Индийский батик. Глава 14

Следующий день, с утра, был заполнен суматошными сборами. Приняв душ и съев легкий завтрак, я стала подбирать гардероб для очередного путешествия: просторные шаровары из хлопка, светлая туника и яркий головной платок, завязанный в виде чалмы. Я надеялась, что с борта самолета я сразу пересяду в седло прекрасной лошади и весь конечный путь проскачу бок о бок со своими друзьями, как в прежние годы моей юности.

Наблюдая за нашими с Лизой сборами, Луи Филлип то ли в шутку, то ли всерьез заметил, что нам не стоит брать с собой увесистые чемоданы с закупленными здесь вещами, достаточно взять зубную щетку и гребень — все самое необходимое нам будет предоставлено в доме Дугласа: как и в прежние годы, он не испытывал недостатка даже в мелочах, но если вдруг чего-то могло не оказаться в арсенале его интересов, то по одному щелчку пальцев Октавиуса, любая вещь могла быть доставлена к нему в дом в течение 24 часов из любой точки мира.

Приняв слова Диамантеса за чистую монету, мы с Лизой не стали обременять себя тяжелым багажом и взяли с собой минимум необходимых вещей.

В аэропорту нас уже поджидал Радж Шив Кхан. При взгляде на своего друга во мне улетучились все сомнения и страхи, связанные с очередным перелетом в незнакомое для меня место. С ним я могла лететь куда угодно, и, наконец-то, мы могли поговорить по душам в спокойной атмосфере салона самолета. Я чувствовала, насколько он счастлив видеть меня и Миклоша и, если бы не наша поддержка, думаю, ему было бы нелегко принять известие об уходе Гемки Серпицы. Но его порадовало то, что Саша даже после тяжелой болезни, смог пересилить свои амбиции и остался верен принципам дружественности Клуинда.

- Оказывается, я столько лет жил почти бок о бок с Дугласом, - говорил Кхан со счастливой улыбкой, - а встретиться придется только сейчас!

- Разве это не радует? - вторила я ему с таким же воодушевлением. - Сейчас он сделал для нас намного больше, чем можно было ожидать от судьбы.

- Это только начало, - подмигнул мне игриво Диамантес. - То, что ждет вас дальше — в такое просто невозможно поверить!

- Фред намерен погасить долги по старым счетам? - я бросила многозначительный взгляд на Домбровича. - Или это его прощальный подарок?

- У Фреда оказалось истинно любящее сердце. Судьба дала ему шанс проявить все свои лучшие качества именно теперь, - изрек философски Радж. - Видно не зря тогда пересеклись наши пути в Холминде.

- Я тоже не случайно оказался в том месте? - попытался иронизировать Луи. - На данном этапе я самое важное связующее звено. Даже спустя не один десяток лет мы снова вместе, и для кого-то из нас всего лишь один день, проведенный на этой земле, может стоить всей жизни.

- Твоему отцу уготована двойная порция счастья, - обратилась я к Лизе, чтобы она тоже могла почувствовать необычность происходящего момента. - Он получит прощение и утраченную любовь, благодаря твоим усилиям, и дружескую поддержку своего старинного приятеля.

- Мы будем жить в имении? - спросила Лиза у отца, не очень-то разделяя всеобщего восторга. - Какие там будут мероприятия? Там есть какие-нибудь магазины поблизости? Другие объекты для развлечений?

- Само имение подобно большому развлекательному комплексу, - стал убеждать ее Диамантес. - А разве общение с интересными людьми не может заменить недостаток приятного времяпровождения? Твоя мама столько лет жила в большой дружественной компании и ей не нужны были развлечения. Каждый день в Холминде был наполнен удивительными событиями. Спроси у Домбровича — они были вместе столько лет…

- Все будет хорошо, дорогая, - попытался успокоить Лизу Мика. - Ведь с тобой будут все те, кто любит тебя по-настоящему: твой отец, твоя мама и я. Почувствуй и прими нашу любовь, и все встанет на свои места.

