1. Конец весны-начало лета 1606 года, Клаудио Ранг

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Римский нунций при дворе короля Сигизмунда получил сообщение о перевороте в Москве, в результате которого Дмитрий был убит, а на трон возведён боярин Василий Шуйский.

-Жаль! - искренне огорчился нунций.

Он прикрыл глаза, после чего погрузился в воспоминания. Клаудио Рангони стал свидетелем и даже участником поистине изумительной судьбы, окончившейся так трагически. По смерти бездетного царя Фёдора его место занял брат вдовствующей царицы - Борис Годунов. Он происходил из худородной дворянской фамилии, но, являясь регентом, сосредоточил в своих руках всю власть в Московской державе. Помимо сестры, собирающейся в монастырь, его поддержал тамошний патриарх.

Нунций не мог не признать, что Борис оказался столь же энергичным и мудрым царём, как до этого регентом. Но Господь отчего-то отвернулся от него. Три безурожайных года оказались катастрофическими для его власти. Они показали, что огромная часть московитов внутренне так и не признала Бориса настоящим царём, доказательством чего стали упорные и очень живучие слухи о царевиче Дмитрии, который якобы не умер в 1591 году, а был спрятан от регента.

Рангони не относился к этим слухам всерьёз, пока францисканцы и иезуиты не попросили его организовать объявившемуся “царевичу” встречу с королём Сигизмундом. “Дмитрию” покровительствовали князья Вишневецкие, у которых он находился на службе до открытия своего “настоящего” имени, а также тесть одного из Вишневецких - сандомирский воевода и крупный вельможа Ежи Мнишек. После королевского признания “царевича” царевичем они собирались навербовать армию и идти за московским престолом для своего подопечного.

Когда Рангони получил заверение в том, что “царевич” примет истинную веру и откроет Московию римским священникам, он в нужном ключе употребил всё своё влияние на короля. Сигизмунд тайно принял “царевича” в Кракове, признал царевичем Дмитрием, выделил ежегодное содержание в 40 000 злотых и разрешил вербовать войско. За королевские милости царевич обязывался в случае успеха отдать Смоленщину и Чернигово-Северскую область.

Далее светские кураторы собрали небольшое войско, состоящее из всякого сброда, и выступили в поход. Их авантюра увенчалась успехом благодаря тому, что многие в Московии поверили в истинность царевича. Ему присягнули Моравск и Чернигов, сдался Путивль. Царевича не остановили ни предательства польских наёмников, ни отдельные поражения от царских войск. Казаки во всех случаях оставались верны ему, а московские бояре подозревали в нём действительного сына Иоанна и не очень-то ревностно сопротивлялись. И, конечно, решающую роль сыграла подозрительно своевременная смерть Годунова. Как только его не стало, царевич Дмитрий в глазах московитов сделался единственным претендентом на трон. После коротких переговоров он въехал в столицу и стал царём.

-Но не продержался даже года! - усмехнулся Рангони. - Впрочем, толку от него было мало. Он отказался принимать над своим царством духовную власть папы и не сговорился с Сигизмундом о союзе против султана.

Клаудио Рангони ещё не успел уехать в Италию, когда стали появляться слухи об очередном чудесном спасении Дмитрия.