Высокое начальство

Наверное, само по себе служебный роман не вызывает никакого восторга. Это как будто ты не смогла встретить настоящую любовь и влюбила себя же в того, кого чаще видишь на работе. Так уж получилось, что у Точилиной Тани выбора практически не было. Конечно, она была рада тому, что на работе наконец-то появился положительный мужчина, вполне симпатичный и даже ничего, что страсти в нем вообще не было. Да, определенно страсть не в его знаке, что лишь успокаивало Точилину Таню. После бурных выяснений отношений Амелина Алексея, у них словно наступило затишье. Воспользовавшись этим, она, как и задумала влюбилась в новенького юриста некоего Владислава Пухлова.
- Серьезно?! Пухлов?! Это что, насмешка? – восклицала ее подруга Катя Смирнова.
- Ты его даже не видела, так что не спеши судить, - осадила ее Таня, - он положителен и прямая противоположность сама знаешь кому.
- Ты даже имени его спокойно не произнесешь, - усмехнулась Катя, - между вами что-то произошло?
- Сама знаешь, нет. Мы вполне уже взрослые, даже зрелые. Так что все эти глупости юношеского периода мне не грозят. Амелин Алексей вовсе не мой идеал. Он невероятно груб и вообще берегов не видит. Его же не остановить.
- Вот это страсть! – восхитилась подруга.
- Бред, - вновь осадила Точилина, - полный бред. И я не собираюсь спать с начальством. Если уж суждено переспать и только, пусть это будет Пухлов. То есть обычный юрист. Земной. Без всяких заморочек. Он очень даже ничего, знаешь ли.
- Скажи это себе еще пятьсот раз, и кто знает, возможно поверишь, - усмехнулась Катя.
- У меня есть его фото, - Точилина достала из сумочки рамку.
- Даже в рамке! Ну что тут скажешь? Ты серьезно взялась за него, не так ли?
- Ничего, что я первая приглашу его на свидание?
- Ага. Еще и скажи, что это свидание. Нет, конечно. Еще чего! – возмутилась подруга.
- Да. Ты права. Не будем спешить. Он, кажется, понимает мои взгляды. По крайней мере стал чаще смотреть в мою сторону.
Точилина не стала говорить о той мелочи, что пришлось провести немало работы, убеждая коллег отправлять юриста, не консультируя строго к ней. Сужая его круг, она в меру кокетничала, позабыв о всякой информационной слежке Амелина.
Алексей Амелин сидел в своем кабинете и поначалу даже не понял отчего Точилина так внимательна ко всем договорам нового юриста. Она заставляла Пухлова вносить правки, докапываясь буквально к каждому слову. Смутная тревога заставила пойти за ней в кафе, где она вертела в руках фото юриста в рамке. Похоже ее это радовало, как начало новых отношений, и было очень похоже на то, что высокое начальство она в расчет брать не собиралась. Он подумал, что с этим определенно надо что-то делать. 
Точилина не ожидала визита Алексея Амелина в личный кабинет. Но более всего она не ожидала, что он вдруг вытряхнет сумочку и возьмет рамку. Он с наслаждением наблюдал каким праведным гневом сверкают ее глаза, как она теряется, словно попалась в чем-то постыдном.
- Что вы себе позволяете?! – она вырвала сумку и стала собирать косметику, - варвар!
- Я за своими ключами, а вы ведь именно так ищете, вытряхивая содержимое, - он все еще вертел рамку.
Таня выразительно взглянула на раму, но до него будто не дошло. Разглагольствуя о работе и прочей чепухе, он напомнил, что она уже переехала и должна вернуть его ключи.
- Вы их можете и потерять. А еще хуже, забыться, и вернуться в полночь, перебудив весь дом.
- Я так не сделаю! Держите, - она нашла ключи и положила на стол, - все, теперь нас ничто не связывает!
- Мы в связке на работе.
- Да. Потому что на большее вы попросту не способны! – не выдержала она.
- А он, вы думаете, способен. Я запрещаю служебные романы. И ради вас он точно не уволится.
- Это мы еще посмотрим, - Точилина смотрела как он исчезает за дверью, оставив раму.
Она подумала, что Амелин не разучился портить все вокруг. Ему всегда удавалось сделать так, что правда почему-то стояла на его стороне. Ей не хотелось уступать, и даже не хотелось думать о нем. Она не знала, насколько он был уязвлен, увидев фото Пухлова, которого вообще не брал в расчет. Для него он был всего лишь юристом из большого штата юридического отдела. Приказав начальнику отдела не посылать Пухлова к Точилиной, он долго сидел в тиши кабинета и лишь к вечеру вызвал к себе Точилину. Она пришла с какой-то папкой и по-рабочему поставила ее на стол. Ее будничный взгляд говорил о том, что она уже привыкла к нему и ничему не удивится.