- Раджу, к нам хочет присоединиться еще один человек. Он не из числа приглашенных Дугласом... Собственно, это была лично моя инициатива, - призналась я Кхану, пользуясь моментом, чтобы ввести его в курс всех важных, на мой взгляд, событий. - Возможно, ты его хорошо знаешь. Он друг твоего зятя… Это — Виджай  Арора. Мы встретились на помолвке у Синхов, а ближе познакомились уже в Дели при необычных обстоятельствах. Он хочет встретиться с тобой, чтобы узнать тебя поближе, ну и познакомиться с Дугласом, как потенциальным типажом для его новой роли. Я пообещала ему, что переговорю с тобой. Сейчас он ждет от тебя звонка, чтобы получить твое согласие на встречу с ним.

- Да, я знаю Виджая. Он хороший лицедей. Мы живем в одном городе столько лет, но наши пути ни разу не пересекались, не смотря на то, что мой зять его близкий друг. Это говорит о том, что Виджай не тщеславен. Но раз уж ты, Сима, хлопочешь за него, я позвоню ему как только мы прибудем на место.

- Друг мой, тебе не кажется странным, что Клуинд продолжает существовать, как самостоятельный элемент, корректируя нашу жизнь по своим законам? - спросила я у Раджа, окидывая печальным взглядом мужчин, сидящих рядом: несомненно, все они сильно изменились во времени, и я чувствовала себя клейкой субстанцией, соединяющей осколки драгоценного сосуда, который никогда не станет не то, чтобы целым, а даже не сможет принять форму того, что некогда называлось прекрасным шедевром. - Как только в нашей жизни затевается нечто грандиозное, Клуинд неизменно собирает нас вместе. Это удивительно, что Дуглас не забыл про нас и теперь готов обозначить еще одну, по всей вероятности, заключительную главу во всей этой истории. Дописав ее, я, наконец-то, смогу отдохнуть от многолетнего труда. Только чем мне заполнить потом образовавшуюся пустоту?

- Мама, что ты все о грустном да о грустном? - Лиза взяла мою руку в свою, словно пытаясь утешить своей сердечностью. - Я — книга твоей истории, и я буду с тобой до конца!

- Это неоспоримый факт, - согласился с ней Луи и добавил уже знакомую фразу, оброненную им некогда в сердцах: - Даже если с тобой не будет рядом тех людей, кто когда-то любил тебя, то твои дети будут любить тебя всегда!

- Вам не кажется, что здесь собралась команда неудачников? - незлобиво пожурил нас Мика. - Любовь делает нас такими глупцами. Мы намеренно совершаем оплошности, которые никогда не совершили бы в нормальном состоянии.

- Возможно, Клуинд тоже был ошибкой? - произнесла я нерешительно, следя за выражением лиц, окружавших меня мужчин. - Или великим заблуждением?

- Весь этот мир иллюзия, а значит, вероятнее всего, - заблуждение, - покачал головой Радж Кхан. - И не важно, находится эта иллюзия вовне или пребывает внутри нас, главное — в любых обстоятельствах мы должны принимать ответственность даже за свои незначительные действия, не рассуждая о личных победах или неудачах, и нас не должна беспокоить мысль: будем ли мы жить с пониманием правды или умрем в иллюзии. Правда такова, что на пороге перед вечностью мы получим именно то, что ускользало от нас здесь, в этом несовершенном мире.

- А если мы получим здесь то, чего желали? - спросила Лиза, захваченная необычной идеей. - Зачем тогда желать чего-то еще, за этим пределом?

- Наши желания бесконечны, потому что каждый раз мы желаем еще чего-то нового, неизведанного. Но главное наше желание — становясь старше, не изменяться: всегда оставаться привлекательными и дееспособными. А это невозможно. И эти изменения заставляют нас каждый раз менять свои планы и намерения. Нам всегда хочется стабильности, но мир изменчив, потому что Время изменяет любые обстоятельства, любого человека.

