Половодье

Дороги Орла ушли под воду
Значительное подтопление перекрыло движение на одном из участков, создав серьезное препятствие как для пешеходов, так и для автомобилистов.
Мой Орел

Многострадальный Красный мост переживал очередной паводок. Вода поднималась выше и выше, река грозила выйти из берегов, затопив дома и все, именуемое городской инфраструктурой. Мальчишки, свесив головы с перил, с восторгом наблюдали, как внизу льдины громоздились одна на другую. Рядом стоял дворник Семен, не разделяя их восторгов, однако и не ругаясь. Он вспоминал свое детство, когда он, также, свесив голову, с восторгом наблюдал буйство природы. «Но это было тогда, а сейчас – это нынче», - посетила Семена глубокая философская мысль. Вздохнув и подхватив свой шанцевый инструмент, он хотел уже покинуть свое место на мосту и отправиться к рабочему месту возле дома №3, где его ждали завалы снега, льда и мусора. Нельзя сказать, что Семен горел желанием убрать эти завалы, оправдываясь тем, что всю зиму лежали, и еще полежат. А там дождиком все смоет. Тема мусора и снежных заносов была животрепещущей как для жильцов дома №3, так и для Семена. Все жильцы ругали дворника, дворник философски молчал, городская администрация находилась над схваткой, не принимая ничью сторону. При этом ничего не делала. Но это лишь отступление, вызванное тем, что наболело.
На мосту, между тем разворачивались события, которые были из ряда вон, хотя и не нашли должного освещения в местной прессе. Правда главная оппозиционная газета разродилась огромной статьей на разворот под кричащим названием: «Вот и дождались!», где в обычной занудной манере осуждала городскую администрацию в бездействии, однако не приводя никаких доказательств. Но мы опять отклоняемся от события, свидетелем которого был Семен. Который после этого засел писать главный литературный труд своей жизни под названием «Свидетельства очевидца». Однако и труд не увидел свет по причине того, что был засекречен и появился только в компетентных органах с грифом «Для служебного пользования».
Итак, случилось вот что. Под мостом, раздвигая льдины, всплыла подводная лодка. Такого в Орле еще не было. Было всё, но подводной лодки на главной водной артерии города видеть не приходилось. Впрочем, как и такого бурного паводка, который затопил всю нижнюю часть города. Люк откинулся, из него выглянул бородатый блондин и с явным эстонским акцентом спросил: «Это Таллин?». Мальчишки присмирели, не зная, что ответить. Они не догадывались, что Таллин - столица бывшей Эстонской Социалистической республики. А сейчас Эстония – это страна НАТО – вражеского военного блока.
Но Семен быстро смекнул в чем дело: «Враг пробрался в самое, что ни на есть сердце России – город первого салюта и литературную столицу. Цели его очевидны – нанести стратегическое поражение России. Этого никак нельзя допустить». Семен огляделся в поисках подмоги, но на мосту кроме него и мальчишек не было никого, кто мог представлять сколь-нибудь значительную силу. Правда по мосту неслись потоки машин и изредка громыхали трамваи, но они были не в счет. Семен знал, что на мосту транспорту останавливаться нельзя. Поэтому, свесившись через перила, он тоже с эстонским акцентом начал хитрую игру: «Чьи будете?». Бородатый вылез из люка по пояс и, похоже, почувствовал симпатию к Семену, тоже бородатому и говорящему с эстонским акцентом.
(Далее все диалоги ведутся с эстонским акцентом).
- Да вот командование откомандировало, а куда толком не рассказало. Вторую неделю носит нас сильным течением, не давая всплыть. Только сейчас удалось. Так далеко ли до Таллина?
И тут Семена осенило. Ему стало понятно почему не убирался снег с городских улиц и город погряз в сугробах. Это была гениальная задумка городской администрации – устроить наводнение на СреднеРусской равнине и заманить вражеский флот НАТО для последующего его пленения на металлолом. Следовательно, надо было сделать все, чтобы этот вражеский корабль уже никогда не угрожал нашим мирным городам и селам.
- Ну если плыть прямо, то вы туда не попадете вовсе. Если плыть направо, то сгинете навеки. Остается путь налево, но не советую и туда.
- Так что же делать? – жалостливо протянул бородач из люка.
- Сдаваться. Выходите все с поднятыми руками и стройтесь на палубе.
Матросы начали по очереди вылезать из люка и строиться на палубе.
В это время прибыло подкрепление в виде двух сотрудников в штатском, которые переписали весь экипаж и отправили его в столовую, где их накормили, прежде, чем отправить в лагерь для военнопленных.
Семен пытался напомнить о себе. Но ему было строго указано: «Не мешай дядя. Тут государственные интересы».
И, как уже было сказано, он отправился писать мемуары. 
Ну вот, а вы говорите: «Сильный паводок, сильный паводок». Если бы ни он, приплыла бы к нам вражеская субмарина! Да ни в жисть!