Двуликий Янус

Подражание Катрин д Онуа

          Давным-давно, в незапамятные времена, именуемые феодальными, вся Европа была разделена на множество мелких королевств, и было там множество мелких королей. Конечно, каждый король считал себя великим…  Но оставим это заблуждение на их совести.
          Так вот, в одном королевстве жила бедная многодетная семья. Отец служил лесничим у местного короля, но жалование получал маленькое и не всегда. Не то, чтобы король был жаден, - просто его величество вечно забывал о нуждах своих подданных. Поэтому, чтобы прокормиться, папаша еще немножко браконьерствовал в королевских лесах. Мать вела хозяйство, держала огород и козу, а дети росли сами по себе, пока не приходила им пора начинать работать. Так шло время… Потом дети выросли, дочери повыходили замуж, сыновья подались в город на заработки, и остались старики одни.
          Как вдруг у них родился еще один, последний сынок, - да такой красивенький, что словами не описать! Стали они думать, как теперь его на ноги поставить? Уж очень им хотелось, чтобы жизнь мальчика сложилась лучше, чем у них у самих. Вот тогда старый лесничий и сказал:
          - Дорогой сынок! Не можем мы тебе дать ни знатности, ни богатства. Так пусть уж тогда ты будешь хитрым и ловким, как тот заморский хитрец по прозванию Фигаро, который, как говорят, любого вельможу мог вокруг пальца обвести! Поэтому назовем тебя Фигоретто.
          - А лесничиха сказала:
          - Продам козу, но ребенка отправлю в школу. Пусть научится грамоте, в жизни ему это пригодится.
          Так и порешили.

          Фигоретто рос красивым и умным мальчиком, а к тому же ловким и хитрым. Но он не был вредным, жадным и злым, и против добрых людей хитрости свои не использовал. 
          С утра Фигоретто бежал в школу в соседнюю деревню, потом возвращался домой, помогал матери по хозяйству, или шел в лес охотиться на кроликов. То есть браконьерствовать, - ведь в королевских лесах охотиться мог только король, все остальные охотники считались браконьерами. 
          И вот однажды король со сворой придворных и со свитой собак… То есть, пардон, со свитой придворных и со сворой собак охотился в лесу. Его егеря, доезжачие и прочие заметили мальчика, который из самодельного лука подстрелил уже двух кроликов и как раз прицелился в третьего. Фигоретто схватили и привели к королю. Ребенок очень испугался, но решил не подавать виду. Он был хитер и уже тогда знал, как действует на людей его милое лицо и ослепительная улыбка. 
          - Так это ты посягал на мою королевскую дичь? – грозно спросил король.
          - Ну, что вы, ваше величество! – любезно ответил Фигоретто. – Ваша королевская дичь – благородные олени и кабаны! Я же посягал лишь на кроликов. Моя добыча – это добыча бедняка.
          И он показал двух кроликов, висевших у него на ремне.
          Король перестал гневаться и весело рассмеялся:
          - Этот малый слишком хорош, чтобы скитаться по лесам! Возьмем его с собой во дворец, пусть станет одним из моих пажей.
          Распоряжение короля тотчас же было исполнено. Фигоретто посадили на лошадь и, не спрашивая его согласия, повезли во дворец. Там велели умыться, переодели в костюм пажа и коротко объяснили, в чем будут заключаться его обязанности.

          Обязанности оказались несложные – торчать в приемной, чтобы все видели, какой у короля хорошенький паж, или слоняться по дворцу, выполняя мелкие поручения царствующих особ и придворных дам. Жалования ему король не назначил, - опять-таки, не из жадности, а потому, что не подумал. Зато придворные дамы, которым он поднимал платки, подавал стаканы с напитками и носил любовные записки, всякий раз давали ему или монетку, или какой-нибудь подарок.
          Фигоретто вовсе не возражал, чтобы вот так пожить во дворце на всем готовом. Его только огорчало, что он не успел ничего сообщить отцу с матерью. Но он был, как уже сказано, хитер и ловок. К вечеру у Фигоретто в кармане скопилось пять серебряных монет и даже один золотой. Он подкупил слугу, которому разрешалось выходить из дворца, и отправил его к родителям с запиской - вот когда пригодилась грамота! Еще он просил слугу передать родителям оставшиеся монеты, но второго поручения слуга не выполнил; записку отдал, а деньги пропил. Узнав об этом, Фигоретто ничего не сказал, но про себя подумал: «Вижу, что я еще недостаточно хитер. Здесь, во дворце, мне предстоит многому научиться!».