- Наш враг Время? - догадалась Лиза.

Молчаливо улыбнувшись, Радж снова качнул головой:

- Выйдя из этого мира, мы получим именно то, что может сделать нас вечными и вечно счастливыми…

Лизу кажется увлекла беседа с Кханом, да и мы все, втянутые в эту философскую полемику, не заметили, как приземлились в аэропорту Джайпура. Из аэропорта на попутном автобусе мы добрались до местности, где нас ожидала странная процессия: бородатые всадники в ярких тюрбанах и золоченых кафтанах, с саблями в ножнах, привешенных к их широким, кожаным поясам, стерегли старинную коляску с навесным зонтом от солнца; красивые кони под седлами и в упряжи были украшены нарядными сбруями  — все это выглядело просто фантастично.

Весь наш скромный багаж без лишней суеты был увязан под корпусом коляски в неком подобии багажника. Луи Филлип принял повод подведенной к нему лошади и вальяжно погрузился в седло. Радж и Лиза со счастливыми лицами расположились на удобных кожаных сиденьях просторной коляски — ее тянула пара белоснежных коней в алой сбруе. Мика тоже попросил для себя лошадь, рассудив между тем: если дорога окажется не по силам для его возраста, то он пересядет в коляску.

Я вроде бы чувствовала себя в неплохой форме и заявила, что также поеду верхом, - не зря же я подобрала костюм именно для такого случая. Нам подвели заседланных лошадей с лентами и бутоньерками в косматых гривах; помимо красивых седел, украшенных серебром, спины лошадей покрывали узорчатые попонами с длинными, шелковыми кистями.
- У Фреда, должно быть, неплохая конюшня, - заметила я своим спутникам. - Или эти лошади взяты напрокат?

- Лошадь в Раджастане до сих пор является признаком богатства и престижа, - изрек деловито Луи Филлип.

- Здесь поблизости нигде не снимают кино? - благодушно улыбнулся Мика. - В жизни сейчас редко случаются такие чудесные моменты!

- В Индии законы кинематографа сливаются с реальностью, - подал голос из коляски Радж Кхан. - Хорошая постановка в жизни тоже многого стоит.

- Мы уже отвыкли от чудачеств Дугласа, - своим замечанием, казалось, я выразила общее мнение. - Уверена, в дальнейшем будет столь же невероятно интересно. Воздадим же должное Октавиусу за то, что он не утратил стремления удивлять своих друзей.

- Будьте готовы к тому, что вы не увидите прежнего рыжего Фреда, - предупредил нас Диамантес. - С возрастом мы как бы ждем перемен во внешности своих ближних, но не всегда готовы адекватно воспринять радикальные изменения. Это похоже на встречу с новыми людьми. Кроме того, необычная обстановка станет моментом, с которого начнутся отношения нового уровня.

- Ты говоришь так, словно хочешь уберечь нас от разочарования, - упрекнула я Луи. - Лично меня не пугают перемены в жизни. Я готова к любым неожиданностям.

Мы последовали за столь необычными, почти сказочными всадниками в невероятных одеяниях. Местность, по которой мы передвигались была пустынной и совсем не жизнерадостной: почти каменистая, иссохшая пыльная дорога петляла между бесцветными насыпями, скудная солончаковая растительность добавляла уныние бесформенному пейзажу. И только наша процессия контрастировала яркими пятнами на фоне этих блеклых просторов. Но вот, обогнув очередной пыльный холм, мы вдруг очутились в преддверии райской долины. Эта местность резко отличалась от того, что мы созерцали до сих пор: все очень напоминало наш давно покинутый Холминд, только вместо небольшого, серого здания, где размещался штаб нашей команды, здесь раскинулось внушительное имение, обнесенное высокой стеной из белого и красновато-розового камня.

