И разве это русские?

О, уже новости, - подумала я и быстро включила телевизор. Там как раз показывали  обмен пленными. Я возмутилась, - какой позор! Стыд! Стыд! Ну  ладно было бы, что наших пленных вернулось из украинского плена пару десятков наших солдат. Но по телику рассказывали, что сегодня двести солдат освободили украинцы из плена, а завтра триста солдат. - "И это русские, защитники родины!- возмущённо подумала я и нечаянно вслух воскликнула, - вот это да! Трусы, дезертиры, предатели родины! - возмущение моего не было конца. - Как они могли! И это русские! Разве можно этих трусов называть русскими? Ведь, русские не сдаются! И как теперь верить, что русские не сдаются? Как эти горе пленные смеют явиться на глаза отца иль какого сына? Как эти трусы воспитают своих детей? Наверное, они скажут сыночку: "Сынок, так нельзя, - а он ответит, -  папа ты сам трус и предатель! - и вырастит из этого сынка трус, предатель, насильник или мошенник. Да, да мошенник. Ведь папа был тоже мошенник. Ладно было бы, что он обманул человека, а он обманул родину. Ему дали много денег, чтобы он защитил родину, а он сдался в плен, чтобы спасти свою шкуру, и,наверное, этими деньгами довольствовались жена или дети..
 А я думаю, надо эти деньги, которые он незаслуженно получил при заключение контракта отнять у него и отдать тем детям,у которых отцы погибли в бою за родину. Один наш пленный сказал, - Лучше бы умереть, чем находиться в украинском плену! Я тут же мысленно ответила, - почему же ты не умер в честном бою, или шкуру свою спасал? - Я была долго возмущенна...
 Немного успокоившись я сказала себе, - а вдруг эти пленные были раненые или при смерти? И тут же пронзила мысль, - ну не пятьсот же человек! Русские не сдаются, подумала я. Как же не сдаются? Вот они эти, горе солдатики, сдались,ведь, струсили, чтобы спасти свою шкуру.
Два месяца назад тоже было освобождено из украинского пленна двести семьдесят наших солдат, а до этого тоже, наверное, столько же. Это больше чем тысяча солдат.
 Господи ты Сам рассуди! Утешь меня, - молилась я. - Прости , Боже, что я взяла смелость их осуждать их. Прости, мне было очень стыдно! Думаю, не только мне, но миллионам людей в России...