          Король был вдов, королева покинула этот мир, оставив ему единственную дочь – прекрасную принцессу Туанетту. Принцесса не помогала отцу в управлении государством, не желала изучать политику, историю, географию, равно как экономику и юриспруденцию. Она любила балы, фейерверки и прочие светские увеселения. Еще она очень любила наряды и драгоценности. К каждому празднику король дарил дочке новое платье. И любой из иноземных послов, прибывших ко двору, подносил принцессе какое-нибудь драгоценное украшение. Когда же Туанетте минуло шестнадцать лет, ко двору стали являться женихи – разнообразные принцы, герцоги, дожи и даже султаны восточных стран, - и все привозили дорогие подарки. Принцесса подарки принимала, но женихам отказывала.
          Фигоретто в ту пору тоже минуло шестнадцать лет, и он начинал задумываться о своем будущем. На него по-прежнему сыпались со всех сторон мелкие подарки и деньги, которые ему давали не столько за его службу, сколько за красивое личико. Но постоянное жалование так и не было ему назначено. И вообще – сколько можно быть пажом? В десять лет такое положение представляется заманчивым, в пятнадцать-шестнадцать – тоже неплохо… Но не оставаться же мальчиком на побегушках до самой старости! Когда он хотел вступить в королевскую гвардию, над ним посмеялись, когда он просил включить его в состав посольства, отправлявшегося в дальние страны, король разгневался и даже думать о путешествиях запретил… Иной раз юноше хотелось просто сбежать из дворца и снова стать браконьером!
          Быть может, он бы именно так и поступил. Но тут старый король скончался, - и началось!..
          Принцесса Туанетта взошла на трон.

          Не дожидаясь окончания траура по отцу, юная королева устроила пышный бал с фейервеками и фонтанами шампанского, заказала себе тридцать три новых платья, расшитых золотом и бриллиантами, чем нанесла государственному бюджету ущерб, равный землетрясению, засухе и небольшой войне, - если бы все это случилось одновременно. Старых советников, которые пытались ей объяснить, что так поступать нельзя, она велела бросить в тюрьму… Но все же некоторые их поучения дошли до ее мозгов: Туанетта решила пустить в ход свою красоту, чтобы пополнить государственную казну.
          А еще прекрасная королева решила: если до сих пор женихи или их посланцы просто привозили подарки и возвращались восвояси ни с чем, то теперь – пусть они не возвращаются вовсе! И придумала - после получения подарков надо подвергать каждого из знатных искателей ее руки трем испытаниям: мол, кто исполнит три ее поручения, за того она пойдет замуж.
          Королева воистину была ослепительной красавицей. Видя такую красоту, легко было не заметить ее дурных качеств – легкомыслия, тщеславия и жестокости. Поэтому женихи слетались к ней, как бабочки на огонь. Каждый дарил Туанетте бриллианты, рубины и жемчуга, потом она отправляла их с какими-то поручениями, - и больше никто этих людей не видел. А, поскольку они не возвращались, то и не могли никому поведать, что за испытания предлагала им королева.
          Таинственность происходящего придавала молодой королеве еще больше очарования в глазах поклонников. Только простолюдины качали головами и говорили: «Как жаль этих юношей!.. Куда она их всех спровадила, бессовестная? Господи, и когда ж это кончится!..»
          Фигоретто понял, что пробил его час.

