Кощей и акции бессмертия. Современная сказка

Современная сказка

В некотором царстве, в некотором государстве, а если точнее — в элитном посёлке на Рублёвке, жил-был Кощей Бессмертный. Только теперь его никто Кощеем не называл — только Кощей Борисович, уважительно. Потому что был он не просто сказочный злодей, а владелец огромного холдинга «Тьмутаракань Индастриз». Нефтяные вышки, золотые прииски, несколько тридевятых царств в ипотеку — всё это принадлежало ему.

Кощей Борисович давно уже не походил на того тощего старика из детских книжек. Он регулярно летал в Швейцарию на омолаживающие процедуры, носил дорогие костюмы и пил только коллекционные вина. Но была у него одна тайна, одна заноза, один пунктик — Игла Бессмертия.

Та самая игла, что хранилась в яйце, яйцо — в утке, утка — в сундуке. Только теперь сундук стоял не на дубе посреди океана, а в самом надёжном месте, которое Кощей смог придумать — в индивидуальной банковской ячейке на территории эко-отеля «У трёх сосен». Почему там? Да потому, что кто же догадается искать бессмертие в лесу, в обычном отеле? Умно, ничего не скажешь.

Отелем этим владела Баба-Яга, которую теперь все звали Ягой Петровной. Изба на курьих ножках давно превратилась в сеть стильных деревянных коттеджей с панорамными окнами. Курьи ножки оставили, как фишку — по желанию гостя домик мог развернуться к лесу задом, а к гостю передом. Туристы были в восторге, бронировали за полгода.

Яга Петровна была женщиной деловой, себе на уме. Ведьма с коммерческой жилкой — так про неё говорили. И при этом единственная, кто помнил Кощея ещё тем самым, древним, и не боялся звонить ему без записи через секретаршу.

И вот однажды Кощею стало плохо.

Не то чтобы совсем плохо, но неприятно. Закололо в пояснице. Потом выпал волос из левой брови. Потом он вдруг забыл, куда положил телефон. Для обычного человека — ерунда. Для бессмертного — катастрофа. Он сразу понял: с Иглой что-то не так.

В тот же день в холдинге случилось собрание совета директоров. Кощей сидел во главе стола, мрачнее тучи, и слушал отчёты. Все говорили о прибылях, о росте, о новых рынках. Кощей кивал, но думал только об одном: кто посмел тронуть его иглу?

Особенно внимательно он слушал одного молодого человека. Иван — так его звали. Красивый, подтянутый, в очках с прозрачной оправой. Пришёл в компанию два года назад, быстро поднялся. Все его любили — и акционеры, и секретарши, и даже охрана на проходной. Иван говорил правильные слова: цифровизация, оптимизация, выход на новые рынки.

— Кощей Борисович, — сказал Иван под конец собрания, — предлагаю перевести все активы на блокчейн. Это будущее. Это прозрачность. Это защита от рейдеров.

Кощей не понимал ни слова, но звучало солидно. Он кивнул:
— Действуй, Иван. Ты у нас молодой, тебе с этим будущим и работать.

Иван улыбнулся. Очень мило улыбнулся.

Через неделю в отеле Яги Петровны появились незваные гости. Какие-то люди с теодолитами, планшетами и важными лицами. Они ходили по поляне, где Яга собирала мухоморы для своих знаменитых настоек, и что-то помечали на картах.

— А ну кыш отсюда! — закричала Яга, выбегая из администрации. — Это частная территория!

— Мадам, успокойтесь, — сказал один из них, даже не подняв головы от планшета. — Земля теперь не Ваша. Тут технопарк будет.

— Чего? Какой технопарк? Моя земля!

— А Вы документы проверьте.

Яга проверила. И обомлела. Земля, которую она арендовала пятьдесят лет, вдруг оказалась выкуплена какой-то фирмой с кипрским названием. А фирма эта принадлежала холдингу Кощея.