Наша процессия остановилась перед воротами из кованной бронзы. Часовые в зеленых камзолах и красных тюрбанах, стоявшие здесь на вытяжку, раздвинули перед нами тяжелые створки, и мы проследовали дальше, очутившись на просторном дворе, который был выложен голубоватым и черно-зеленым мрамором и украшен по центру небольшими фонтанчиками из резного камня красных и зеленых оттенков. Здесь также, по периметру двора, росли деревья, отбрасывавшие ажурные тени.

Достигнув цели нашего пути, мы, наконец, могли расслабиться после нескольких напряженных часов перехода. Луи Филлип помог мне спешиться, бережно приняв меня в свои объятия.

С приветственными поклонами навстречу нам выбежал управляющий имения. Одежды, оттенявшие его слишком смуглую кожу, казались ослепительно белоснежными. Он был невысокого роста, довольно плотного телосложения. В его усах, бороде и пышных бакенбардах пробивалась редкая седина. Миндалевидные, агатовые глаза светились добросердечием и почтительностью. Мы обменялись приветствиями.

- Мы давно с нетерпением ждем вашего прибытия! - заговорил управляющий, изредка бросая восхищенный взгляд на Раджа. - Меня зовут Суриндар Химеш Ранагвал. Можете звать меня просто Рангу. Я заправляю всем хозяйством в этом имении. Если вам что-то понадобится, не стесняйтесь спрашивать. Гостям в нашем доме ни в чем не может быть отказа.

- Судя по всему, меня только что лишили полномочий доверенного лица, - притворно вздохнув, Луи Филлип беззаботно тряхнул головой. - Теперь и я могу наслаждаться беспечной жизнью вместе с остальными. Где же наш старина Фредди?

- Хозяин ждет вас в зале для приема особо важных гостей. Он так разволновался, услышав звуки вашего прибытия, что побоялся не справиться с состоянием слабости в теле. - Казалось, это сам Ранагвал испытывал сильное волнение, а потому с трудом мог говорить. - В его возрасте даже чрезмерно радостное событие может вызвать отрицательные симптомы. Это равносильно тому же, что получить удар в сердце. Следуйте за мной. Я покажу вам наш дом…

Да, такую красоту можно было увидеть только в музее, или именно здесь, на земле раджпутов, где старинные родовые поместья столетиями сохраняют свою первозданную дворцовую архитектуру. Уверена, никто из нас пятерых не смел и мечтать о том, чтобы хотя бы один день пожить в такой роскоши.

После знойной дороги приятная прохлада каменных помещений успокаивала и обволакивала безмятежностью. Я едва ли смогла бы описать интерьер каждой комнаты: старинная лепнина с дорогой инкрустацией, ажурные каменные решетки, шлифованный мозаичный пол — все это необычно сочеталось с антикварной и современной стильной мебелью, европейскими средневековыми гобеленами, картинами в тяжелых рамах, персидскими коврами, японскими ширмами и китайскими напольными вазами.

Перед входом в гостевой зал нас встречала группа женщин в местных ярких национальных одеждах, каждая из них была увешана многочисленными украшениями; в руках у них были цветочные гирлянды и блюда с фруктами, цветами шафрана, священным огнем, киноварным порошком и благовониями.

При виде нашей компании, женщины почему-то замешкались: вероятно они меньше всего ожидали того, что им придется оказывать традиционные почести иностранцам.

Радж Кхан негромко попросил принести рис. Одна из женщин вынесла металлический стакан, до верху наполненный рисовой крупой, поклонилась Кхану и поставила этот предмет за порогом. Радж обернулся ко мне и, незаметно вытолкав меня вперед, сказал, что я должна перевернуть стакан прежде, чем остальные войдут внутрь.

- В этом доме тебя ждут в большей степени, чем кого-то из нас, - заговорил он по-английски, освободив мне место у порога. - Это путешествие было затеяно ради тебя. Все, что ты пожелаешь в этих стенах, будет исполнено, так что окажи почтение сей обители.

Я сняла сандалии и собралась перешагнуть через порог.

- Толкни стакан правой ногой, - подсказал мне Радж.