          Будучи придворным пажом, Фигоретто несколько раз на дню попадался на глаза принцессе, а затем королеве Туанетте. Но венценосная красавица никогда не удостаивала вниманием юношу из простой семьи. Разумеется, многие придворные дамы говорили о его красоте, - но ведь и другие пажи тоже были недурны собой… Так что Фигоретто почти с уверенностью мог сказать, что королева не знает его в лицо.
          Риск, конечно, был. Но сын лесничего не зря получил имя в честь знаменитого плута Фигаро! И он решился на обман века: собрал все свои сбережения, купил полное обмундирование заморского принца – черный бархатный камзол, ботфорты, шляпу с пером и шпагу, - и в таком виде однажды предстал перед королевой Туанеттой.
          Когда его ввели в зал приемов, Фигоретто раскланялся по всем правилам придворного этикета и произнес следующую речь:
          - Позвольте представиться, королева, царица моих снов! Я есть никто иной, как наследный принц Аналастанского королевства! (это он читал когда-то книжку про «королевскую аналастанку», в книжке так звали  кошку). Королевство Аналастан находится очень далеко, но моя безграничная любовь вела меня через горы и моря, невзирая на страшные опасности. Вы должны простить меня, королева, за мой скромный наряд и за то, что я не привез подарков, ибо в пути на меня напали разбойники… Они убили моих верных слуг, похитили несравненные сапфиры, топазы и рубины, которые я вез вам… Но само небо сохранило мне жизнь, чтобы я мог предстать ныне перед вами и положить к ногам вашим самый ценный дар – свое сердце! Прошу вашей руки и уверяю, что, доверившись мне, вы никогда об этом не пожалеете! 
          «Кажется, я его где-то видела… - подумалось королеве. – А, впрочем, нет – вот так, без подарков, ко мне еще никто не являлся, он первый! Это даже забавно…»
          Вслух она сказала:
          - Сеньор любезный, а известно ли вам, что всех искателей моей руки и моей короны подвергаю я испытаниям? И что испытания эти весьма трудны и опасны?
          - Да, я слышал об этом, - ответил Фигоретто.
          - А знаете ли вы, что тем, кто не выдержал испытания, я велю рубить головы?
          - Да, я наслышан и об этом.
          - И это вас не пугает?
          - Нисколько!
          - Тогда слушайте – вот испытание первое. Когда-то давно, купаясь в лесном озере, уронила я с руки перстень… Завтра утром вы отправитесь туда. И, если к вечеру не найдете перстень, то вам отрубят голову. Все понятно?      

          Утро следующего дня застало Фигоретто на пороге отцовской хижины.
          - Что стряслось, сынок? – изумился старый лесничий, увидев сына в костюме принца. – Что за маскарад?
          - Не обращай внимания, - отвечал Фигоретто. – Тем более, что костюм этот я сейчас сниму, одену самую простую одежду, и мы с тобой двинемся на лесное озеро. Королева там потеряла перстень, надо найти.
          О том, что ему могут отрубить голову, Фигоретто не сказал, чтобы не огорчать родителей. Он быстро переоделся в простое платье, и они с отцом отправились на озеро. Старик прихватил с собой бредень и другие рыбацкие принадлежности. Весь день они шарили по дну озера, поднимая тучи ила, попутно наловили изрядно рыбы, из которой лесничиха сготовила наваристую уху, а к вечеру – нашли-таки перстень.
          Наспех поужинав с родителями, Фигоретто переоделся вновь в костюм принца и помчался во дворец, где вручил драгоценную находку ее величеству.
          - Как вам это удалось? – спросила изумленная королева.
          - Мне помогали добрые феи, - без зазрения совести соврал Фигоретто.
          - Ах, вот прелестное приключение! Я никогда не видела фей. Расскажите, как они выглядят?
          - Они прекрасны, ваше величество! Но не прекраснее вас. Если бы вы встали рядом, вы бы затмили любую из них своей красотой!
          Королева Туанетта была весьма польщена словам самозваного принца. Но это отнюдь не избавляло его от следующего испытания.

