Мёд по версии Эмми Вайнхаус

               
               
                Мёд по версии Эмми Вайнхаус



Пчела упала в чашку с медом и поняла, что это Рай…
Тот Рай, который жизнь ее погубит, особый день - счастливый урожай,
а рядом разлюбимейшая Смерть с улыбкой до несуществующего уха
И окунулась в чашку с медом Муха, совсем не та, что Цокотуха…
и сразу задохнулась, без мыслей о себе и о потомстве…
Все просто: кому дано, кому исключено из общих правил жизни полотно… 
 

Последний день транзитом пробежал по житию… и в душу наплевал календарю…,
где деньги лишь шажок вдоль шерсти Сатаны к туманным облакам разделочных событий
Нетрезвы гости…, все пьяны, в глазах остатки бывших «чаепитий»,
где чая нет, лишь на столе багдадский пряник и пачка сигарет «Счастливый Странник»,
Где фильтр похож на пулю СВД, а значит оставаться той мишени
в извечной первобытной тишине,
где свечи ненавидят фонари, как спящие неврологические бесы…,
Где фитили лишь змеевидные отвесы,
На темной кухне ожидают Ночь и скоро подадут деликатесы
чужих восторженных хвостов, посыпанных не солью…


Материал из пластилина в руках добра и маргарина,
где зло по разуму живет и ищет копию себя…
Под колыбель поджаренных сирен и добровольное молчанье телефонов
Парящих в облаке чужих диапазонов и ожидающих звонков самих себя…   
Жизнь — это фильм, где пленка иногда потерта и подаются в качестве десерта
Стандарты сытых Малибу, чтоб разлагаться на филе, ресницы, кексы и остатки слез…
От счастья быть в кругу…, покрытым марципаном на вечном бриллиантовом снегу,
Плетущим ивы в корабельные канаты на чужеродном берегу
заманчивых и сногсшибательных открытий лазурных плодородных берегов…


А женщина - Кентавр вскрывает книгу, что названа - «Учебник для самоубийц»
И под чужой триумф воссоздает интригу, давно забальзамированных лиц
Тот взгляд маркизы Помпадур, которую никто не видел…
И с Паркинсоном церебральный Буратино сует свой нос,
Где пластик- хирургия бесполезна…
Бордовый бархатный пиджак, любимый дом для аннексированной моли,
Она помпезна в полетной тишине под люстрой тихий психотропный блюз…
Эйблизм в архитектуре здравой мысли, что здравой назовет не каждый…
Там паутина- спидроин, однажды…, по клейкости своей, как мед без мух и без пчелы
С жестоким наполнителем и ароматом пастилы…


7000 лет до Рождества Христова, там бабочка попала в чашку с медом…
Плевать на мух, на пчел… и не слюной, а чистым свежевыплюнутым медом…
Цветочным янтарем с рукопожатием природы без ржавчины в коленях
И без скрипа подводного кораллового «слипа» …
А бабочка оделась в Возрожденье былых медов, облизывая свой иконный лик
И крыльями поглаживая воздух и восхищая запах земляник
На тех полях, где музыка на арфе паутин равна лучам колючего чертополоха…
Уж такова эпоха, где умный умного не видит, только слышит…
всегда готов смеяться над собой, другим отдав дорогу в сладкий слой
пироженного с перекушенной губой...