливом бегстве. Они сказали, что сами пошлют гонцов: и в Новгород, и к великому князю, и к братьям его — Андрею и Борису — в Великие Луки. Пришлось остаться. Псков разрешили покинуть женщинам, детям и старикам.
Дабы выиграть время, пошли на переговоры с супостатом. Условия магистр выдвинул неприемлемые. Псковичи предсказуемо отказались их выполнять, но пока суть да дело Василий успел наладить оборону по Великой.

-Нельзя допустить противника на нашу сторону, - объяснял он очевидное. - Иначе нам останется только затвориться в крепости и ждать подмоги из Новгорода. Великий князь сейчас отвлечён нашествием ордынцев и не станет отвлекаться на нас, а братья его серчают на нас за то, что мы не приняли к себе их жён.

Ливонцы на 13 судах сделали попытку высадиться на правом берегу. Они обстреляли Псков из пушек, спровоцировав там пожары, и сошли на берег, но русичам удалось скинуть их обратно в реку. Многие потонули. Тогда обозлённый магистр предложил решить судьбу противостояния в чистом поле. Учитывая численность противника, псковичи отказались от открытого боя. Они стали готовиться к отражению следующего натиска и очень удивились (и обрадовались), когда крестоносцы однажды ночью ушли восвояси.