Легенда о батеньке No 12. 1921 год. НЭП

В феврале двадцать первого годика —
Зашаталась власть верных ленинцев,
Были новые им — испытания.
Интервенты все были изгнаны,
Генералы царски — повержены,
(Не без помощи Нестор Иваныча),
Только русские все крестьянушки,
А за ними — укрАински брАтушки,
Не хотят служить верным ленинцам:
Поднимают люты восстания.

Полыхает уже Сибирь-матушка,
Полыхает — и на Тамбовщине,
И кронштадтские те матросики —
Отказались служить комиссарикам,
Собирают они собрания,
И вывешивают воззвания,
Что похожи очень на батькины:
«За Советы — без комиссариков!»,
«За отмену — той продразвёрсточки!»,
И «За Третью, за Революцию,
Наконец-то, уже — справедливую!»

Ну, а батько — гуляет с ребятами,
По родной-то, по Украинушке,
Отбивается — от Красной Армии,
Что пытается — окружить его,
И сломить его силу великую —
Силу правды и справедливости.

От Донбасса — до Николаева,
От Полтавы — до Мариуполя,
Всё сверкают — махновские шашечки,
Всё стучат — его пулемётики,
И проносятся быстры тачаночки:
Не сдаётся отчаянный батенька,
Ни себя, ни врагов не жалеючи,
Он танцует — пляску финальную.

Его армия пополняется
И будённовцами, и мироновцами,
Переходят к нему, эскадронами,
Те солдатушки Красной Армии,
Кто не хочет — служить верным ленинцам,
Идут с ним — на смертушку лютую.

Удивляется комфронт Фрунзище,
Признаёт он таланты батеньки:
«Был бы Нестор Иваныч — сговорчивей,
Поклонился бы Троцкому с Лениным,
Да с такими-то, да талантами —
Был бы в Красной Армии — маршалом!»

Ильич понял: запахло жареным,
Народ русский — не покоряется,
А укрАинский — так тем более,
Больно бьют они комиссариков,
Сничтожают они — продотрядики,
Не хотят отдавать им свой хлебушек,
Посылают они на три буквочки:
Того мудрого дедушку Ленина —
С коммунизмом и продразвёрсточкой,
Того злого стратега Троцкого —
С сатанинским его бронепоездом,
Всю их банду-то, заграничную,
Что который год уж как властвует,
Над Россией нашей, над матушкой,
Только лучше жить — не становится,
Перспективы — не намечается.

И об этом — кричат уж в открытую,
Сомневаются в ленинской мудрости
Управления всей Россиюшкой,
Вспоминают его прегрешения:
«Сколько дров уже — поналомано?!»
«Сколько судеб людских — исковеркано?!»
«Да когда ты, упырь, успокоишься,
Дашь пожить нам — по-человечески???»

И тогда хитрый дедушка Ленинец
Вдруг выдумывает штуковину,
Что до этого — ещё не пробовал:
Нову Экономичну Политику,
(Сокращённо, по-ленински — НЭПушко).
Обещает восставшим — амнистию,
Призывает — пахать чисто полюшко,
Под начальством — ленинской партии.
Отменяет свою продразвёрсточку,
Что три года — плодила восстания,
Ой, в России — и на Украинушке,
Против власти тех мудрых ленинцев.

Отложили крестьяне винтовочки,
И пошли — пахать чистое полюшко,
Засевать его — рожью и хлебушком.
Вспоминая отважного батеньку,
Своего-то Нестор Иваныча,
Перед ним они — извиняются,
Что уходят с его славной армии,
Что хотят — просто жить, и хозяйствовать,
И пахать — своё чисто полюшко,
Обнимать — своих ласковых жёнушек,
Приголубливать — малых детушек.
Сколько можно уже воевати-то?

Поют: «Яблочко — цвета макова,
Нам что Ленин, что царь — одинаково!»