466 Гуляй город

466 Гуляй-город.
Уже через пару минут после отъезда Геры, к гуляй городу стали подъезжать гусары. Те из них, что были уверены в своих конях, не замедляя ход пронеслись в сторону пехотного полка и Батура. Остальные кинулись в проезды между повозками, а таких мест было несколько. Два больших со стороны казаков и один со стороны стрельцов. И это не считая малых, через которые могла проскочить лишь одна лошадь. Пушкари и мушкетеры не успевали занять свои места, так как какое это место в суматохе никто не объяснил. Увидев знамя своего полка около кареты, гусары начали стекаться туда. Ливовцы, решили, что в карете Царь или Маршалл,  а значит это и есть главный приз! Все закрутилось около кареты. Гусар было меньше, но поддержка боевых повозок спасала. И если ливонцы пытались штурмовать гуляй город, то кунайцы решили обойти его с тыла, продолжая преследовать остатки гусар. Наткнувшись на ощетинившиеся фузеями пехотный полк, кунайцы прекратили погоню и отошли. От гуляй города до полка было около двухсот шагов. А повозки все не успевали выстроиться в сплошную линию. Когда кунайцы попытались зайти в тыл гуляй города, со стороны полка раздался пушечный залп. Затем раздались фузейные и мушкетные выстрелы из гуляй города. Кунайцы не стали рисковать и отошли. А вокруг кареты продолжалась отчаянная рубка. Сашка задыхался в карете. Он с егерем успели сделать по три выстрела, и кажется удачно. Стреляли в маленькие окна в из передней и задней части кареты. Но шести выстрелов хватило, что бы карета наполнилась едким дымом. Неся серьезные потери озверевшие ливонцы начали стрелять в карету. Карета была крепкая, и пистольные пули застревали в стенках, если случайно не попадали в окна. А вот пули из карабинов и со своих повозок, были гораздо опаснее.
Полк который шел за боевыми повозками Николая был из Огнеграда, свежий и не обстрелянный. Маршалл решил, что близость гуляй города его поддержит, но вышло, как вышло. Когда послышались впереди выстрелы, командир полка решил его перестроить из двух походных колонн, в шесть боевых. По три колоны с каждой стороны дороги. Смысл в это был, а времени и уменья не хватало. А когда появились Гера с трубачом, а чуть позже бегущие гусары, была дана команда заряжать фузеи. Единственное, что успел сделать командир полка, это перетащить в голову колонны три пушки из шести. А когда понял, что окружать их никто не собирается, то приказал перевезти в голову колонны оставшиеся пушки, а первой роте развернуться в сторону гуляй города.
Батур, услышав выстрелы, распорядился выстраиваться по эскадронно в поле. На что потребовалось время, его полки шли по два всадника. Когда первый эскадрон выстроился, он послал десяток всадников узнать, что происходит у гусар. Но уже через несколько минут увидел их возвращавшимися. А среди них знакомого всадника на черном коне. Гера в двух словах рассказал о нападении ливонской конницы на гусар и гуляй город. Беда была только в том, что повозки не успели выстроить сплошной линией. И скорее всего, там идет бой. Пехотный полк занял круговую оборону и вряд ли чем то поможет. Собирай этих трусов, кивнул Батур на гусар. Так сколько ливонцев, спросил Батур. Не знаю, честно ответил Гера. Думаю от одной до полутора тысяч. Тем более, что они уже долго в бою и понесли потери. Ты меня не уговаривай, обиделся Батур. Собирай своих гусар, и как мой второй полк подойдет, сразу выступаем. Трубач подал условный знак и гусары начали собираться вокруг Геры и ординарца Иллариона. Их было меньше сотни, вымотанных, но счастливых. Раздался пушечный залп, Гера опять подъехал к Батуру, надо отправить гонца к Царю, напомнил он. Хорошо, кивнул Батур, кто из твоих поедет? Ординарец Иллариона, он пока единственный, кто хоть что-то знает. Только дай ему в сопровождение пару человек. Батур, отдав распоряжения для третьего полка, повел конницу на гуляй город. За ним ехали собравшиеся вокруг Герой гусары.
Уже дважды ливонцы пытались открыть карету, но агенты ФИГи спасали своего командира как могли. А с двадцати шагов из карабина попасть можно. Штурмовать боевые повозки в конном строю дело безнадежное. Сашка лежал на полу в карете, в полуобморочном состоянии сжимая в руках два пистоля. Рядом стонал егерь, которого зацепило случайной пулей, когда тот стрелял в окно. Собственно подъехать к карете мешали раненые и убитые всадники и лошади. Собравшись, Сашка распахнул одну дверцу кареты. Дышать стало легче. И тут же появилась всадник в ливонском шлеме. Сашка выстрелил сразу из двух пистолей, и достал шпагу. Но ливонец больше не появлялся, и Сашка закрыл дверцу. А в это время обливались кровью мушкетеры и пушкари. Когда пушкари поняли, что не успевают выставить орудия как планировали, они бросились под повозки. То же сделали и мушкетеры, успев при этом сделать только по одному выстрелу. Но успели не все,  лошади бегают быстрее.
После того, как ливонцы порубили всех, до кого дотянулись, они поняли, что находятся в мешке. Кунайцы так и не появились, а с повозок по ним велся хаотичный, но болезный огонь. Большая часть гусар билась в голове гуляй города, рядом с каретой. А оставшиеся сбились в самом конце и уже раздумывали ни рвануть ли им к пехоте. Грабить обычные повозки гуляй города, под огнем из боевых повозок было не с руки. Пора было уходить, оставалось только добить гусар. Но тут со стороны пехотного полка появилась конница древлян и раздался условный сигнал собираться у знамени Карла. Ливонцы начали покидать гуляй город. Оставшиеся гусары кинулись их рубить. Все-таки гусарский полк был собран из отборной дворянской конницы. Кунайцы первыми вернулись к Карлу. У того оставалось еще почти семьсот своих всадников и он повел их на древлян. Еще до двух сотен вымотанных ливонских всадников вырвались из гуляй города. Гуляй город продолжал вести редкий огонь, что несколько путало порядки ливонцев. Наконец, почти тысяча всадников Батура схлестнулась с семью сотнями ливонцев. Кунацы по традиции начали глубокий обхват, но увидели приближающийся третий конный полк древлян. В гуляй город вошла гусарская сотня во главе с Герой. Николай, поняв, что происходит, приказал подтащить в голову три-четыре легкие пушки. Пока раненый Илларион собирал под своим знаменем оставшихся гусар, Гера кинулся к карете. То, что он увидел, наводило на самые мрачные мысли. Но подъехав ближе, он увидел на ступеньках кареты взъерошенного Сашку. Рядом с  ним лежали раненые егерь и два казака, из их команды. Воодушевленный он подъехал к Иллариону, тому удалось собрать меньше двухсот человек от своего полка. Надо ударить с левой стороны предложил Гера, но раны не давали Иллариону даже не мог сесть на коня. Я поведу, предложил Гера, Илларион молча кивнул. Пока гусары выходили через сторону стрельцов, Николай успел подтащить две легкие пушки и дал первый залп. Первыми начали отступать кунайцы, Но после залпа пушек, Карл понял, что пора уходить и приказал трубачу подать знак. Вот тут и ударили с двух флагов третий дворянский полк и гусары. На этот раз ливонцев гнали не долго, добили только тех, кто не успел убежать