Я опрокинула стакан, и крупные белоснежные рисовые зерна, подобно жемчужинам, с шелестом рассыпались по зеркальному каменному полу. Женщины сразу засуетились, где-то заиграл маленький оркестр. Нас окурили ароматным дымом, пометили наши лбы красным порошком, после чего каждому из нас повесили на шею по цветочной гирлянде.

- Теперь тебя здесь все будут величать старшей сестрой, - улыбнулся Кхан. - Это все равно что быть хозяйкой в этом доме.

Вступив в огромную залу, мы потеряли ощущение реальности. Здесь царило такое сказочное великолепие, какое могло привидеться разве что во сне. На короткий миг меня коснулось смутное воспоминание о давно забытой, счастливой поре.
Стены и колонны этого обширного помещения были сложены из природного камня, как и все здание особняка, — создавалось впечатление реального присутствия во времени той древней эпохи, когда цивилизация не знала еще технологий цементных плит и шлакоблочных кирпичей, когда работа с камнем была естественным и единственным способом зодческого искусства.

Мягкие диваны, стоявшие разбитым квадратом в полупустом зале, так и манили присесть на них отдохнуть после трудного путешествия. И, в подтверждение этому настрою, сопровождая свои слова выразительными жестами, управляющий призвал нас располагаться на диванах со всеми удобствами. Нам тут же принесли сладости, фрукты и прохладительные напитки.

Мы терпеливо ждали появления Дугласа. Кажется я догадывалась о причине его задержки: возможно он боролся с приступами сильного волнения, готовя себя к предстоящей встрече. Мы тоже немного робели от того, что нам предстояло увидеть.

И вот, наконец, послышались четкие, неторопливые шаги и мерное постукивание прогулочной трости о каменный пол. Мы враз устремили свои взоры в сторону этих звуков и уже, в следующее мгновение, едва различили в легком полумраке колонн суховатую фигуру в традиционном дхоти, в длинной рубашке-косоворотке навыпуск и в таком же удлиненном жакете без рукавов; сложенный белый шарф с золотым кантом был переброшен через левое плечо, правая рука сжимала лаковую трость с изящным серебряным набалдашником; золотисто-оранжевый тюрбан венчал гордо поднятую голову. Белоснежные пышные бакенбарды и усы украшали до боли знакомые черты слегка осунувшегося лица, прикрытого, словно маской, темными очками — вероятно по причине того, что старческие глаза стали чувствительны к свету. Грустно было видеть эти некогда рыжие бакенбарды и усы, теперь выбеленные временем. Вероятнее всего, чтобы не шокировать нас, Дуглас надел этот яркий тюрбан под цвет волос своей молодости.

Едва Фред приблизился к месту, где наша компания благодушествовала от недавнего колоритного приема, как все мы тут же повскакали на ноги и бросились обнимать Дугласа. Вряд ли мы позволили себе вытворять такое тридцать лет назад в Холминде.

- Странно видеть тебя, Фредди, хозяином такого шикарного поместья! - Домбрович не мог сдержать своего изумления даже после того, как страсти понемногу улеглись и все снова расселись по своим местам. - Невозможно представить, чтобы американец смог обосноваться здесь, на землях раджпутов, когда даже англичане не сумели захватить здесь ни клочка земли во времена колонизации! Скорее я готов себе представить, что тебе больше подошло бы такое место, как Ауравиль, в силу твоего авантюрного характера.

- Я же не англичанин, - ухмыльнулся Октавиус, - не смотря на то, что жил в Англии до прибытия сюда. И тем более не завоеватель. А в Ауравиле я жил какое-то время, когда было трудно с жильем и с деньгами. Только сейчас он не тот, что прежде.

- Но это просто невероятно, чтобы чужестранец превратился в коренного жителя этих мест! - вторила я за Домбровичем. - Тем более, завладеть такими богатствами — это действительно мистика!

- Эта история запутана и весьма необычна, и обсуждать ее сейчас не время и не к месту. Но надо помнить, друзья, - это Индия, и здесь может случиться все что угодно!