Но сегодня ее ожидало нечто новое. Завидев опасный блеск в его глазах, Точилина напряглась, не зная, к чему бы это. Тем временем он прошел к ней и остановился рядом.
- Как вы уже поняли, Пухлов вовсе не ваша собственность и более не будет приходить к вам в кабинет, когда вздумается, - его слова звучали по меньшей мере оскорбительно.
- На работе запрещается заводить друзей или знакомых? – с иронией спросила она.
- Запрещается. Я не потерплю такого.
- О, тогда я уволюсь. Так не интересно, - она осеклась, глядя как он берет ее за руку.
- Вы немедленно возьмете мои ключи и вернетесь ко мне, - потребовал он.
- В вашу квартиру к вашим горничным?! – возмутилась она.
- К ним самым. Анна постоянно спрашивает о вас и это порядком надоело. Вот ключи, - он вложил в ее руку ключи.
- Я вернусь завтра.
- Сегодня вечером вы должны подать мне газеты.
- Помещик! – не выдержала она, - вот на что вам этот балаган?
- Это удобно и только, - он прошел за стол, - и никогда не забывайте кто перед вами. Я ваше высокое начальство. Идите.
Его холодный взгляд был, как и всегда беспристрастен и далек, словно он думал о ком-то совершенно другом. Точилина была уверена в этом, не понимая отчего он лишает ее личного пространства. Подавать газеты в его доме после того случая она вовсе не хотела, но и постоянно напоминать себе о случившемся тоже было не просто. Подружки утверждали, что он никогда в жизни не позабудет ее тогдашний вид, что только ввергало ее в отчаяние. Она решила вернуться и расставить все точки. Зайдя без стука, закрыла дверь и даже позабыла о страхе, наблюдая удивление в глазах Амелина.
- Вам есть что сказать, - он отложил бумаги и пригласил к столу.
- Тот случай, когда вы спасли меня от огня я до сих пор не могу позабыть, - она была готова провалиться сквозь землю.
- Не тяните. Чего вы добиваетесь? Можно подумать, вам ранее не доводилось бывать в таких ситуациях! – возмутился он, - что вы все вспоминаете тот случай?!
- Не доводилось.
Амелин заметил, что все пути ведут к свиданию, так и все ее разговоры вокруг того случая. Точилина уже жалела, но все же решила добить тему, попросив не настаивать на переезде.
- Я боюсь вашей плиты, - говорила она, - во второй раз вас рядом может и не быть.
- Думаю, вы предпочли бы сгореть. Кстати, я заменил плиту, так что нечего опасаться. И еще. Я не собираюсь возвращаться к этой теме. Дайте мне мое комфортное состояние, когда вы без второго слова приносили газеты и кофе в кабинет.
- И все? – она словно чего-то ждала.
- Да, - он отвернулся к окну, - идите. У меня много дел. Не до вас.
Они встретились уже дома за столом как обычно, словно так и должно быть. Тане казалось, что она проживает чужую жизнь, словно он может прервать это состояние в любой момент, не спрашивая. Она так посмотрела на шефа, что Амелин отложил вилку.
- Что опять не так? – недовольно спросил он.
- А если я вам надоем в этом огромном доме? – вдруг спросила она, - я уеду к себе и все позабудется?
- Боже! Наверное, так и будет, - ответил он, - у нас подписанная договоренность. Помните о ней.
- На работе могут узнать и тогда моей репутации конец.
- Долго же вы шли к этой мысли. Надо было сразу отказываться, - фыркнул он, - поздно махать саблей.
Она прошла к себе сразу же после ужина. Ночь тишиной окутала дом в стенах которого разыгралась драма. Так думала Точилина, не понимая шефа и его представлений о будущем. Она даже не удивилась его звонку. Попросив зайти к нему, он отключился, не раздумывая насколько поздний час. Точилина облачилась в офисный костюм, подумав, что работу шеф не отменяет даже дома. Она вошла в его спальню с газетами, не сразу разглядев его в полумраке. В углу горел торшер, тусклый свет которого едва освещал спальню. Амелин лежал на кровати и выглядел уставшим.
- Вы вроде переодевались после работы, - заметил он.
