Лютики цветочки

Поехала за посылкой — пришли любимые масла: жасмина, нероли, дамасской розы и ладана.

Ароматы — моя большая и трепетная любовь. Потому что любой аромат — это амрита. И сердце, живущее в любви, тоже источает амриту.

Смола, из которой получают ладан, начинает вытекать из дерева, когда его кора трескается.

Трещина — знак, что дерево готово делиться. Так же и сердце. Запертое в кожуре эго, оно не может делиться ароматом любви.

Открываться для эго страшно. Кажется, что все только и ждут, чтобы ранить. Но и не раскрыться невозможно.  В этом суть замысла. Уязвимость — ещё одна ступень в свои глубины.

Бутылочки с маслами уже были в руках, когда увидела их — мои любимые садовые лютики. Тонкие и нежные, с невероятно хрупкими стеблями.

Лютик садовый не пахнет, но весь его вид — об этом. Он раскрывает миру свою уязвимость очень осторожно. И постепенно. И учит нас именно этому.

Когда-то пыталась делать лютики из бумаги. Много. Десятки. Вырезала разные формы лепестков, складывала их и так, и сяк, собирала, разбирала, начинала заново.

Смотрела на фотографии и пыталась поймать его характер. Но каждый раз ловила ощущение: всё не то.

Другие цветы получались, а этот малыш не давался, ускользал. Я делала их снова и снова, пока не поняла, что ищу не форму, а ощущение хрупкости и уязвимости.

Ищу его невидимый аромат и сияние — как дети, которые подносят лютик к подбородку и смотрят, загорится ли на коже золотой свет.

Лютик — странное существо в мире растений. У него тонкий, ранимый стебель. Четыре цветка в букете тут же согнулись, как только поставила их в вазу.

Но один остался. Самый устойчивый. И стало понятно: уязвимость ломает не всегда. Иногда именно она и держит.

В природе лютики почти никогда не растут поодиночке. Они собираются группами. Кто-то раскрывается первым. А рядом другие тихо держат поле, пока сами набираются смелости

Сначала видишь один цветок, потом второй и вдруг понимаешь, что всё поле усыпано маленькими чашами. Будто вся земля вдруг начинает тихо пульсировать и светиться.

В северных легендах лютики называют чашами фей. Говорят, ночью маленькие духи природы собирают в них росу и прячут солнечный свет. Даже в пасмурный день лютик выглядит так, будто внутри него живёт сердце, которое однажды всё равно откроется.

Лютик любит расти там, где земля встречается с водой. Это места, где легче всего почувствовать мир чувств, тонких состояний — мир того, что не объясняется словами. Как и ароматы.

А садовый лютик — ранункулюс — раскрывается медленно, слой за слоем, лепесток за лепестком, то становится похожим на сердце, которое решилось открыться миру.

Почти как дерево босвеллия, источающее смолу ладана, ранункулюс делится нежностью и светом.

Сегодня у нас очередная встреча в Клубе. Вижу, как изменилась каждая из вас. Из ранимости и уязвимости стала рождаться мягкая сила — сила красоты, любви и света. И приходит мысль: ах, вот мы какие — лютики-цветочки. Аленькие да удаленькие.
;;;;;;

До встречи в эфире. ;;;;;;;;