— Ах ты старый пень! — закричала Яга и набрала номер Кощея. — Ты что удумал, ирод? Мою землю решил отжать?!

Кощей в трубке молчал. Потом сказал тихо:
— Я ничего не подписывал, Яга. Ничего не знаю.

— А кто знает?

— Не знаю. Но узнаю. Приезжай, поговорим.

Яга приехала в офис холдинга в Москве. Стеклянная башня, яблоня с молодильными яблоками в холле (корпоративная забота о сотрудниках), охрана с серьёзными лицами. Кощей встретил её в своём кабинете на пятидесятом этаже.

— Садись, — сказал он устало. — Чай будешь? У меня есть сбор от бессонницы. Сам теперь только его и пью.

— Ты на себя посмотри, — Яга прищурилась. — Совсем плох? С иглой что?

Кощей поморщился:
— Чуешь?

— Чую. Я ведьма всё-таки, хоть и бизнесом обросла. Давай рассказывай.

И Кощей рассказал. Про Ивана, про блокчейн, про то, что перестал понимать, что происходит в его собственной компании. Про то, что боится: не просто так этот молодой вокруг него вьётся.

— А игла где? — спросила Яга.

— У тебя в отеле. В банковской ячейке. Я думал, там безопасно.

— Думал он, — покачала головой Яга. — Ладно. Разберёмся. Только чур вместе. Чует моё сердце, не просто так твой Иван мою землю захотел. Нефти там нет, золота нет. Значит, ему что-то другое нужно.

— Игла, — прошептал Кощей.

— Именно.

Они решили не ждать, пока Иван нанесёт удар, и начали своё расследование. Яга подключила своего начальника службы безопасности — Кота Учёного. Кот был старый разведчик, ещё с тех времён, когда по цепи ходил. Теперь он носил строгий костюм, пил только зелёный чай и видел всех насквозь.

— Иван этот, — сказал Кот, изучив документы, — он не просто так в Вашей компании появился. Он два года готовился. Скупал акции потихоньку, через подставные фирмы. Входил в доверие. А теперь хочет провести эмиссию новых акций, размыть Вашу долю, Кощей Борисович, до нуля. И тогда игла — его.

— А игла при чём? — не поняла Яга.

— А игла оформлена, как нематериальный актив стратегического значения. Кто контролирует компанию — тот контролирует иглу. Всё по закону.

— По закону?! — возмутилась Яга. — Это же наше, древнее, сказочное!

— Время такое, Яга Петровна, — вздохнул Кот. — Теперь всё по документам.

Иван тем временем не терял времени даром. Он нашёл специалистов. Лешего — бывшего лесного духа, который теперь работал хакером и умел глушить любые сигналы. Водяного — он отвечал за коммуникации и мог отключить воду во всём районе. И Соловья-Разбойника — тот освоил кибератаки и своим свистом мог положить любую защиту.

План был прост: ночью проникнуть в отель, добраться до банковской ячейки и вынуть иглу. А дальше — Иван сам разберётся, как переписать её на себя. Ритуалы он изучил по древним гримуарам, которые купил на чёрном рынке.

Но Кот Учёный уже знал об этом. Он не вмешивался — он наблюдал. Потому что хотел понять, кто за всем стоит, и поймать всех разом.

Ночью в отеле начался хаос. Соловей засвистел так, что погасли все камеры. Леший глушил связь. Водяной перекрыл воду — чтобы охрана отвлеклась на аварийку. А Иван в чёрном костюме и с маской на лице прошёл прямо к банковскому хранилищу.

Но когда он открыл дверь, внутри его ждали.

Яга сидела на стуле, скрестив руки. Кощей стоял рядом, бледный, но спокойный. А Кот Учёный держал в лапе пистолет. Не простой, зачарованный.

— Здравствуй, Иван, — сказала Яга. — Чаю хочешь? У меня есть сбор от жадности. Помогает, говорят.

Иван замер. Но потом улыбнулся. Той самой своей милой улыбкой.