- Я и здесь как на работе, - она подала газеты, - что-то еще? Боже мой! Вот никогда бы не подумала, что буду подавать газеты с моим то стажем!
- Тут дело во мне, не в вас, - он встал и подошел к ней, - вот так.
Точилина и охнуть не успела, как оказалась лицом к лицу с ним в опасной близости. Она с неким ужасом подумала, что свершится ее самая страшная догадка. Амелин не спешил, глядя в глаза, чувствуя трепет ее сердца, вдыхая аромат локонов, он словно играл.
- Отпустите немедленно! – возмутилась она, - что вы себе позволяете?!
- Конечно отпущу, - он выпустил ее и отошел к окну, - а что вы себе позволяете?
- Идите к черту, - она направилась к двери, - ноги моей больше в этой комнате не будет.
- Идите, - он запустил подушку в закрывающуюся дверь, заметив ее возмущенный взгляд.
Точилина Таня была возмущена настолько, что решила набрать подругу, несмотря на поздний час. Катя спокойно выслушала ее сбивчивый рассказ и добила одним словом.
- Понравилось? – спросила она.
- Да ты что! Ты что! – возмутилась Таня.
- Понравилось, - убеждала ее подруга, - ну ты же еще там. Не понравилось бы, ты бы ушла и поверь мне, эта светлая мысль его уже посетила.
- Да ты что! – Точилина бросила трубку и стала спешно собирать чемодан.
Амелин смотрел как она выносит чемодан, стоя возле перил огромного холла. Точилина решила не разговаривать, демонстративно бросив ключи на столик у двери.
- Уходите? – он быстро спустился и схватил чемодан, - серьезно?
- Отпустите, - она дернула ручку, - я больше не вернусь.
- Если вы сейчас же не вернетесь к себе в комнату, я за себя не отвечаю.
Она отпустила чемодан, решив прислать за ним позже. Сказав об этом, прошла к двери.
- Дверь заперта на кодовый замок, - он скрестил руки, - и прекратите носить эти офисные костюмы. Одна ваша юбка выносит мозг на целый день. Если вы сейчас уйдете, я завтра же разорву контракт с многими вашими коллегами. И спишу на вас.
- Это не честно, - она покачала головой.
- Играть со мной тоже не честно, - парировал он, - решать вам, но, думаю, ваш бунт подошел к концу и в следующий раз кто знает, между нами может случиться магия ночи.
- Магия? – Точилина подошла ближе и облизнула губы, - хотите магию?
- А вы? – у него вдруг изменился голос.
- Уже давно, - прошептала она, обвивая его шею ручками.
Взяв ее на руки, он понес к себе, и она позволила забыться на одну ночь. Точилиной казалось, что в этом нет ничего странного, что это вполне естественно. Она решила отрешиться от всего, уступить во всем, быть покорной, играя с чувствами высокого начальства. Она почувствовала его ласки и превосходство победителя.
Поздним утром Амелин проснулся в прекрасном настроении. Он понимал кто с ним в одной постели. Более того, он стремился к этому с первого дня знакомства с Точилиной. Она спала и была беззащитной, как и все женщины во сне. Почувствовав его взгляд, проснулась и невольно закуталась.
- Если бы не эти ваши офисные юбки, ничего бы не случилось, - он махнул рукой, - а теперь вот, и как с этим быть?
- Мы уже не в том возрасте, чтобы паниковать, - вдруг спокойно сказала она.
- Да?
- Ну не убивать же друг друга, - она пожала плечами, - отвернитесь, я надену вашу футболку, можно?
- С некоторых пор вам многое можно, - он протянул футболку и отвернулся, - и как так случилось?!
- Вы сами знаете как, - она старалась быть невозмутимой, - я к себе. И помните, через час у вас встреча с уральским партнером. Я же могу не присутствовать? Например, побыть сегодня дома.
- Это верное решение, - подхватил он, - и как мы теперь вообще? Так будет всегда?
- Так?
- Я должен знать.
- О, нет. Не будет, - она похлопала его по руке, - да не переживайте вы так. Ничего же не случилось.
- Ничего?
- Совсем ничего. Ну с кем не бывает, - она прошла к двери, - идите уже на работу.
Точилина Таня оказалась в своей спальне и с минуту прислушивалась к шагам внизу. Она чувствовала, как бешено колотится сердце, понимая, что несла полный бред вполне спокойным тоном. Она не знала, что вообще ему сказать, чувствуя, что все пошло не так. Подойдя на цыпочках к окну, увидела его у машины и поспешила укрыться. Проводив взглядом спортивную машину, Таня позвонила в колокольчик. Прибежавшая Анна посмотрела с таким пониманием, что стало все ясно.
