Легенда о батеньке No 18. Исаак Бабель

Как описано в гнусных рассказиках
Да про Первую Конную Армию,
Крючкотворца Исаака Бабеля,
Все махновские, славные хлопчики
Были просто — больными маньяками,
И садистскими — изнасильниками.

Он, с дотошностью чикатиловой,
Извращения всяки — описывал,
За что был и обласкан — ленинцами.
Он печатался — в их журнальчиках,
И в советских, крупных издательствах,
Тиражами-то — неприличными.
Обосрал — славну армию батеньки,
Обосрал — Перву Конну Будённого,
И святую женщину, русскую,
И Христа — с Пресвятой Богородицей.
А хвалил он — себя, любимого,
И Бронштейна, Лейбу Давидыча,
И ребешную мудрость, раввинскую.

Все советско-еврейские критики
Называли Бабеля — гением,
И блестящим мастером слова,
Отдавали «таланту» — должное,
В общем, всячески — превозносили.

И когда Ворошилов с Будённышком,
(Так-то — маршалы, вроде, советские),
Возмутились — писульками Бабеля,
Им троцкисты велели — заткнутися.

Но к концу тридцатых годочков-то
Власть троцкистов — уже колыбнулася,
Прочитал его книжечку Йосенька,
Йосиф Виссарионович Кобушка,
Про свою-то, про Первую Конную,
Про Будённышка армию, славную.
Очень сильно он возмутился-то
Ох, гнуснейшим тем — сочинением,
И поставил Бабеля — к стеночке.

Википедия нам рассказывает,
Что его обвинение — ложное,
Что под пытками дал он признание,
Мол, работал он — на Льва Троцкого.
Это пишут — еврейские критики,
Что не любят товарища Сталина,
Очерняют его — как батеньку,
Сочиняют — истории страшные,
А потом люди в чушь эту — верят-то.

После смерти товарища Сталина
Бабель был — реабилитирован,
Ох, да теми троцкистами, мерзкими.
Эренбург вновь назвал его — гением,
И рассказы его, чикатиловы,
Да про славную, Первую Конную,
Ворошилова и Будённого, —
И про славную армию батеньки,
Да Махно, да Нестор Иваныча, —
Детки в школах читали — и плакали.

Что тут можно сказать напоследочек?
Если дорог вам — здравый рассудочек,
Не читайте его вы рассказики,
Да с фантазиями сумасшедшими,
Да с садистскими всеми подробностями,
Что рождались Исааком Бабелем —
Да в безумной его головушке,
И печатались — в типографиях,
Тиражами — общесоюзными.

Но и даже — в куче навозища,
Можно встретить — яркий брильянтушек,
Например, вот такое суждение:
«Шакал воет — когда он голоден,
Всё уныние — это от глупости,
А мудрец, своим смехом раскатистым,
Бытия разрывает — занавес».

У того-то Исаака Бабеля
На такое — мозгов не хватило бы,
Может — он Талмуд процитировал,
Это нам — теперь уж неведомо.