          На другой день она повела его в королевскую сокровищницу. Там стояли мешки с дублонами и пиастрами, высились ящики с золотыми слитками, красовались ларцы, полные алмазов и жемчугов… А на специальных бархатных подушечках были разложены драгоценные украшения: перстни, колье, фермуары, браслеты, диадемы, короны и венцы всяческих видов и размеров, сделанные самыми искусными ювелирами и украшенные самыми дорогими камнями.
          - Видите, сколько у меня драгоценных венцов? – спросила Туанетта.
          - Но вы достойны всей этой роскоши! – ответил лже-принц.
          - Смотрите внимательно! Ибо к вечеру вы должны мне достать такой венчик, какого у меня еще нет. Иначе вам снимут голову.            
          …И вновь отправился Фигоретто к лесному озеру, только, на сей раз, не заходя в хижину родителей. К чему зря беспокоить стариков? Вчера выручил отец, но сегодня – чем он может помочь? Расставаться со своей красивой головой пажу совершенно не хотелось. Мысль о том, чтобы с горя утопиться, он тоже сразу отверг: какое может быть горе, если вокруг царит щедрое лето, порхают бабочки, зеленеет трава и шумят деревья, а на противоположной стороне озера цветут прекрасные розовые лотосы… Надо просто хорошенько подумать, и… О, да, лотосы! И будь что будет!!
           Фигоретто быстро сплавал на ту сторону озера и нарвал лотосов. У него был от природы неплохой вкус, и во дворце он часто видел, как горничные составляют букеты, а парикмахерши украшают цветами прически придворных дам. Он быстро сплел из лотосов роскошный венок, добавил для разнообразия зеленые веточки плюща и папоротника, и поспешил во дворец. Приходилось спешить, пока цветы не увяли.
          - Вы что-то сегодня рано, - сказала королева. – Где же венец?
          - Вот! – храбро ответил Фигоретто и, встав на одно колено, поднес изумленной Туанетте венок из живых цветов.
          Ее величество нахмурилась:
          - Что это значит, принц?
          - Я встретил фею. Ну, одну из тех, что вчера… Рассказал ей о вашем поручении. Она повела меня в свой волшебный грот и показала свои сокровища. Там были самые разные венцы с драгоценными камнями и жемчугом, но все они были хуже ваших, о моя королева! Чуть-чуть – но хуже… И тогда я решился – взял эти прекрасные цветы, сплел из них венок и вот - преподношу вам. Согласитесь, что подобного венца нет в вашей сокровищнице!
          После таких речей ожидать можно было чего угодно. Но Фигоретто стоял перед королевой такой красивый, с такими изысканными манерами, и так лучезарно улыбался... Пожалуй, это его и спасло от монаршего гнева. Туанетта, наконец, тоже улыбнулась ему:
          - Ну, что ж!.. Это, по крайней мере, оригинально – украшение на один вечер. Завтра цветы увянут. Тем больше причин надеть мне его сегодня! А в честь вас, мой принц, я назначаю вечером бал. Но знайте – это не спасет вас от третьего, самого тяжкого испытания.

          На балу с Фигоретто чуть не случилась неприятность. Одна из фрейлин пристально посмотрела на него и сказала:
          - Вы знаете, у нас при дворе был паж, такой красавчик! И очень похож на вас…
          - Да, моя матушка, королева аналастанская, родом из здешних мест, - тут же нашелся самозванец. – Быть может, поэтому…
          - Но последние дни мы его не видим, исчез куда-то…
          - А сколько ему было лет?
          - Ваш ровесник.
          - Тогда понятно. В таком возрасте юношами правит любовь. Надо думать, он отправился совершать подвиги во имя своей возлюбленной. Я сам влюблен, потому сочувствую вашему пажу. Дай бог, чтобы он достиг того, к чему стремится, и получил то, чего желает!
          Придворные дамы решили, что принц аналастанский очень любезен, умеет поддержать светскую беседу, а его сходство с пажом – чистая случайность. Вот только сам Фигоретто уже не был уверен, что по-прежнему желает завоевать руку и сердце Туанетты. Стать королем – оно, конечно, неплохо, но как жить с такой женой? В том ли счастье?
          Однако останавливаться уже было поздно.
          На следующее утро королева призвала его и сказала:
          - До сих пор, принц, вы исполняли мои прихоти, но сейчас я вас прошу об услуге. Вы должны спасти меня и все мое королевство!
          - Я готов, - отвечал лже-принц, гадая про себя, что еще придумает эта взбалмошная женщина. Туанетта же, напустив на себя печальный вид, продолжала:
          - Знаете ли вы, дорогой сеньор, почему я отказываю всем женихам? Только чтобы избежать катастрофы! Вождь дикой горной страны король Янус I сватался ко мне, но получил отказ. Тогда он заявил, что никогда, никогда не позволит мне выйти за другого! Что он не только уничтожит соперника, но и сотрет с лица земли мое королевство, убьет всех моих солдат, обратит в рабство моих подданных, разрушит города и сожжет поля, а меня саму отдаст на растерзание хищным зверям. О, он сам – как зверь! Я его боюсь!! Балами и придворными развлечениям я пытаюсь заглушить страх, но тщетно. О, я несчастная! Мой отец умер, мои министры продажны, мои генералы ненадежны… Некому заступиться за сиротку! Король Янус силен, как сто быков, он великан, когда он идет, то дрожит земля, тигры разбегаются перед ним, как котята, слоны падают в обморок от ужаса! Ему даже не нужна армия, чтобы разломать стены моего замка, он это сделает голыми руками… Но, если найдется отважный рыцарь, который убьет Януса и  принесет мне его отвратительную голову, то я в тот же день отдам смельчаку и руку, и сердце, и корону!
          Королева так расчувствовалась, что даже всплакнула. Фигоретто, несмотря на хваленую свою хитрость, тоже растрогался. «Надо помочь, - подумал он. – Тут дело не только в королеве, может погибнуть вся страна… Черт его знает, удастся ли мне прикончить этого Януса, но ведь победил же некогда Давид Голиафа!».
          И, преисполнившись отваги, он сказал так:
          - Ваше прекрасное величество, не надо лить слезы! Верьте в лучшее – я избавлю вас от этой беды. Велите только дать мне коня, железные латы и добрый меч. И карту, где обозначено горное королевство. Я тотчас же отправлюсь в путь.
          - Отважный рыцарь, я дам вам не только коня, меч и латы! - просияла королева. – Я дам отряд преданных людей, чтобы сопровождать вас до самого логова врага! Мой секретарь проследит, чтобы все подготовили для путешествия. Отправляться можете после обеда, а обедать будете вместе со мной.
          - Это большая честь, - поклонился Фигоретто.

