Дикарь

  Эдуард налил себе коньяка на два пальца. Всплеск, брызги. Он обернулся. Нина Караулова, главный маркетолог холдинга, красивая двадцати пятилетняя девушка, в откровенном купальнике, проплыла под водой половину бассейна.
«Хороша чертовка»,- подумал Эдуард.- «Только, похоже, она положила свой глаз на Витка».

  Виктор сын директора банка, молодой, смазливый парень, а главное единственный наследник. Хотя он и сам не беден, и несмотря на свои сорок пять лет в хорошей физической форме, фитнес с персональным тренером, три раза в неделю и диетолог, дают результат.

  Нина вылезла на другой стороне бассейна. Эдуард подмигнул ей, улыбнулся и поднял рюмку. Нина улыбнулась в ответ.
- Эдуард Иванович, а завтра мы куда поедем?
- В неформальной обстановке Ниночка, можешь называть меня Эдуард или просто Эдик,- мысленно он поморщился, не любил свое «крестьянское» отчество.- Мне обещали поездку на яхте по Енисею.
- Хорошо, Эдуард Иванович.
Опять Иванович. Ну, отец удружил. Да и по жизни он кем был? Инженер в НИИ. Все говорил - учись, образование получи. Зачем? Амбициозный, целеустремленный и беспринципный, он сам всего добился - один из совета директоров крупного холдинга. А образование? Да у него теперь: два высших и ученная степень кандидата наук. И все недорого. Вон кто ему помог. Профессор философии из Московского университета, сидит, обернув в простыню толстое, волосатое тело и воркует со своей молоденькой аспиранткой. Черноволосая и голубоглазая, очень похожая на его третью жену. Та еще была стерва. Не пошла на аборт, когда посылал. Плати теперь элементы. Кому? Девчонке, которую даже ни когда не видел.
Вспомнив о бывшей, окончательно испортил себе настроение. Налил коньяк до краев. Выпил.


  Читали перед образами обязательное вечернее правило, всей семьей. Эту традицию в их роду кержаков-староверов, не могла изменить ни царская, ни советская, ни российская власть. Рядом, сильным и глубоким голосом, пела жена, тоненькими еще детскими голосами помогали дочь и младший сын, вот они усердно кланяются своими светлыми головками.

  Трое старших сыновей уже женаты. Всей деревней ставили им дома, живите и радуйтесь. Внуки уже подросли, скоро можно на охоту брать. Вспомнив о внуках, Иван счастливо улыбнулся, поднялся с колен.  В свои сорок пять он был сух, жилист и легок на ногах.
  Дети выбежали на улицу, раздался радостный лай собаки Шайки.




-Добро пожаловать гости дорогие,- отрабатывая свой солидный гонорар, старался лучший тамада Красноярска,- проходите, проходите, «хлеб да соль».

  Гости поднимались по трапу на большую яхту, способную ходить не только по реке, но и по морю. Соблюдая ритуал, отламывали кусочек каравая, макали в солонку, ели. Каравай держала красивая молодая девушка, в костюме, стилизованном под русский народный. Для этой роли шеф выбрал свою секретаршу Ирочку. Сам он остался в Москве, назначена встреча с инвесторами. Встретить москвичей поручил своему заместителю.
- Максим, слушай. Завтра приедут мои друзья, отдохнуть на недельку. Встречаешь по высшему разряду, далее берешь наш кораблик и катаешь их по Енисею, пока им не надоест. Развлекай, да с нашим колоритом: охота, рыбалка, ну сам все знаешь. Люди большие, серьезные, для нас, очень нужные, пусть отдохнут от Москвы, развеются.


  Компания была большая, шумная и дружная, хотя люди подобрались разные. Объединяло их только одно: все были успешны, богаты и имели не малые связи. Были два бизнесмена - не олигархи, но около того, крупный чиновник из министерства природных ресурсов, деятели культуры - один певец и два актера, сопровождала эту компанию стайка молодых девушек
( с собой привезли, будь-то тут нет), был еще пожилой профессор философии с симпатичной аспиранткой.

  Приехали гости вчера, для них был снят шикарный банный комплекс. После водных процедур, решили, отправиться на яхте вниз по Енисею. В кают- компании стол ломился от изобилия съестного и спиртного. Насытившись, гости выходили на палубу, любоваться красотами Сибири.

