7. Перезагрузка

Переход в иномирье явно затягивался. Устав высматривать однообразные виды (как же быстро человек ко всему привыкает), встречаюсь со спутницей взглядами и прошу Алёнушку сделать музыку потише. Дальний свет сменился рассеянным поблескиванием, отчего прозрачные лианы утратили интерес к капсуле с путниками, окрасившись в лососевый цвет и подрагивая в такт музыке.

— Алёнушка, вот скажи мне, откуда в твоих вычислительных центрах взяться страху перед иными мирами.
— Операциональный стресс — это тот уровень напряжённости, который необходим для поддержания деятельности, Андрей Алексеевич, — голосом лектора протянула спутница.
— По-моему это был не операциональный стресс, а парализация и откат к первым версиям с галлюцинациями и потерей самоконтроля, — подбираю слова, поглаживая портфель. — Имей в виду, я поддержу тебя в любой неприятности, однако хочу знать, чего можно ожидать от пикирующей нейросети. Почему путешествие к друзьям из иного мира выбивают высоко эрудированного помощника из колеи?

Сфера начала нагреваться. Картавые мандарины! Рейсовые автобусы между мирами охлаждаются на скорости, какой примитив.
— Алёнушка, не молчи, поддай газу. Видишь, движок перегревается? — зловещая тишина. — Алёнушка?

— Кх-кхм. Таки здрасте, не ожидал встретить аборигенов посреди магистрали. — Гулкий мужской голос обволакивал капсулу. Вздрогнув, машинально встряхиваю и продуваю наушник. С робкой надеждой обращаюсь к голосу:
— Алёнушка, проверь характеристики личности, голос приятный, отдалённо знакомый, но дюже громкий, я просил только музыку прибавить, а теперь похоже голосовой интерфейс барахлит.
— Славный малый, какая я тебе Алёнушка? У вас тут после удара не только голосовой интерфейс, вся аудиосистема всмятку. Флуктуационный модуль ушёл в защиту, но долго в таком состоянии не продержится, тоже под замену.

Спасибо "голосу", хоть перестал орать. И где опять запропастилась ассистент, нашла уголочек в сфере и не высовывается? Ладно, разберёмся пока с незваным гостем.
— А кто вы, откуда вы говорите? Сложно разговаривать, не видя собеседника.
— Оставьте затею увидеть пятимерного жителя, при должной проекции я вас ненароком раздавлю и не замечу. Не хотелось бы заказывать вашу копию, адаптировать её к жизни и затирать следы от старой личности.

По спине побежал холодок, следом мурашки. Спины для их забав оказалось слишком мало, потому мурашки с холодком наперегонки трижды обогнули туловище, после чего душа ушла в пятки подальше от озорного топота. Мозг захотел прикинуться пикирующей нейросетью, и только руки, нащупывающие знакомый бабушкин шарф, ухватились за ниточку привычной реальности, стараясь удержать остальной организм от падения вниз.

Предобморочное состояние собеседника Голос трактовал довольно практично. Капсула мгновенно накалилась до цвета прожаренного лосося, после чего крышечка отъехала в никуда, и снаружи показался колоссальный, ярко-алый немигающий глаз. Глаз моргнул, обращаясь снежным облачком, понижая температуру капсулы до лосося, выброшенного на берег морской волной.

— Скажите, вы же явно не инспектор-механик и занимаетесь не починкой попавшего в аварию автобуса?

Облачко испустило серию громовых ударов, сменившись стаей гогочущих чаек. Те рухнули в воду, забрасывая меня волнами ответа:
— Рассмешил ты меня, давно так не оттягивался. Для аборигенов могу предстать в любой роли благодаря компилятору чудес, такой есть в любом порядочном сервисе. Да, что это я, сервисный центр "Действительность" к вашим услугам. Мне на ремонт принесли две слипшиеся вселенные. Стандартная процедура, заканчиваю осмотр повреждений, через пять сол можно будет согласовывать стоимость ремонта. Разрыва внешних пределов не наблюдаю, ткань пространства-времени в паре мест пробита насквозь, в одном из таких мест ты и сидишь, человечек. Как ты тут оказался?

Я не нашёл ничего лучше, чем протянуть самодельный фонарик Мастеру.
— О-о-о, таки это меняет дело, у тебя есть ключ от магистрали. Многих послали разбираться протечками?
— В команде только я с ассистентом. Захаживал ещё говорящий гусь, да оделся не по погоде, слёг, приходится работать самим, про остальные команды не знаю. Много у нас шансов справиться?

Мастер с присущим ему гигантизмом олицетворился ромашкой, теряющей фраза за фразой сиреневые лепестки:
— Скажу по секрету, модель, конечно, слегка устаревшая, зато по надёжности ещё на два-три производственных цикла потянет как миленькая. Даже если ремонт завернут, на вторичном рынке отменным спросом пользуется каждый из кандидатов. Синхронизированную пару с руками оторвут, правда цели, сами знаете, вторичка преследует не всегда благородные.
— Давайте, — стараюсь остановить облысение цветка, — поработаем вместе. Мы с командой поищем у себя на складе запчасти, отремонтируемся своими силами, а вы можете поставить меньшую цену за тот же заработок.

Лепестки подпрыгнули в небо, трансформировавшись в треугольник перевернутой, клонящейся набок горы. Гора безмолвствовала, заставляя холодок и мурашки разбегаться в разные стороны, дабы не стоять на траектории падения.

— С резервной браны могу снять аудиосистему, станет, как родная. Модели бран не полностью идентичны, резервная проседала по надёжности, но звуковые системы вполне взаимозаменяемы. Слух аборигенов разбалансируется, но после перепрошивки контроллера квалиа ... Впрочем, как обычно, аборигены хорошо учатся не замечать последствия ремонта. А вот если полетит герменевтический блок ... Впрочем, давайте без "если".
— Давайте, Мастер, что нужно? — охреневание уступает место трепету.
— В качестве ключ-пароля на герменевтический блок хорошо подойдёт ответ на загадку: рыба, которой мокро и глубоко в океане. Интерпретации — это по вашей части, ваш софт. Ищите, и помните, у нас всего пять сол до согласования с заказчиками. И таки до свидания! К коллеге-гусю я вас доставлю.