          После обеда принц аналастанский на хорошем коне, в рыцарском облачении, в сопровождении десятка солдат выехал из ворот замка прекрасной Туанетты и направился по тропе, ведущей к горному королевству. Туанетта смотрела ему вслед с чувством легкой грусти и махала платочком. Она действительно была немножко огорчена: пусть этот юноша не привез дорогих подарков, но он был так мил, так занятен, так не похож на других!.. А теперь он погибнет. Если, конечно, доедет до столицы короля Януса.
          Собственно говоря, те десять солдат и были приставлены к Фигоретто, чтобы не дать ему сбежать по дороге. Он догадался об этом довольно быстро. Но в целом они оказались неплохими  ребятами. На первом же привале Фигоретто им сообщил, что на его родине в достославном Аналастане воины пользуются алебардами и секирами, поэтому с мечом он должен поупражняться, дабы овладеть новым для него оружием. И спутники охотно стали показывать ему все приемы фехтования, какие знали. Самозваный принц оказался хорошим учеником, - к тому времени, как на горизонте возникли зеленовато-серые хребты горной страны, он уже умел обращаться с мечом… не то, чтобы блестяще, но вполне удовлетворительно.
          И вот они вступили на землю короля Януса. Первым, что бросилось в глаза, был высокий столб у дороги с надписью: «Остановись, чужеземец! Дальше тебе пути нет!» Вокруг столба валялись выбеленные солнцем кости. Спутники Фигоретто помрачнели, но продолжали следовать за ним. А Фигоретто отметил про себя, что кости слишком крупны для человека, - всего скорее, они принадлежали какой-то горемычной корове. Это наводило на размышление – ведь, если король Янус такое злобное чудовище, как о нем говорят, - мог бы и человеческих костей набросать…
          Чем дальше, тем больше по обочинам валялось костей, они возвышались целыми кучками. Столбы со зловещими надписям предупреждали, что незваных гостей здесь ожидает страшная смерть. А однажды из темного леса вышел какой-то всклокоченный старик, похожий на колдуна, замахал на путников клюкой и трижды громогласно воскликнул: «Вороны склюют вашу плоть! Вороны склюют вашу плоть! Вороны склюют вашу плоть!» Солдаты пытались догнать старика и поподробнее расспросить, но он вновь исчез в лесу, словно растворившись среди густых елей.   
          Потом путники увидели харчевню и решили туда свернуть - поесть и выпить по кружке пива. Лишь одному Фигоретто показалось странным, - как живет это заведение, если по дороге почти никто не ездит из страха стать добычею воронов? Откуда у хозяина прибыль, если нет посетителей?
          Но пиво им подали прохладное и закуску хорошую. Прислуживала за столом старуха, которая все время вздыхала (несколько театрально) и бросала на путников такие взгляды, будто ей их ужасно жаль. Зато ее маленькая внучка выглядывала из-за занавески и хихикала, пока старуха не прикрикнула на нее:
          - А ну прочь отсюда, маленькая разбойница! Иди делай свое дело!
          Девочка исчезла.
          Фигоретто, сказав, что пойдет присмотреть за лошадьми, вышел во двор и успел увидеть, как девочка, взобравшись на крышу, выпускала голубя. Судя по всему, почтового… И опять он ничего не стал говорить сопровождавшим его солдатам. Тем более, что еще сам не понимал, в чем тут подвох. Но надеялся разобраться.
          Когда же Фигоретто со спутниками двинулся дальше, те признались, что старуха их сильно отговаривала от поездки. Все повторяла: вот так многие туда ехали, – а обратно никто не возвращался.

