***

Прошел месяц...
Этот бесконечный месяц тянется будто вечность — бессмысленно, куда-то вперед, а я в нем словно бесцельно существую. Такая душевная пустота. Я уже разучилась смотреть на часы... нормально. Я смотрю на них и вижу не цифры, а пропасть, которая сейчас между нами, будто расстояние, пожирающее меня заживо. Тысячи, тысячи километров от меня.
Плохо. Так плохо, что хочется выть! В этой квартире так тихо, что я слышу, как в моей груди бьется сердце, и этот звук кажется мне слишком громким и слишком одиноким. Я поймала себя на том, что сижу и смотрю в пустоту. Просто смотрю. Мне кажется, если очень сильно захотеть, он вдруг позвонит, скажет свое первое «Привет, родная»... Глупо, да? Я знаю.
Я обнимаю его толстовку, а она уже почти не пахнет им. Но я вру себе, делаю глубокий вдох и зажмуриваюсь. На секунду становится легче, а потом накатывает с новой силой. Я не знаю, чем себя занять. Всё валится из рук. Книга не читается, музыка раздражает, и на работе как робот. А вечером просто сижу в тишине и жду. Жду звука лифта, шагов на лестнице, звона ключей. Вдруг он придет и скажет: «Я дома! Давай, собирайся, съездим в торговый центр, погуляем!» Как раньше... Я на скорую руку собиралась и мы заводили нашу Рено и летели.
А сегодня мне впервые пришлось самой заводить машину. Без него.
Без него.
Мне кажется, что весь мир куда-то ушел, а меня забыли. Спрятали под стеклянный колпак. Я вижу, как за окном движутся машины, идут люди, а я здесь застыла. Я не живу, пока его нет. Я просто жду, когда начну жить.
Но оказывается, ждать — это тоже жизнь. Только такая... тихая. Без голоса, без шагов, без его рук на моих плечах. И в этой жизни я учусь дышать за двоих, потому что ему там сейчас, наверное, в тысячи раз труднее. Ему, как и мне, не хватает воздуха! Но расслабляться нельзя: впереди коварный враг, значит, надо идти вперед. Потому я молюсь всем небожителям, всем святым, каждой клеточкой чтобы ему хоть как-то помочь: спасите и сохраните моего героя. Моего солдата. Моего самого родного, моего дорогого мужа.