- Нет, ну тут любая бы не удержалась, - развела руками Анна, - вы были молодцом. Держались почти два года. Ничего страшного, не корите себя.
- Чаю мне прямо сюда, - попросила Таня, - если честно, так плохо мне еще не было. И как быть дальше?
- Ну не переспите же вы с ним еще раз, - махнула рукой Анна.
- Нет! Нет и нет, ты что! – замотала головой Таня.
- А почему нет? – Анна присела рядом.
- Потому что этого не должно быть, - Таня растерянно развела руками, - это меньшее, о чем я вообще хочу думать.
- Вы ему так и скажете?
- Да. Думаю, да, - Таня тряхнула локонами, - а сейчас чаю, пожалуйста.
Вечером Таня не ожидала скорого приезда Амелина, который вошел без стука к ней в опочивальню. Застав ее в постели, он поставил на столик бутылку игристого и бокалы. Точилина решила внести ясность, дав понять, что уж точно не ждала.
- Да ладно, - не понял он, - обиделась что ли?
- Нет. Вам все же не стоит меня преследовать. Произошедшее лучше не вспоминать и считать досадной ошибкой.
- Даже так!
- Или я съеду.
- А вам некуда съезжать. У нас договор подписан, - напомнил он.
- Вы ведь многое пересмотрели за сегодня, - напомнила она.
- Все договора для меня всегда важны, - он встал в позу, - особенно ваш.
- Я не обязана потакать вашим капризам, - Точилина стала побаиваться опасного блеска в его глазах.
- Капризам? – он сел рядом, - например, каким?
- Находиться в моей комнате, например, - ответила она.
Амелин напустил самый холодный вид и вышел. Переведя дыхание, Точилина переоделась и вышла к ужину. За столом он рассказывал о работе весьма скупо, задумчиво поглядывая на нее, заметил, что сегодня ее не хватало в офисе.
- Я не нашел пару папок, - говорил он, - даже референт не знает. Откуда вы ее нашли? Она же ничего не умеет.
- Ваш прошлый помощник тоже так говорил обо мне, - напомнила она.
- Когда это было! Лет десять назад, когда мы щеглами были, - вспомнил он, - да, вы ему определенно не нравились. Не знаю отчего, вас он сразу невзлюбил. Наверное, знал, что я с вами еще намучаюсь.
- А к вам женщина звонила, - перевела разговор Точилина, - на домашний, представляете. Просто у вас столько дам, что удивительно, вы дали домашний телефон, что вне всяких правил.
- Это вы сейчас придумали?
- Она говорила о вас. Говорила, что приедет на днях. Так что совсем скоро вам не будет скучно.
Амелин отложил телефон и пристально взглянул на нее. Точилина выдержала взгляд, понимая, что именно сейчас он вспоминает прошлую ночь. Это читалось в его взгляде, и она лишь скромно потупила взор, решив не накалять ситуацию. Спросив, как прошла встреча, она не получила ответа. Попросив кофе в кабинет, он ушел. Точилина вдруг почувствовала грусть, словно нечто важное осталось невысказанным, и теперь витало в воздухе гостиной. Приготовив кофе, она захватила газеты и прошла в кабинет. Он сидел за столом и читал. Она поставила чашку кофе перед ним и положила в сторонку газеты. Попросив остаться, Амелин задумчиво взглянул на нее.
- Что? – не поняла она.
- Мне нужно обзавестись семьей, вот что, - вдруг сказал он, - и вы мне подходите. Кофе приносите, например.
- Странно вы предложение делаете, - заметила она.
- Это так, - согласился он, - торт и свечи оставляю за вами. А за мной будет самое дорогое кольцо. Тем более я его уже купил.
- Кольцо? – у нее загорелись глаза, - правда?
- Ну и свадьба как полагается. Мы не можем так жить. Это неправильно. В нашем возрасте уж пора иметь детей и все такое. Да и как хозяйка вы весьма разумны, не расточительны.
- Когда вы решили? – она хотела знать.
- Как только увидел вас в первый раз, - ответил он, - разве вам не говорили, что вы первая, кому было дозволено жить здесь?
- Два года морочили голову, - возмутилась она.
- Кольцо того стоит, - он улыбнулся, - ведь иначе вы, я чувствую, попросту уйдете.