          И, наконец, они узрели вдалеке стены и башни городских укреплений, - то была столица короля Януса I. В чистом поле, окружавшем подступы к городу (это чтобы легче было обстреливать неприятеля из пушек), кое-где валялись остатки стенобитных орудий, опрокинутые заржавевшие колесницы и опять – множество чьих-то костей, как напоминание о минувших битвах... Видя, что сопровождающим это все ужасно не нравится, Фигоретто сказал:
          - Ну, вот что, ребята. Свой долг вы исполнили, проводили меня до места. Дальше вам не надо идти. Разбейте лагерь вон в том лесу, ждите меня семь дней. Если я не выйду из города, неся в мешке голову короля Януса, значит – не получилось… Тогда возвращайтесь обратно без меня.
          - Может, все-таки пойдем вместе? – прозвучал чей-то неуверенный голос.
          - Нет. Если я не приду, вы вернетесь назад одни и скажете королеве – пусть продает бриллианты, нанимает еще солдат и отливает побольше пушек. И пусть идет замуж за какого-нибудь старого вояку, который поможет ей отбиться, если война… Другого выхода нет!
          С этими словами, весьма довольный своей мужественной речью, но нельзя сказать, чтобы совсем без страха, Фигоретто покинул товарищей и въехал в городские ворота, навстречу своей судьбе.
 
