Колыбель

  Немолодая, маленькая, худая лошадка из –за всех сил тянула соху, продирая железным сошником дерн никогда не паханой земли. Сзади, ухватившись большими, сильными руками за деревянные рукояти и наваливаясь всем телом на соху, шел старый монах. Возраст, казалась, был не властен над ним, в отличие от лошади, которую истощили годы тяжелой работы. Он выглядел исполином: огромный рост, прямая спина и богатырский размах плеч. От каждого шага, его седая борода раскачивалась из стороны в сторону, четко выделяясь на черной рясе. Выдох – шаг, выдох – шаг. От его усилий, пользы было гораздо больше, чем от хилой кобылки.  Голова старика была высоко поднята, он смотрел вдаль, где блестела лента реки. Его светло – голубые, пронзительные глаза смотрели в прошлое, и душа его была там, здесь оставалась только телесная оболочка.

  В саженях в двадцати, позади, точно такая же лошадь тащила небольшую, узкую борону. Управляли ей два босоногих отрока – послушника. Боронить легче, чем пахать, поэтому после каждой полосы лошадей меняли местами.

   Один из отроков попросил:
- Отец Андрей, роздых нужен малый. С самой зари робим не присевши, а солнце уже за полдень перешло.
- А ты Отец Андрей разве устали не ведашь? – добавил второй. - Тебе уже семьдесят.
- Земля эта мне силу дает, -  улыбнулся монах. - Разве не чуете, что место это не простое, мощь в нем несшибенная. Такая, что меня старика, почти от земли поднимает.
 - И, что сие за место такое? – спросил первый отрок Василий. -  Мы с Федором в догадках. Зачем было сюда за двести верст добираться? И поле целинное пахать да сеять, когда у обители нашей земли пахотной немерено.
- Экие, вы отроки неразумные, неужель до сей поры не ведайте, где мы? Дойдем полосу, почевать расположимся, тогда и расскажу вам про место это.

 Тяжелый, крестьянский день закончился, только с заходом солнца. Землепашцы устроились у костра, рядом с шалашом.
Отрок Федор, помешивая кашу в котелке, спросил:
-Отец Андрей расскажи, чем эта земля необычна. Вроде поле, как поле. Ни людей, ни жилья, одни только птички поют. Таких полей, покуда мы сюда шли, немало видали.
  Монах встал во весь рост, оглядывая землю вокруг.
- Поле это среди лесов, у берегов Дона и Непрядвы Бог нам указал, как место искупления, место прощения и место рождения Единой Руси Святой. Здесь Господь решил - Быть Нам.
  Отроки встали, удивленно оглядываясь.
  - Здесь?
- Да здесь. Было давече время страшное. Почти два века назад послал нам Господь испытание лютое, в наказание. Князья русские впали в грехи: гордыни, алчности и властолюбия. Дрались между собой, аки псы дворовые за кость, чтоб урвать кусок по больше, да послаще. Брат с братом кровь лил и народ вместе с ими. Каждый отдельно, за стенами городскими спрятался, с опаской и завистью на соседей поглядывая. Отдельные города, отдельные народы. Будь – то Вера у нас не единая и роду – племени мы разного.
 
  Пришла со степей восточных, с Бату ханом, сила страшная. А князья и тогда не поняли и вместо того, чтоб на помогу спешить, радовались убогие, что гибнут родичи их кровные да народ русский под кривою саблей татарской. Но дошла и до них беда. Согнулся народ под данью тяжкой. И князьям пришлось гордыню смирить, в орду ехать разрешение на княжение получать.

  Но не погасла искра Божья и не оставил Дух Святой  народ русский. Отец Сергий во спасение нам явился и воздвиг крепость духовную, основал 37 обителей, связывая землю нашу. А с Верою и сила в лесах дремучих крепнуть начала. Молодой да ярый князь Дмитрий поднял земли русские на борьбу, и такая вера ему была, что 23 княжества дружины сюда привели. Без малого тридцать лет прошло с той поры.

Федор:
- Дак это и есть то место, что полем Куликовым зовут.
Василий:
-Отец Андрей, а ты тут был тогда?
-Был, с братом моим духовным Александром. Сынами боярскими родились мы с ним, и ходить еще плохо умели, когда отцы наши мечи деревянные нам в руки дали, да делу ратному обучать стали. Выросли мы войнами славными и в битвах всегда впереди шли. Много людей от рук наших пало, но чем больше крови мы лили, тем тягостней нам  становилось. Любовь и жалость к врагам в душе поднималась, и когда невмоготу нам стало, ушли в обитель к отцу Сергию, подстриг там приняли.

   Думали, до конца дней, грехи отмаливать будем, да приехал в обитель князь Дмитрий за благословением. И велел нам отец Сергий с ним ехать, постоять в бою за Веру Православную, тем умением, что лучше всего у нас получается- с мечом и копьем в руках.

  Монах замолчал.

  Отроки:
-А битва? Как рубились богатыри наши?
- Собралась наша рать не малая, на поле этом и сказал князь « Я вас сюда привел, а Бог судить будет - кому жить, а кому умереть». Снял с себя плащ златотканый и доспех княжеский, да велел боярину Михаилу одеть. Сам же в доспехе обычном встал в первом ряду, с дружинниками простыми, меня  одесную от себя поставил.

 Брат мой Александр битву начал. Сошелся в схватке с поединщиком нарочитым, татарским богатырем Челубеем. Челубей, насквозь копьем пронзенный, на месте пал. Александр смог до войска нашего доехать и там Богу душу отдал.

  Началась сеча великая. Много русских полегло, а татар тем паче. Во многих боях, больших и малых я был, но так тяжко не бывало. Начали с копий, перешли на мечи и сабли, но плотнее сходились мы с ворогом и уже только ножами, руками и зубами бились. Гибли братья наши за потомков, за землю и Веру, жертва их свята.  Но Божья Воля укрепила дух наш, дрогнул враг и побежал. И осталось поле это за нами. Победа.

  Да, глянули мы вокруг. Страшная эта Победа, дорогая. Горы тел все поле устилают. Нет радости у нас, только усталость и скорбь. Три дня братьев хоронили.

Монах задумался, вспоминая:
-Тридцать лет прошло, а как вчера было. Пришли сюда Московские, Суздальские, Владимирские, Муромские, Нижегородские, Ростовские, Тверские пролили они кровь свою и смешалась она в земле этой и вышли мы с поля Куликово одним народом.

  Решил я тридцать лет спустя вырастить здесь хлеб, ибо земля должна родить, как возродился народ наш. А собрав хлеба эти, развести их по всем городам русским, чтоб хлеб единый ели они. А преломив хлеб вместе, жили сообща и не разорвать связь эту многие века. 
               
                Февраль 2026 г.