9. Декабрь 1607-апрель 1608 гг, Лжедмитрий II

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Осада Брянска затягивалась. Его защитники делали вылазки и трепали войска “Дмитрия”. А 14 декабря посланные Шуйским отряды форсировали Десну и при поддержке осаждённый прорвались в Брянск, пополнив ряды защитников. Сразу после стычки оказалось, что это были лишь отдельные части, а основное воинство дождалось ночи, чтобы ночной мороз сковал реку, и после этого ратям “Дмитрия” пришлось отойти от города. Скоро стало известно об отправке Шуйским ещё одного существенного подкрепления.

-Наши войска тоже пополняются, - говорил гетман Меховецкий “Дмитрию”. - Но гораздо хуже! К тому же пополнение разношерстно и малоуправляемо. Каждый казачий атаман или шляхтич считает себя самостоятельным полководцем, которому я - гетман - не указ! Мы не сможем противостоять у Брянска объединённым полкам Шуйского. Нужно уходить. Предлагаю вернуться в Стародуб!

-Давайте лучше уйдём поближе к казачьему краю, - предложил наперсник “Дмитрий” - казачий атаман Иван Заруцкий. - Сигизмунд пока не признаёт тебя, господарь, а его подданные ненадёжны. Они грызутся друг с другом, поэтому Сигизмунд склонен мириться с Шуйским и может выдать тебя ради недопущения войны с Москвой. А для казаков ты - законный царь. У них всегда укроемся в случае неудач. Я тебе с Дона приведу целую армию, вот увидишь!

Доводы Заруцкого перевесили. “Дмитрий” ушёл сначала в Карачев, затем обосновался в Орле. Втайне он готовился убежать и стать безымянным казаком, так как в противном случае предчувствовал свою гибель. Поляки и литвины его презирали, требовали платы и боролись между собой за влияние. А казачьи атаманы сами претендовали на роль если не царя, то царевича. Только на чернь и можно было положиться. Стремясь пополнить своё воинство крестьянами, “Дмитрий” рассылал грамоты, где обещал им многие, иногда неслыханные привилегии.

-Пусть холопы перешедших на сторону Шуйского князей и бояр присягают мне и получают за это поместья своих господ! - говорил “Дмитрий”. - А если там остались господские дочки, то пусть холопы берут их в жёны. Только бы верно служили мне!

Наступила весна. Один из шляхтичей именем Александр Лисовский собрал отряды из казаков и болотниковцев для рейда на взывающих о помощи Рязанщину и Тульщину. Меховецкий обещал последовать за Лисовским со всей армией. Хорошим подспорьем явилось возвращение Заруцкого с пятью тысячами донцов. Однако обещанию дано было сбыться лишь через полтора месяца.

Виной задержки стали польские наёмники. Они затребовали денег за несколько месяцев и за будущий поход. У “царя” и гетмана их не водилось. Начались пререкания. От наёмников выступал один из их вождей - Роман Рожинский. Он проявлял к “Дмитрию” пренебрежение, угрожал уходом. “Дмитрий” с Меховецким уже были не против отпустить этих ненадёжных бунтовщиков, но тут в дело вмешался Заруцкий. Он вступил с Рожинским в заговор, уговорил его и наёмников остаться. Первому дал звание царского гетмана, отобрав его у Меховецкого, а вторые получили обещание обогатиться, когда скинут Шуйского.

“Дмитрий” был в бешенстве, ведь считал Заруцкого личным другом. Теперь выяснилось, что после увеличения своего веса за счёт донцов, Заруцкий перестал считаться с “царём”. Оскорблённый Меховецкий забрал своих сторонников и покинул “Дмитрия”.