          Удивительное дело – его не остановили. У ворот стояли стражники, но они только спросили – кто и с какой целью прибыл в столицу. Фигоретто ответил, что он – знатный путешественник.
          - А ты знаешь, путешественник, кто наш король? – спросил один стражник.
          - Не знаю, - на всякий случай соврал Фигоретто.
          - Наш король - страшный и ужасный великан Янус I, - сказал второй стражник. – Он людоед, опасней дикого льва! Ты все еще хочешь войти?
          - Да, - ответил юноша.
          И они его пропустили. 
          В городе шла обычная повседневная жизнь. По улицам сновали лоточники со своим нехитрым товаром, шли на рынок чинные хозяйки с корзинами, из окон столярных, сапожных и прочих мастерских доносились голоса работников, стук молотков, скрежет пил, а из швейной мастерской слышалось пение девушек-вышивальщиц. Открытые двери харчевен и трактиров приглашали прохожих выпить и закусить. Как-то не заметно было, чтобы горожане жили в страхе и трепете.
          Фигоретто решил зайти в трактир. Коня привязал у коновязи, сам сел на лавку в общем зале и заказал хороший обед.
          - Сеньор рыцарь, возможно, хочет отдельный кабинет? – осведомился трактирщик.
          - Нет, мне нравится здесь, - ответил гость.
          Ему хотелось послушать разговоры посетителей, понаблюдать за людьми, но, как на грех, ничего интересного вокруг не происходило. Посетители говорили о своем ремесле, о семейных делах, о свадьбах, помолвках и поминках, о видах на урожай… Никто не упоминал о придворных интригах, о введении новых налогов, о казнях противников короля и о самом короле. Соскучившись, Фигоретто решил сам завести  беседу с тремя мастеровыми, сидевшими за соседним столом. По виду это были сапожники.
          - Не скажете ли мне, любезные мастера, кто правит вашим прекрасным городом и окрестностями? – начал он. - Я тут человек приезжий… 
          - Ой, и не повезло же вам, рыцарь приезжий! – картинно схватился за голову один мастер. – Наш король Янус приезжих страсть как не любит! Кого увидит – зараз проглотит! Вы уж поосторожней…
          - Да он не только приезжих, он и местных… - включился в разговор второй мастер. – Знаете, ведь наш король - людоед! Женщины прячут от него детей. А уж если увидит молодую девушку, тогда – о-о-о!..
          - Молодых девушек он хватает и уносит в свой замок! – зловещим шепотом подхватил третий собеседник. – На следующее утро их находят мертвыми! А если посватается к какой принцессе, да получит отказ, так сразу пойдет на то государство войной – и удержу ему нет! Все сметет на пути! Скачет впереди войска на своем боевом гиппопотаме, любую крепость махом берет, голыми руками стены ломает!..
          Голос говорившего прервался, словно он с трудом сдерживал рыдания или, наоборот, давился от смеха. Проходившая мимо хорошенькая служанка тихонько фыркнула, потом сделала круглые глаза и старательно закивала головой:
          - Истинную правду говорите, сосед, истинную правду!
          - А возможно ли увидеть короля Януса?
          - Боже упаси вас от этого, боже упаси!
          В это время на улице раздался крик:
          - Король! Король едет!
          Ну, сейчас все побегут прятаться! – решил Фигоретто… И все, действительно, побежали. Только не прятаться, а наоборот, - люди хлынули из домов и мастерских на улицу.
          Мальчишки прыгали и кричали:
          - Король возвращается с охоты! Король уже пересек Цветочную площадь! Король уже проезжает по Каштановой улице! Сейчас король будет здесь!
          Девушки поспешно прихорашивались, мастеровые снимали свои грязные передники и оправляли блузы, матери даже не думали прятать детей, напротив – поднимали малюток на руки и говорили: «Смотри, сейчас ты увидишь нашего короля!»
          Фигоретто ожидал, по меньшей мере, кавалькаду разодетых господ и дам, сопровождаемую охраной и стаей громадных псов. Но вот в конце улицы появился просто одетый всадник на буланом коне в сопровождении одного единственного слуги и одной собачки – безобидного спаниеля. В его ягдташе виднелись несколько фазанов, диких уток и куропаток. Все граждане, как один, закричали: «Виват король!», на что всадник ответил благосклонным кивком и неспеша двинулся дальше. Подковы его коня равномерно цокали по брусчатке. Нет, он не разбрасывал направо-налево золотые монеты, как бывает при пышных царских выездах… Выходит, народ вывалил на улицу просто для того, чтобы лишний раз увидеть своего короля и прокричать «виват»?
           Вдруг из толпы выбежала девушка с букетом цветов. Она хотела поднести цветы королю, но не успела; буланый конь повернул голову, нахально схватил букет и сжевал. Девушка огорчилась и едва не заплакала. Но король засмеялся, достал из ягдташа самого лучшего фазана и самую жирную утку и отдал девушке со словами:
          - Возьми, красавица, приготовь жаркое из этих птиц, угости семью. И спасибо за цветы!
          Девушка утешилась, король проехал, народ начал расходиться, возвращаясь к своим обычным делам. Фигоретто постоял еще какое-то время, разинув рот, потом  хотел обратиться за разъяснениями к сапожникам, которые его зачем-то дурачили, но тех уже не было… Тогда он решил ни к кому больше не обращаться, а просто пойти в королевский замок и испросить аудиенции у его величества: «Авось не съест! Вот так прямо пойду к нему и спрошу, что за ерунда здесь происходит!».

