После

Это случилось после войны.
Мне было двенадцать —
почти тринадцать.
Брат был старше на пять лет
и уже делал вид,
что всё понимает.

Мы оказались в небольшом городе
в центре страны,
недалеко от западного побережья.
Не потому что выбрали,
а потому что туда
вели дороги.

Железную дорогу восстановили.
Поезда снова ходили —
нечасто,
но уверенно,
как если бы им тоже
нужно было привыкнуть
к мирному времени.

Тем летом можно было поехать к морю,
если были деньги.
Всего несколько часов —
и вода,
которая ничего не знала
о том, что было раньше.

Город жил осторожно.
Люди говорили негромко,
как будто громкие слова
могли что-то вернуть.
Взрослые смотрели вдаль,
дети — на рельсы.

Мне казалось тогда,
что это и есть начало:
поезд,
дорога,
море где-то рядом,
и ощущение,
что жизнь снова учится
двигаться вперёд.

Я думаю,
это было первое лето,
когда будущее
стало выглядеть
не как обещание,
а как возможность.