Трусы по талонам три штуки в год

Трусы

В четвёртом классе средней школы у девочек появился новый предмет с названием «домоводство» и новая учительница Молчанова Мария Ивановна. Она умела всё.

На домоводстве нужно было научиться шить и готовить. Первую четверть каждый урок был как праздник. Мальчики уходили в столярную мастерскую, а мы готовили обеды. Борщ с зажаркой, котлеты на пару, картофельное пюре. На первом часе мы готовили, на втором подтягивались мальчики, и мы все вместе съедали приготовленное — как раз к большой перемене. Мы ощущали себя маленькими хозяйками, а мальчики радовались нашему умению и гордо демонстрировали сделанный ими скворечник или кормушку. В один из дней они выточили толкушки для пюре и торжественно подарили нам на Восьмое марта.

В начале новой четверти началось швейное дело. Сшить надо было трусы.

Мальчики, которых мы вкусно кормили целую четверть, стали откровенно хихикать. Мы стеснялись и уже не могли рассказать или показать, что делаем на уроке. На одно из занятий пришла школьная медсестра и стала рассказывать, чем девочка отличается от девушки, что делать и как быть, если ЭТО случится. Парням строго запретили на этот час заходить в класс. Это вызвало ажиотаж: многие подслушивали под дверью и заглядывали в окошко.

Шить было особенно не из чего. Поэтому наши первые труселя — по выкройке для детской песочницы, сшитые из дешёвого ситца — были дружно осмеяны одноклассниками. Носить их было невозможно. Широкие просто спадали, узкие не давали свободы движения.

К концу года мы осилили кухонный передник. Он стал предметом гордости и был высоко оценён как в школе, так и дома.

Может быть, я никогда и не вспомнила бы эти трусы, если бы не кризис в стране в девяностые годы. У меня муж, двое детей, а в магазинах — пустые полки. Всё, что хотелось бы купить, строго нормировалось и продавалось только по талонам, если повезёт и ты увидишь эту вещь в продаже. Привоз в магазин расхватывался мгновенно.

Норма на трусы составляла три штуки в год. То есть одни — на тебе, одни — сохнут, одни — мокнут.

Старые люди вспомнили, зачем на трусах вшита ластовица. И что её можно менять. Заношенные трусы подвергались перешивке: ластовицу заменяли на новую, продлевая им жизнь на пару лет.

Тут вспомнились все навыки шитья. И даже пришла мудрая идея кроить их по косой. Такие трусики тянулись и были удобными.

Откуда-то в магазине появились наборы с обрезками кружев. Кусочки были небольшими: 30–60 сантиметров. Набор предлагал шить на кукол. Купив сразу двадцать штук, я разложила это богатство по столу…

И вот тут пригодились школьные навыки по шитью, смекалка и совсем небольшие остатки трофейных тканей из бабушкиного сундука. Выкройки нижнего белья из журнала «Burda Moden» и пояснения на немецком языке помогли сшить первый комплект кружевного белья.

Для меня. Для особого случая.

Я положила его в верхний ящик комода. Ниже под ним лежали обычные трусы. На каждый день. Голубые со спущенными петлями. Белая, потерявшая вид «неделька» — комплект американских трусов из нежного хлопка в рубчик, с надписями дней недели, купленный у фарцовщиков ещё в институте. Одни совковые розовые, новые, с бумажной биркой — жестокие, колючие, неудобные, немодные, но когда нет ничего, даже такие хранят на особый случай. На случай похода к врачу, чтобы не позориться.

Утром я открывала ящик и брала те, которые внизу, которые на каждый день.

Особенный случай не наступал.

Утром, как обычно, открыла ящик, посмотрела на кружевные трусы — мне показалось, что они смотрят на меня - с вызовом. Я улыбнулась, надела их, сверху джинсы — и пошла на работу.

Ничего особенного не случилось. На работе был аврал, чай пролился на клавиатуру, начальник сказал, что отчёт надо переделать. Но я весь день ощущала праздник, который никто не видит, но который есть. И это было очень по-особенному приятно.

Большое удовольствие — носить то, что сделано тобой, из красивых тканей, с кружевом, точно по фигуре. И каждый раз, садясь за машинку, я вспоминаю Марию Ивановну, наш четвёртый класс, те смешные ситцевые «труселя» и думаю: как же вовремя нас научили шить.