— Вы ничего не понимаете, — сказал он. — Вы старые. Вы не способны на развитие. Ваше время прошло. Технопарк, инновации, прогресс — вот что нужно миру. А не Ваши избушки на курьих ножках и не Ваше бессмертие для одного избранного.

— А ты бы иглу для всех сделал? — усмехнулся Кощей. — Для прогресса?

— Я бы использовал её правильно.

— Ты бы её продал, — сказал вдруг голос из темноты.

Из-за угла вышла Варвара. Та самая юрист, которую Иван нанял недавно. Красивая, умная, с идеальной речью. Все думали, что она его правая рука.

— Варвара? — Иван побледнел. — Ты что здесь делаешь?

— Работаю, — улыбнулась она. — Только на другую организацию. Федеральная антимонопольная служба. Отдел по борьбе с магическими монополиями. Мы за тобой два года следили, Иван.

— Чего? — не поверил он.

— Манипуляция акциями, использование чёрной магии в корыстных целях, попытка рейдерского захвата стратегического актива. Это тебе не блокчейн, это статья.

Иван рванул к ячейке. Но Кот Учёный нажал кнопку, и пол под ногами Ивана разъехался — прямо в подвал, где его уже ждали наручники. Не простые, зачарованные — от таких даже телепортация не спасает.

— Вы не имеете права! — закричал Иван, пока его уводили. — Я всё просчитал! Я два года готовился!

— Жизнь, она такая, — сказала Яга. — Любит подкладывать свинью тем, кто слишком умный.

Утром в отеле было тихо. Леший, Водяной и Соловей сидели в обезьяннике и ругались друг на друга. Иван давал показания Варваре и выглядел уже не таким уверенным.

Кощей и Яга сидели на веранде, пили чай и смотрели на лес.

— Спасибо, Яга, — сказал Кощей. — Спасла ты меня. В который раз.

— А ты не теряйся, старый, — хмыкнула она. — С иглой-то что делать будешь? Опять в банк положишь?

— Думаю, — Кощей задумался. — Знаешь, я столько лет её прятал, боялся потерять. А теперь понял: бессмертие — это не, когда ты вечно живёшь. Это когда после тебя остаётся что-то живое.

— Философ, — усмехнулась Яга. — Лучше скажи, с землёй моей что? Технопарк этот дурацкий?

— А давай вместе сделаем, — предложил Кощей. — Не технопарк, а что-то другое. Чтобы и лес сохранить, и технологии пристроить. Эко-техно-заповедник. Я вложусь. Ты землёй. А Кот пусть безопасность обеспечивает.

— А Варвара? — спросила Яга.

— А Варвара пусть юристом будет. Она девка умная, с такими не пропадём.

Так и решили.

Прошло полгода. На месте, где Иван хотел построить технопарк, открылся первый в мире «Техно-заповедник». Стартапы работали прямо в лесу, в экологичных домиках. Умные ульи стояли рядом с древними дубами. Дроны летали над полянами, но не пугали птиц. А в центре всего стояла избушка Яги на курьих ножках — теперь это был главный офис.

Кощей приезжал туда каждые выходные. Пил чай с мятой, слушал, как Кот рассказывает сказки туристам, и чувствовал себя почти счастливым.

Игла всё ещё лежала в банковской ячейке. Но теперь Кощей знал: не в игле счастье.

А Иван сидел в тюрьме и писал апелляции. Но их почему-то теряла почта. Говорят, Леший устроился туда работать и до сих пор обижен на Ивана за ту ночь в отеле.

Варвара и Кот Учёный иногда встречались в кафе и о чём-то тихо говорили. Никто не знал, о чём, но ходили слухи, что скоро в Техно-заповеднике появится маленький учёный котёнок.

А Яга Петровна открыла второй отель. На курьих ножках, с видом на озеро. Бизнес шёл отлично.

И все они жили долго и счастливо. Почти бессмертно.


Конец.