4. Август-начало ноября 1606 года, Василий I

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Нынешний царь был непопулярен даже среди москвичей. Его выбрал узкий круг бояр без участия других сословий. Когда дошёл слух, что Северщинаво главе с путивльским воеводой Шаховским и черниговским воеводой Телятевским собирается идти на Москву для восстановления на престоле дважды спасённого царя Дмитрия, в столице поднялись волнения против Шуйского.

Чтобы доказать, что Дмитрий на самом деле умер ещё в 1591 году, Василий приказал перевезти останки царевича из Углича и клялся, что тот, кто царствовал между ним и Годуновым был самозванцем и, к тому же, погиб в мае. А на успокоение Северщины он отправил князей Трубецкого и Воротынского.

Очень скоро события стали окончательно выходить из-под контроля. После того как Трубецкой и Воротынский потерпели поражение от повстанцев, которыми почему-то руководил некий казак Болотников, против боярского царя восстала вся остальная заокская Русь - Рязанщина и Тульщина. Их примеру последовали Вятка и Мордовский край, какие-то банды осадили Нижний Новгород. В центральной России также начались брожения в отдельных городах.

Игнорируя пока второстепенные фронты, Василий послал своего брата Ивана на армию Болотникова. Однако тот тоже потерпел неудачу в битве на Угре и повстанцы перешли “Пояс Богородицы”.

-Силы Болотникова разношерстны, - докладывали царю. - Там и дети боярские, и дворяне, и казаки, и крестьяне...

-Ничего удивительного, - отвечал Василий. - Северщина находиться на границе с Литвой и Степью. Какого сброда там только нет! Ещё при царе Иоанне туда негласно позволяли сбегать всем, кто может, для заселения и охраны южных границ от крымчаков.

Тем временем повстанцы продолжали разбивать царские отряды и приближались к Москве. Отдельные неудачи их только замедляли, но не останавливали. Василий озаботился укреплением столицы и удержанием её и так малочисленных защитников. Разумеется, имелись в виду дворянские воинские части, а не гражданские жители.

-Которых тоже неплохо бы привлечь к обороне, - заметил своим ближникам царь.

А повстанцы после очередной победы приближались. Они окопались у села Коломенского. Болотников начал рассылать воззвания, прежде всего черни, где призывал свергнуть Шуйского в пользу Дмитрия, обещал крестьянам свободу и защиту от бояр и дворян. Такие обещания заставили последних сплотиться вокруг Василия. Господарь не дремал. Он продолжал убеждать горожан в смерти своего предшественника. И поскольку выяснилось, что в войске Болотникова “царя Дмитрия” нет, москвичи решили обороняться.

-Итак, повстанцы весьма неоднородны и у них полно вождей, - сделал вывод Василий. - Следует попытаться произвести среди них раскол. Князья Шаховской и Телятевский вряд ли поведутся на хитрость, а вот Пашков, Ляпунов и подобные им дворянчики очень даже могут. Я собираюсь отправить к повстанцам послов. Пообещаю им прощение и награды. Авось, клюнут! Шпионы говорили мне, что они не в восторге от воззваний Болотникова. Ведь тогда чернь сядет им на голову.