Глава 23. Ещё одну лишь реку переплыть

     Оставшись одна, Эльвира бросилась в кресло, прижав руки к пылающим щекам. Ей хотелось то засмеяться, то зарыдать. Она не сделала ни того, ни другого, а вскочила на ноги. Необходимо было действовать. Не было времени размышлять о сделанном и ещё не сделанном. Сомнения, сожаления лишь отвлекут от цели.
     «Ещё одну лишь реку переплыть, - вспомнила она вдруг слова студенческой песенки, которая весь этот день механически крутилась в её голове. – Но воды реки так опасно вздулись, не унесёт ли меня поток? Но я не останусь, дрожа, на одном берегу, когда на другом - свобода для Дика, и счастье для нас обоих».
     Подойдя к письменному столу, она вытащила телеграфный бланк и после краткого раздумья написала длинное подробное сообщение. Перечитав его и найдя удовлетворительным, она позвонила.
     Вошедшему Брауну она сказала:
- Отнесите это сейчас на почту – лично.
     Ирландец с некоторым трудом вчитался в послание, и на его лице отразилось ликование. Оно было адресовано начальнику сыскной полиции Эдинбурга.
- Так вы его подцепили, мисси? Попался на крючок? – прокаркал он. – Я не надеялся на это, провожая джентльмена в будуар.
- Завтра вы ещё раз проводите его сюда. В последний раз, как бы затем не повернулась судьба.
     Уродливое лицо Брауна помрачнело.
- А когда судьба повернётся к вам лицом, я вам больше не понадоблюсь, ведь так? Мистер Кэмерон предпочтёт слугу, который не хромает на обе ноги.
- Не болтайте чепухи, а поспешите на почту и сразу возвращайтесь. Завтра вы должны многое сделать для меня, и требуется всё обсудить.
…
    На следующий день произошло неожиданное событие, но оно скорее поспособствовало её планам, нежели помешало им.
     За завтраком ей принесли записку от Кеннеди вместе с маленьким запечатанным пакетиком. Записка гласила, что он явится сегодня после полудня. Пакетик она принялась вскрывать с бьющимся сердцем. Её внимание привлекла печать, на которой когтистая лапа орла сжимала кинжал и имелась надпись, которую она прекрасно знала: «око за око». Со времени личного знакомства с Кеннеди она нередко повторяла этот геральдический девиз в уме, вот только угроза, содержащаяся в нём, предназначалась ею самому владельцу герба, который так безжалостно применил его – против бедного Джонни.
     Её пальцы дрожали, ломая печать. Внутри была картонная коробочка и, подняв крышку, она, с пресекшимся на миг дыханием, увидела квадратный опал – тот самый! – вставленный в старинное кольцо с гравировкой. Оно немного отличалось от образа, который у неё сложился: опал был меньше, бирюза была более зелёной, но в целом всё было таким, как она представляла. Вынув его из ватного ложа, она взглянула на внутреннюю сторону кольца. Всё верно: снова когтистая лапа и грозные слова, полустёртые временем, но различимые. Многие носили это кольцо, и в их числе Джонни, спавший теперь вечным сном в далёкой могиле. Держа кольцо, Эльвира словно погрузилась в дремоту, краткий сон, в котором ей привиделись лачужка, толпа, человек со связанными руками, которого грубо толкают в направлении ольховой рощи.
     Вздрогнув, она вернулась к реальности.
     Оставив завтрак, она прошла в будуар и через несколько минув, зажав фонарь в одной руке, кольцо – в другой,  торопилась по тёмному подземному переходу. Когда крышка люка поднялась на другом конце, она смогла лишь молча протянуть кольцо мужу – сил говорить у неё сейчас не было.
     Он взял его и поднёс к фонарю, чтобы лучше разглядеть в тёмном помещении.
- Да, это оно.
     Она обрела голос.
- Ах, Дик! Я не сомневалась в том, что это оно. Но я хотела услышать твой голос. Мы спасены, Дик! Спасены! Скоро мы будем свободны!
     Она помедлила, стараясь овладеть собой, и продолжила, понизив голос:
- И вот ещё доказательство. Ему оказалось легче прислать кольцо, чем принести его. Ему страшно надеть его мне на палец самому, потому что он боится, он суеверен. Я поняла это вчера, и я рада этому.
     Она помолчала и добавила:
- Он придёт сегодня в три.
     Дик посмотрел на неё с тревожным вопросом.
- Думаю, ещё не пробьёт четырёх, как игра будет окончена.
- Разве она уже не окончена, раз кольцо у нас?
- Мне нужно большее.
- Что же?
- Признание. Тогда дело будет сделано.
- Но как ты его добьёшься?
- Coup de main*! Другого способа нет.
- Такого способа нет вообще!
- Не думаю. Я верю, что ещё до захода солнца я услышу признание Кеннеди в том, что он убил Джона Кэмерона. И не только я его услышу, другие тоже – неведомо для Кеннеди. Он будет говорить перед свидетелями, не зная о том. Эти свидетели уже на пути сюда, я получила ответ из Эдинбурга. И если всё пойдёт по плану, то он не выйдет из моего дома свободным человеком.
- Да простит его Бог! – прошептал Дик.
- Пусть Бог его простит, Он может себе это позволить. Я – нет. Я не прощу убийцу и предателя, притом труса, который обрёк на незаслуженное наказание невиновного человека. Вот и всё! Ещё одну лишь реку переплыть! Ах, если б я уже была на другом берегу! Но нельзя терять времени, я пришла только, чтоб показать тебе кольцо.  До свиданья, Дик! Нет! В последний раз -до свиданья, миссис Уилсон!  Завтра уж не будет никакой миссис Уилсон.
Она попыталась улыбнуться и поцеловала его.
…
     Вернувшись к себе, Эльвира столкнулась с Брауном, который подал ей визитку.
- Джентльмен ожидает в гостиной! – прошептал он с драматическим видом.
Эльвира взяла карточку:
- Томас Пек, офис главного констебля, Эдинбург, - прочла она. Внизу более мелким шрифтом было напечатано: «отдел уголовного розыска».
- Прекрасно, - сказала она с заблестевшими глазами. – Проводите джентльмена в будуар.

Примечание:
* сoup de main [французский] — западный военный термин, обозначающий оперативный или тактический приём добивания противника.