Змеев камень

— Ну-ка, Шишига, устраивайся поудобнее, — пробасил Тюхтя, поправляя вязаную шапку на затылке. — Сейчас я тебе такую сказку расскажу — волосы дыбом встанут, а потом опять лягут, да не сразу! Сказка называется «Змеев камень».

Давным;давно, в дремучем лесу, где деревья к небу тянутся, а тропы звериные в никуда заводят, пошёл один охотник на охоту. И не просто так, а на праздник Здвиженья.

Чем дальше он в лес углублялся, тем больше змей видел. Ползут, шипят тихонько, друг дружку обгоняют — а на охотника и внимания не обращают. Ни одна сапога его не тронет, мимо скользнут да дальше спешат.

«Что за диво? — думает охотник. — Раньше-то я их и не видывал столько, да и смирные какие… Куда ж они все торопятся? Уж что будет, то и будет: две смерти не видать, одной не миновать!»

Пошёл он вслед за змеями. Видит — вдали куча хвороста лежит. А змеи, большие и малые, к ней ползут да под неё забираются.

«Дай-ка я на кучу встану, — решает охотник, — пусть лезут, а мне виднее будет».

Только он на хворост ступил — бац! И провалился вместе с кучей в пропасть, прямо сквозь землю.

Очнулся охотник, осмотрелся — а вокруг темнота, только вдали свет мерцает, будто луна сквозь тучи. Подошёл ближе и видит: лежит огромный змей, а рядом — камень, светлый, как луна. Камень тот свет испускает, всё подземелье освещает. А змеи к нему ползут и лижут его, один за другим.

Долго стоял охотник, устал, спать захотел. Да и страшно ему среди змей.

«Подойду-ка я к самому большому, — думает. — Либо он меня съест сразу, либо… может, и на волю вытащит?»

Подошёл к древнему змею. Тот зашипел, язык высунул, к камню присосался. Охотник, недолго думая, тоже лизнул камень — и о чудо! Сразу стал понимать, о чём змеи меж собой шепчутся.

Старый змей и говорит ему:

— Лижи ещё — и целый год ни есть, ни пить не захочешь. Камень этот я из рая унёс. Лежал он там у дерева познания добра и зла. Все животные и первые люди им питались. Да вот я смутил их, заставил плоды запретные съесть — за это меня в подземелье заточили до Суда Божия. Камень сытости вечной с собой прихватил.

Пока охотник слушал, зима прошла. Змей обернулся к собратьям и молвил:

— Идите на свет Божий — гром уже прогремел!

Зашипели змеи и поползли к выходу. Вскоре никого не осталось, кроме древнего змея да охотника.

— Скажи, — спрашивает охотник, — почему все змеи зимой к тебе приходят, а некоторые на земле остаются?

— А потому, — отвечает змей, — что та, которая человека укусит, сюда прийти не смеет. Остаётся на земле, пока люди её не убьют или звери не съедят. Я за смуту из рая изгнан, а за это каждый змей должен смерть принять.

— Пусти меня домой, добрый змей, — взмолился охотник. — Не пищи мне не хватает, а света солнечного не вижу!

— Отпущу, — говорит змей, — но с условием: никому не рассказывай, что видел и слышал. А скажешь — стравлю с тобой всех змей, где бы ты ни был. Иди к выходу, садись на кучу хвороста — она тебя на свет вынесет.

Сел охотник на хворост, и куча вынесла его наверх. Вернулся он домой, а народ уж собрался, расспрашивает: где был, куда пропадал?

Охотник, радостный, со всеми свидится, угощается — да и проговорился. Рассказал всё: и про подземелье, и про камень светящийся, и про то, что теперь со змеями говорить умеет.

Только кончил он рассказ, вдруг — из-под пола огромная змея выползает да как укусит его в горло! Через день охотника не стало…

Тюхтя замолчал и вздохнул.

— Вот так, Шишига. Видала, как любопытство да болтливость до беды доводят?

Шишига поежилась, подтянула колени к подбородку и шёпотом спросила:

— А камень тот… он ещё там, в подземелье?

Тюхтя хитро прищурился:

— Кто знает, кто знает… Может, и ждёт нового любопытного. Но мы-то с тобой, Шишига, молчок, да?

— Молчок! — кивнула Шишига и улыбнулась. — Спасибо за сказку, Тюхтя. Хоть и страшноватая, а хорошая!

— На то и сказка, — подмигнул Тюхтя. — Спи сладко, чтоб никаких змей во сне не привиделось!