Все мы одобрительно засмеялись, а Фред красноречиво повел головой. Это движение я часто видела в среде индийцев и оно могло означать целые фразы типа: «да, как бы так», «что здесь скажешь», «не беспокойся, все будет так, как ты хочешь» и еще множество вариантов, смотря по обстоятельствам.

- Сегодня вечером я устраиваю званый ужин, - сказал Фред, сняв ненадолго очки, чтобы окинуть нас счастливым взглядом. - На него приглашены князья из ближайших соседних имений. Все они мои друзья. Но до начала торжества мы отслужим пуджу перед домашним алтарем за ваше долгожданное, благополучное прибытие. Сейчас управляющий покажет вам комнаты, где вы будете жить, и другие места для отдыха и прочих нужд.

- А где же старина Кийс? - спросила я, в надежде увидеть еще одного персонажа из нашего общего прошлого.

- Сейчас он живет в Англии, в графстве Йоркшир. Я назначил ему небольшое жалование за его преданность и бескорыстный труд в прошлом. Здешний климат оказался для него тяжелым. Джером привык жить в прохладной, дождливой Англии. Но он ни на что не жалуется. Он всегда жил по средствам.

- С тобой не осталось никого из твоих прежних компаньонов?

- Никто из них не захотел поехать со мной в Индию. В то время считалось, что Индия — это третий мир, и достижения нашей цивилизации никогда не будут ею освоены. И никто на Западе не задумывается о том, что эти достижения всего лишь миф. Убеждения подобного рода живут в умах необразованных, недальновидных людей. Но эту тему для обсуждения, мне кажется, лучше отложить до подходящего случая. Сейчас располагайтесь и располагайте всем, что есть в моем доме.

Мы поднялись со своих мест и последовали за управляющим Ранагвалом.

- Каким именем называют вашего хозяина здешние жители? - не удержалась я от вопроса, который занимал меня с того времени, как я увидела Октавиуса.

- Фердоуз Баба-джи, - произнес управляющий с той почтительностью, которая подобает преданному слуге и другу.

«Занятно, - подумала я. - Кажется Фред перестал считать себя американцем, раз решил завершить свой жизненный путь именно здесь. Это уже не чудачество, это осознанное решение. Да и нужно ли ему искать лучшей жизни? У него здесь наверняка достаточно друзей, многие из которых были знакомы с ним еще в то время, когда он являлся сюда на правах гостя».

Управляющий показал нам наши комнаты: они располагались на верхнем этаже, объединенные по периметру внешней террасой, смотрящей на ухоженный сад.

- Нас встретил и приветствовал сам хозяин дома, а где сейчас его сын и невестка? - продолжала выспрашивать я у Ранагвала, который знакомил меня и Лизу с уютной комнатой для гостей на двоих.

- Младший хозяин давно не живет в этом штате, - ответил управляющий довольно учтиво. - У него дом в Визаге. А его сын, внук Бабы-джи, живет в Хайдерабаде, но они оба часто появляются в этом имении, навещая нашего хозяина.

- А они приглашены на сегодняшний вечер?

- Нет. Молодых господ сегодня не будет на званом ужине. Впрочем, это план самого хозяина. Он сам вам обо всем расскажет.

В отведенной для меня и Лизы комнате было туалетное помещение с душем и тенистая лоджия с видом на просторный двор с фонтанами. Пока я принимала душ после пыльной дороги, Лиза пошла самостоятельно обследовать верхний этаж. Освежившись, я вышла на террасу просушить волосы.

«Да, Фред обосновался здесь со свойственной ему помпезностью, - подумала я, окидывая взглядом заметную часть красивых строений. - Однако он очень изменился внешне, впрочем, как и все мы. Но удивительнее всего то, что я чувствую его прежний внутренний порыв, даже его отношение ко мне осталось таким же, как тридцать лет назад, не смотря на то что прошлые, ни к чему не обязывающие отношения, давно перешли в разряд забытых воспоминаний. Сейчас вряд ли стоит рассчитывать на прежнюю услужливость и понимание с его стороны, ведь мы никогда не были настоящими друзьями и нас не связывали чувства, присущие духу Клуинда». - Но я ошибалась.

