Не буди лихо, пока спит тихо

 
      Этот рассказ можно назвать  и так- "Контрольный выстрел"

        В этот вечер ничто не предвещало конфликта.  Муж обречённо сверлил
  стену,  видите ли жене Шурочке понадобилось повесить на стену панно.
     Он- красный от напряжения и от досады за потраченное время на какую-то
  хрень,  считал, что мог бы с бОльшей пользой  для себя провести этот вечер:
  смотреть футбол на пару с бутылкой сухонького или мокренького и, чтобы рядом
  сидела не жена.
     Вот - это кайф!   А тут жена канючит: просверли, да просверли.

         Но, вдруг, семейную идиллию прервал телефонный звонок. 
  Муж поднял трубку, затем отдал жене по просьбе звонившего.  От чего, занудно
  мучившая досада увеличилась в разы и он тот час, спонтанно, решил обернуть 
  минутный разговор жены против неё, усмотрев в нём из ряда вон выходящее
  и недопустимое, разыгрывая сцену ревности.      И тут же на его лице маска
  обречённости превратилась в негодующую.

  - Почему тебе в такое время звонит мужчина?  И почему он звонит, как к себе
    домой?  И как часто он звонит?  Может я помешал вашему свиданию?..

     И посыпались  почему-почему в разных падежах и с разными глаголами.
  Высказанные обвинения, усыпанные унизительной неправдой в сознании Шурочки
  не могли усвоиться от их надуманности.
  Ни разу не было причин, чтобы усомниться в Шурочкиной верности и, значит,
  оскорбиться таким звонком. 
         
    Жена, сражённая наглым оговором, растерянно стояла молча, как школьник 
  у доски, желая оправдаться, беззвучно открывала рот, подобно рыбке без воды.

   В их семейной жизни, как у всех, возникали разные вопросы, но... не такого же
  плана.
     Шурочка умела прощать мелкие обиды, улетающие прочь под мирным взглядом
  и спокойной улыбкой  любимого супруга.

     Лицо супруга, увлечённого новой ролью ещё больше пунцовело, он заикался,
  выискивая новые обвинения на кротко молчащую Шурочку.
  Муж понимал про ложность обвинений, но думал только о себе.

     Жена смотрела на разыгранный спектакль, волна протеста тихо поднималась
  в её душе.
     Казалось, упиваясь собственной ложью муж испытывал настоящее удовлетворение
  от собственного бунта.
                Но настоящий бунт ждал впереди.

     Неминуемый, он хлынул во всем своём  величии, сокрушительной силы, как
  волна цунами, зародившаяся в Шурочкиной душе.
     Решение было не спонтанное и, только что молчавшая, Шурочка заговорила:

  - Какие грехи ты у меня выискиваешь? Уж, не такие же, что у тебя?
    Я давно догадываюсь- где ты пропадаешь ночами...

    Этот ответный вопрос жены просто ошарашил увлёкшегося мужа: он остановился
  на пол-слове, поражённый её смелостью, бросившей слова правды прямо ему
  в глаза.
      Муж, довольный  кротостью Шурочки, был уверен в её молчаливом терпении
  и смирении, как говорится- до конца дней...

       Но... за пару минут они поменялись ролями, не он, а она стала судьёй.
      Жене было в чём упрекнуть его и она безжалостно продолжала- Я не верю
  твоим отговоркам...
     Казалось, дальнейшими правдивыми словами своего разоблачения, Шурочка,
  как пулями стреляла прямо в сердце мужа.
    Это была её музыка и в этом оркестре она вела сольную партию.  Партию,
  принесшую очищающий эффект, поразивший, как извержение вулкана, подаривший
  разрядку её душе!

     Теперь он, прижатый не надуманными фактами, молча сидел отвесив  челюсть,
  хлопая глазами.
      Жена, довольная экстазом, взглянув напоследок на морально убитого мужа,
  с нескрываемой иронией произнесла:

   - Чья бы корова мычала, а твоя... молчала!..

     Эти слова были контрольным выстрелом в голову озадаченного мужа.
    Палач, не желая видеть, как умирает его жертва, с такими словами
                удалилась!..
   

      http://proza.ru/2026/03/09/335