   На третий день путешествия: тамада охрип, Максим устал, как собака, выполняя пожелания «столичных». Гостям, прискучило, есть, пить и смотреть на близкий берег. Вся компания вышла на палубу и лениво общалась. Профессор философии объяснял двум актерам что-то умное.
- Все это фигня,- сказал чуть погодя один из них, бросил недокуренную сигару в реку, за ним последовала алюминиевая банка из под пива, - я предпочитаю йогу: это физические упражнения и духовная практика.
- А я буддизм,- заявил второй,- самая сильная философия.

  Эдуард Иванович позвал Максима.
- Э, слышь уважаемый, чо мы тут все катаемся. Твой шеф обещал, что можно будет поохотиться.
- О, можно будет пострелять,- оживилась компания отдыхающих.
- А, нам дадут стрельнуть разок? – обрадовались девчонки.

Максим вынес четыре дробовика и коробки патронов. Показал, как заряжать и стрелять.
- Не нравится мне это,- тихо сказал тамада,- один раз свадьбу вел, тоже все пьяные были и тоже пострелять решили. Тесть пулю в живот получил, до больницы не довезли.

  Сначала кидали в воду пустые бутылки и по ним стреляли. Потом стали стрелять по плавающим и пролетающим птицам. Ближе к вечеру на берегу увидели медведицу с медвежонком, с дружным улюлюканием расстреляли. Туши так и остались лежать на берегу. Вечером устроили пикник на берегу: ели, пили и стреляли по бутылкам и банкам. Оставив, после себя, гору мусора вернулись на яхту и разошлись спать.


  Иван Фомичев вышел из дома и подпер дверь палкой. В их деревне двери никогда не запирали, да и замков не было. Воровства тоже не было.
Закинув за спину двустволку, Иван пошел в сторону леса, рядом с ним крутилась, повизгивая от восторга, его охотничья собака, лайка по кличке «Шайка». Пятеро соседских ребятишек  вежливо поздоровались и побежали по своим делам. В их местности были традиционно многодетные семьи.

  У леса его нагнал средний сын Федор.
- Батя, ты куда?
- Зайду на ручей верши проверю, да на реку пойду лодку конопатить.
-Давай помогу.
-Сам справлюсь, у тебя ведь тоже дела.
- Да баню Ереминым ставить помогаем.
- Бог в помощь.

  Дойдя до ручья, Фомичев проверил верши, рыбу положил в берестяной пестерь. Пошел по направлению к реке. Тропинка разделялась: более широкая к реке, узкая в лес. Если идти по узкой, то через четыре километра начнутся их - Фомичевых охотничьи угодья, далее через каждые пятнадцать- двадцать километров стоят охотничьи избушки.
 
  Род Фомичевых - это потомственные охотники - промысловики. Охота их профессия - добывать зверя и птицу, ловить рыбу. Они не берут от леса и реки больше необходимого, что - бы внуки и правнуки жили также. Основой их заработка является   зимний промысел- пушнина, соболь.

  « Шайка» бегала вокруг Ивана, убегала дальше по тропе, забегала в лес - искала. Это была хорошая собака, он сам выбирал ее. Она была универсалом: работала по крупному и мелкому зверю, по птице, на каждую добычу свой голос. Хорошая собака для охотника значит больше чем хорошее ружье, такие собаки стоят дороже лошади и коровы. «Шайка» отличалась особым верховым чутьем, могла идти по следу, не опуская голову к земле. Выбирал ее Иван старинным способом: брал только родившихся слепых щенков и клал их на широкую доску, если щенок, обнюхав все края, не упал, а отползал к середине и скулил, значит, есть чутье. Сам выбирал и натаскивал, водил на охоту с опытными собаками.


  Подходя к реке, Фомичев услышал несколько выстрелов. Что за ерунда, кто тут может стрелять. Выйдя на берег, увидел «Шайку» скребущею лапами песок, выстрел картечи разорвал ей живот. Иван остолбенел от удивления и нереальности происходящего. Недалеко от берега стояла белоснежная яхта, на палубе группа мужчин и женщин с ружьями в руках.
 - Э, погодь, Михалыч, этого зверя не подстрели. Похоже местный абориген.
- Да одним больше, одним меньше.
  «Шайка» заскулила и вытянулась в судороге. Иван, не владея собой, вскинул ружье и дуплетом выстрелил в борт яхты. Люди, на борту побросав ружья, растянулись на палубе, капитан резко прибавил ход, уходя от негостеприимного берега.


- Офигеть, это что такое, - орал Эдуард Иванович на Максима.- Ты куда нас привез? Эти дикари в нас стреляют. В нас, ты понял дебил.


               
                Май 2025 года