Пришли женщины с букетами красных, белых и сиреневых роз и украсили ими большие напольные вазы. Фред всегда любил украшать свой дом цветами: в этот раз цветы тоже были из его личного сада. Судя по масштабам этого имения, здешний сад занимал немалую площадь и в кущах его пышной растительности легко мог затеряться тот палисадник, что когда-то был разбит перед Лесным домом.

Появился Домбрович в легкой хлопковой одежде, какую носят все мужчины этих мест, в туфлях с круто загнутыми носками, и с очень длинным шарфом на плечах — в нужный момент его всегда можно было повязать на голове в виде чалмы.

- Как я выгляжу? - Мика прошелся передо мной важной походкой.

- Замечательно! - одобрительно кивнула я головой. - Не хватает брильянтовых сережек в ушах, по перстню на каждом пальце и браслетов на лодыжках.

- Уютная комната, - сказал Микаэль, дотошно осматривая интерьер нашего жилища. - В этом особняке, похоже, есть все необходимое для цивилизованной жизни: душевые кабины с горячей водой, кондиционеры, гараж с автомастерской и даже личная молельная комната.

- Это во вкусе Дугласа, - хмыкнула я. - В Лесном доме было также. Он живет прежним временем, прежними привычками.

- Значит, он остался верен духу Холминда, - вздохнул Мика, пряча от меня затаенную тоску в своих шоколадных глазах. - Мы для него по-прежнему близкие соседи, не смотря на то, что живем в разных государствах. Если бы это было не так, мы никогда бы не попали в эту страну. Я всегда считал, что Италия самый лучший уголок на нашей планете после Холминда. Но сейчас я вижу, что Индия — это райская обитель! Чем дольше здесь находишься, тем больше удивительного и необычного открываешь для себя.

В комнате появилась Лиза, таинственно шелестя бисерным сари. Ее глаза были жирно начернены сурьмой, а губы ярко напомажены. Она кокетливо встала перед Домбровичем в выразительной позе и игриво спросила:
- Разве я не достойна руки местного принца?

- Тебе прямая дорога в Болливуд! - шутливо ответила я, отводя ее в сторону подальше от Домбровича. - Ты ведь дочь своего знаменитого отца и у тебя есть все данные для хорошей игры, помимо того, что тебе передалась его необычная внешность. Вероятно отсюда все эти проблемы с твоими симпатиями. Кто тебя так разукрасил?

- Местные девушки. Они сказали мне, что с моей внешностью от здешних женихов не будет отбоя. У дядюшки Фреда, оказывается, все местные принцы ходят в приятелях, есть и вдовствующие раджи. Быть может, кто-нибудь из них составит и тебе партию, мамочка! Разве не здорово? Будем жить все по соседству, в разных дворцах и ездить друг к другу в гости на слонах, в худшем случае — на верблюдах.

- Как ты быстро изменила своему решению поскорей вернуться домой. Теперь хочешь остаться здесь навсегда? Но из местного дворца ты уже никогда не выберешься в Бомбей, и тебе придется навсегда забыть родной дом.

- Еще ничего не решено, а ты уже пророчишь конец света! - фыркнула Лиза. - Я знаю, что поможет тебе исправить настроение. Сходи в гардеробную и выбери себе наряд для сегодняшнего вечера. Там столько шикарных вещей! Можно подумать, что сюда завезли целый магазин, и все вещи в нем — бесплатные! Это просто фантастика!

Лиза рассказала мне, как можно добраться до гардеробной, и я попросила Домбровича помочь мне с выбором платья, ведь у Дугласа в гардеробе, случалось, находились эксклюзивные штучки, которые могли порадовать душу.