238

Алёна и Григорий прислушивались, приглядывались к непонятной компании, в которую по воле случая и деда с бабкой они попали, что-то понимали, но многое было неясным.
Все эти дни держались отдельно, думали о своей дальнейшей жизни, о нежданном и драгоценном даре - свободе, и принимали решение. Приняли.
Утром подошли, плечо к плечу, поклонились деду с бабкой, поклонились Лёше и Петьке, поклонились Маре и Андрею, поклонились остальным.
Деду с бабкой за то, что те смогли их вызволить из неволи, Петьке с Лёшей - что послушались какую-то непонятную далёкую родственницу, которая замолвила за них доброе слово, Маре с Андреем, за то, что те избитые, а где-то внутри тихий голос подсказал, что досталось им за никому не нужных, кроме этих людей, горемык – Алёну и Григория. Остальным – за то, что сохранили в себе добрые сердца.
- Уходим в город. Там попытаем счастье.
Красивые. Высокие. Молодые. Свободные.
Переселенцы долго смотрели им вслед.
- Думаю, у них всё получится, - вздохнула Ирина.
- Ну и нам пора собираться, - взбодрился Жора. – Сегодня отправляемся?
- Да… Пора.
Мара и Андрей теперь держались рядом. Открылось и для них то, что давно было понятно для других – они созданы друг для друга. Они нашли своё счастье. Мара тихонько скользнула пальчиками в широкую ладонь, Андрей украдкой поцеловал их, пока внимание всех было направленно на уходящую пару.
- А куда коней с каретой?
- Может, из лесу выведем, а они сами до деревни дойдут? А народ там разберётся?
- А может, с собой возьмём? – захлопала глазами бабуля, и вскоре смутилась под пристальными взглядами своих друзей.
А те продолжали смотреть.
Нет, они вовсе не осуждали Ульяну за её… самоуправство. Просто раздумывали. Рассматривали все плюсы и минусы такого… решения. Плюсов было больше.
- А пройдёт?
- Борь, а пройдут кони с каретой?
Всё время, пока вчерашние крепостные были с ними, Борька скрывался. Было это несложно. Алёна с Григорием не часто бросали любопытные взгляды по сторонам. Теперь Борька вышел из-за Мариного рюкзака.
- Пройдут, наверное, - кивнул. Судя по всему, он тоже заметил только плюсы от такого решения.
- Значит, будем собираться.
Неизвестно, в это ли время задумала бабуля хитроумный план, или хитрый план вовсе не приходил ей в голову, а всё дальнейшее случилось само собой, но вскоре раздался голос Артёма:
- А бабуля опять к своей корове пошла?
Бабуля протопала дорожку на Сенькин пригорок. Переселенцы особо не вмешивались, пока она часами сидела с пастушком, о чём-то его расспрашивала, кивала горестно и подкармливала рыжую корову.
Она таскала ей горбушки ржаного хлеба, щедро посыпанные солью.
Коров у Сеньки было много, но бабуля выделяла только одну.
- На мою Зорьку похожа, - вздыхала она. – Только у моей Зорьки на лбу небольшое белое пятно, а у этой побольше. Да на спине узор другой.
Чем же бабуля понравилась корове, тоже было понятно, - встречала та её каждый раз приветливым рёвом и тут же кидалась искать угощение.
А сегодня с утра бабуля вынула из рюкзака свою аптечку и стала в ней копаться. Потом позвала на помощь Ирину.
- Во это от чего? – повертела в пальцах пузырёк.
- А что у тебя болит? – испугалась Ирина.
- Кашель. Уже третий месяц. Думаю, может, чахотка… Раньше же чахотки часто бывали. А чахотка – это туберкулёз?
- Что? – ошарашенная Ирина с ужасом смотрела на бабулю. Какой кашель? Какая чахотка? Что это с ней?
- Да не у меня, - поняла Иринино затруднение бабуля. – А вообще…
- А-а, - облегчённо выдохнула Ирина. – Тогда смотри… Лучше всего – вот в этом пузырьке. Это лекарство универсальное. От многих болезней. Поможет и от чахотки. Хорошо бы уколы…
- Нет, колоть некому…
- Тогда можно и пить. Правда, в таком случае эффект будет не сразу.
- Ничего. Главное, чтобы был.
И бабуля побежала прощаться с Сенькой и с коровой. Но недолго. Артём вскоре позвал её в дорогу. Выходить решили заранее, так как по лесу предстояло пробираться с запряжёнными в карету конями.
Бабуля что-то сунула пастушку в руку и закивала головой. А потом поспешила к Артёму. Тот успел заметить, как дёрнулась следом рыжая корова. Но потом стало не до того, чтобы что-то замечать. Потому что следующая пара часов оказалась сущим кошмаром.
Все мужчины, даже малолетние, пробивали дорогу. В прямом смысле. Хорошо, что в рюкзаках было несколько лазерных пил.
Таша и Мара тянули коней под уздцы. Остальные толкали карету сзади, если она застревала колёсами в куче хвороста.
Ирину прогнали. Та шла сбоку и кусала губы. Порой ничего не делать ещё труднее.
Иногда казалось, что кони не стоят таких усилий. Иногда было страшно не успеть на поляну. Но всё же добрались.
Когда последние кусты были повалены на бок, и немного обезумевшие кони, вращая тёмными красивыми глазами сделали последний рывок, поляна была полна тумана.
- Борька, вперёд, - закричал Жора, и маленький старичок послушно засеменил ножками.
Все ринулись следом. Последней спешила Ульяна.
Правда, потом выяснилось, что не последней.