Легенда о батеньке No 11. Декабрь 1920 год

Так, не первый раз в ту войнушечку,
В ту-то люту войнушку Гражданскую,
Славный батенька, Нестор Иванович,
Был обманут — верными ленинцами,
Натравившими-то на батеньку,
На его героичных соратников,
На село его Гуляй-Полюшко —
Всю огромную Красную Армию.

Они думали — батенька спрячется,
Испугается силы великои,
Убежит, поскорей — за границушку,
И отдаст им — всю Украинушку,
Для разгрома и разорения.

Только батенька — не торопится,
Он гуляет по Украинушке:
По Полтавщине, по Херсонщине,
По степям, по полям, по овражикам,
Продолжает — бить комиссариков,
Со своею лютою армией.
Его армия — пополняется,
У него опять — пара тысячей,
Анархистов этих, отчаянных.

Тут встречает батько — курсантиков,
Тех, что ставили к стеночке — Сёмушку,
Командира славного, батькиного.
Судит он их — народным собранием,
Вспоминает их прегрешения,
А курсантики — плачут и каются,
Кое-кто — даже мочит штанишечки,
Перед батькиным взглядом, огненным,
Что несёт им — смертушку лютую.
Одно дело — казнить да расстреливать,
А другое — нести наказание
За поступки свои, за тёмные.

Батько ставит под пулемётики —
Командиров и комиссариков,
А простых, рядовых-то курсантиков,
Наградив на прощанье — поджопником,
Выгоняет всех — в чисто полюшко,
Чтоб глаза его — их не видели,
Чтоб штанишки у них там — подвысохли.

Осерчал мудрый дедушка Ленинец:
Он чихвостит комфронта Фрунзища,
Строго-настрого он приказывает:
Изловить непокорного батеньку,
Да с ватагой его весёлою,
Пока славная Красная Армия
Не подняла — знамёна Анархии.

Собирал тут комфронта Фрунзище
Всю огромную Красную Армию:
И Будённышка — с Первой Конною,
И Вторую Конну — Миронова,
И отряды — Гриши Котовского,
Броневой отряд — Нестеровича,
И жестоких бойцов Эйдемановых,
И приказывал — строго-настрого,
По заветам дедушки Ленина —
Изловить-полонить того батеньку,
Непокорного Нестор Иваныча.

Тут пошла-то потеха великая:
Возле той-то деревни Андреевки
Окружают ленинцы батеньку,
Да стальными своими дивизиями,
Да своими-то конными армиями,
И штурмуют они — ту Андреевку,
Получают — по морде от батеньки,
Да от славного — Нестор Иваныча:
Он до тысячи — взял их в пленушек,
А потом — даже не репрессировал,
Перед новым, славным прорывчиком,
Может, просто берёг патрончики,
Может, батько — был не в настроении,
Нам сейчас уже это — не ведомо.

Застрочили опять пулемётики,
В основном-то — «Максимы» и «Льюисы»,
Прям во время — вражьей ротации.
Две бригады тех верных ленинцев,
Что участвовали в охотушке
Да на храброго Нестор Иваныча —
Тогда были побиты-потоптаны.
И прорвалось кольцо окружения,
И открылся — путь на свободушку
Для батяни, с его-то сыночками.

Верны ленинцы — удивляются,
Уголовны дела — возбуждаются:
«Как посмели — выпустить батеньку
Из кольца — всей Красной Армии??»—
Вопрошает дедушка Ленинец.

Хлопцы батькины — не отчаиваются:
Они дышат опять — свежим воздушком,
И любуются — чистым небушком,
А на небушке — красным солнышком.
Они славят — Нестор Иваныча,
Своего атамана хороброго,
И клянутся — до смерти быть верными,
Вечно бить — всех злодеев-насильников,
Под начальством славного батеньки.
Поют: «Яблочко — бочок порченый,
Еду с фронта домой — раскуроченный».

Так кончался — двадцатый годочек,
Был он очень богат на события,
И уже приближалась развязочка.