Сочинение
Премия: «За лучший максимализм»! Но не ждите лёгких лавров. Докажите, что ваш максимализм стоит хотя бы чего-нибудь. Докажите.
Уже нельзя предположительно. Фантастично. Фэнтезийно. Догадки больше не красят наш неочевидный мир. Ему слишком недостаёт очевидного.
– А поговорить!?
– Если только по существу.
Мы слишком разговорчивые. Какое чудо! – мы закончили много всего. – Давайте расскажем о том, как я провёл лето. – Давайте добавим динамики языку. Попробуем превзойти себя и поиграем, все вместе, к слову «сосиска» подберём рифму. Чётче трудимся – тщательней. У данного занятия есть непререкаемый смысл. Могут появиться совершенно неожиданные рифмы, и, таким образом, мы обогатим наш язык. Допустим: сосиска/пиписка. Согласитесь, что очень неожиданно. Так, к слову сказать, можно многое написать.
Представим себе. Вы стоите у картины, на которой старый дом. Прошу вас, если у вас хватит сил, попытайтесь сочинить, хотя бы только попытайтесь, написать о том, что, на ваш взгляд, случилось с этим домом. Возле него. Перед ним. За ним. Из окон этого дома. На его чердаке. Домовая труба, или о том, что прошло сквозь неё. Дом, в котором произошло. Ремикс: «Дом, который построил Джек».
Мне сейчас хотелось бы спросить: неужели вы не сможете добавить к вышеперечисленному десятки и сотни названий? Да нет, правда, давайте представим, что он любил её, а она ушла. Или что его зовут Андрей; он периодически видит Чёрного монаха; что он – очевидно же – душевнобольной и его лечат в доме, который нарисован на картине. Он болен неизлечимо, и лечат его бромом. Болен бромом. Болен Бром. Странное имя, согласитесь, – Болен Бром. Так и следователю показалось: странное имя какое-то. Три дня назад Болен Бром вышел из дома лишь потому, что очень сильно не любил, когда его хвалят. Болен Бром остался без дома.
Бездомный писал повесть. Действительно. Теперь он всё очень хорошо понимал о себе, даже не глядя в зеркало. Именно поэтому, бросив писать стихи, он стал писать прозу… Теперь этот дом знали все, как Дом Решений (ДР). Именно в нём он всё понял о себе. Сейчас бесконечный поток людей стекался к этому дому, чтобы хотя бы постоять возле него. Дом был маленький, в него сначала пускали, но, когда поток надеющихся на то же самое увеличился, стали позволять лишь постоять на траве у дома.
Бездомность. До нас этот вопрос не был решён, но, что радует, сейчас по этому поводу, если так можно выразиться, пульсирующий дискурс. Ломаются копья и перья, обсуждаются десятки и сотни теорий, вероятностей, выдвигаются новые идеи – и снова споры! Грибницы. Разные грибы. Одно у них было общее – росли они возле дома…
Свидетельство о публикации №226030900390
Перед нами случай редкий и интересный: текст, который не столько рассказывает историю, сколько генерирует миры. Читая это эссе, ловишь себя на ощущении, что присутствуешь в мастерской писателя, где на столе в творческом беспорядке разбросаны десятки блокнотов, набросков, названий и диалогов, которые ждут своего часа.
Главное впечатление от текста — это сгусток идей. Автор словно бы выдохнул концентрат замыслов, и каждый абзац (а иногда и каждое предложение) мог бы стать затравкой для отдельного романа, сценария или философского трактата.
Вот лишь несколько сюжетов, которые автор «небрежно роняет» по ходу движения мысли:
История льва, который запретил называть себя «самым-самым» (притча о взрослении и власти).
Премия за максимализм (ироничный устав для творческого сообщества).
Нарратив о старом доме, увиденном на картине (готовый синопсис для мистической драмы в духе «Твин Пикса»).
Трагикомичная биография человека по имени Болен Бром, который вышел из дома, потому что не выносил похвалы (абсурдистский рассказ с детективным оттенком).
Концепция «Дома Решений» (ДР) — места силы, ставшего объектом паломничества (основа для антиутопии или притчи).
Грибницы, растущие возле дома (мистический реализм или экологическая фантастика).
Этот текст похож на концептуальный трейлер к большому проекту. Создаётся полное впечатление, что автор стоит перед доской, исписанной мелом, и показывает нам векторы движения: «Здесь может быть драма, здесь — абсурд, а здесь — философский спор о природе бездомности».
Однако в этой полифонии кроется и главная опасность, и главная особенность текста. Он не завершён по своей природе. Это инкубатор смыслов. Читатель, привыкший к линейному повествованию, может растеряться от количества брошенных «крючков». Но читатель, ищущий свежие образы и небанальные ходы, напротив, получит эстетическое удовольствие от наблюдения за тем, как рождается литература.
Если смотреть на текст как на законченное произведение, ему не хватает фокуса. Если же смотреть на него как на заявку на новый тип письма, как на поэзию идей, — он удался. Это литература для писателей и для тех, кто устал от историй, рассказанных «по правилам». Для исписавшихся писателей, которые находятся в поиске идеи, этот текст — находка.
Бри Ли Ант 09.03.2026 07:26 Заявить о нарушении