          - Это не ерунда, - сказал король Янус I, когда они с Фигоретто сидели у камина за бутылкой вина. – Не ерунда, а вполне извинительная в моем положении военная хитрость. В нашем горном краю земли не очень-то плодородные и доходов мало, зато расходы растут– недавно открыли бесплатную больницу, две школы… Душить народ непосильными налогами не хочу, потому и армию держу небольшую. Мои рыцари и солдаты служат мне не из корысти – из чести. Война мне не нужна абсолютно! Вот чтобы отпугнуть тех, кто захочет вторгнуться в мои владения, я и придумал сказку про короля-великана. Гражданам страны велено распускать обо мне самые нелестные слухи, особенно в разговорах с иностранцами. А тот старик в лесу и старуха в харчевне – да, это мои агенты. Я заранее знал, что ты направляешься сюда, потому что получил голубя с донесением. Но не думал, что ты решишься войти в ворота. Поехал на охоту… В лесу, ну, ты знаешь, где, встретил твоих людей. Наговорил им таких гадостей о себе, что они, уж не обижайся, не станут ждать до конца седьмицы, - свернули лагерь и быстренько уехали. Возвращаюсь домой, - дворецкий докладывает, что заморский принц просит аудиенции… Ну, думаю, смельчак! Надо принять…
          - Откровенность за откровенность, ваше величество, - честно признался Фигоретто. – Я не принц, я из простой семьи. И мечом владею пока не очень… Но я бы хотел тоже служить вам из чести, если вы примете меня в свою армию и ответите мне на два вопроса. Знаю, что придворный этикет запрещает предлагать вопросы королю, но все же не могу не спросить, – а где остальные?
          - Кто «остальные»? – не понял Янус.
          - Ну, те принцы, герцоги, графы, которые до меня тут приезжали от королевы Туанетты?..
          - Так не было никого от вашей королевы. Ты первый.
          - Ах, да!.. Они же не нашли перстень, и она им отрубила головы… Зачем же, сир, вы сватались к такой королеве?!
          - Да я и не думал свататься! – возмутился король. – Я, к вашему сведению, женат. С чего вы взяли, что я…
          И Фигоретто рассказал все, с самого начала. С того дня, как его ребенком привезли во дворец, как сделали пажом и как прекрасная Туанетта, каждый день видя пажа в дворцовых залах, не узнала его в костюме принца… И так далее, до момента, когда самозваный принц проник в город короля Януса и был поражен, насколько истина оказалась приятней сказки. Обычно бывает наоборот…
          - Значит, обещал ей привезти мою отвратительную голову? – ухмыльнулся Янус.
          - Она плакала… - вздохнул Фигоретто. – Простите, ваше величество!
          - Да чего уж там!.. Беру тебя в свою армию. Будешь служить мне из чести, за маленькое жалование?
          - С превеликой радостью буду!
          - А той лживой женщине мы действительно кое-что пошлем, - продолжал король, приходя в веселое расположение духа. - Есть у меня ручной ворон, умная птица… Только покажи ему карту – он уже знает, куда лететь! Дай ка мне прядь твоих волос…
          Фигоретто отрезал ножом прядь волос, король смочил их в красном вине, чтобы казалось, будто они пропитаны кровью, потом достал кусок пергамента, перо и чернила, и нарочно кривыми буквами нацарапал: «Так будет с каждым, кто посмеет без спросу сунуться ко мне в горы!» При том он, опять-таки нарочно, сделал две грамматических ошибки, добавил одно нехорошее ругательство и поставил кляксу. Бывший паж смотрел на эти королевские манипуляции с немым восхищением: «Ох, напрасно я считал себя хитрецом! Мне до Януса I далеко!».
          Послание упаковали и благополучно отправили с вороном. Говорят, ехидная птица бросила пакет прямо на стол королеве Туанетте, когда красавица пила чай. Вот визгу было!.. 

          Фигоретто остался служить у короля Януса, освоил боевые искусства и сделался настоящим рыцарем. Со временем он женился на простой доброй девушке, и жили они долго и счастливо.
          А вот у молодой королевы дела с тех пор пошли плохо - женихи кончились. Не то, чтобы в Европе совсем перевелись знатные юноши, но все окрестные короли категорически запретили своим сыновьям свататься к Туанетте. Пришлось ей, чтобы не остаться старой девой, пойти замуж за купца. Он был человек средних лет, не столько красив, сколько рассудителен, и мигом прекратил безумные траты казенных денег на всякие финтифлюшки.
          Хуже того, - осмотрев после свадьбы гардероб Туанетты, муж насчитал там тысячу триста восемьдесят два платья и заявил, что этих нарядов хватит королеве до конца жизни, так что не надо покупать новые. Потом перешел к осмотру жениных драгоценностей и, без зазрения совести, забрал два бриллиантовых колье со словами: «Это пойдет на укрепление армии, а это – на помощь малоимущим, мне тут не нужны голодные бунты!»
          В обращении с подданными король-купец руководствовался двумя пословицами. Одна из них гласила, что не следует резать курицу, несущую золотые яйца, а в другой говорилось, что, чем лучше овцы едят, тем больше шерсти дадут. То есть, он знал, насколько можно повышать подати и налоги, и где следует остановиться, дабы не возмутить против себя народ. Поэтому простые люди считали его правление вполне терпимым.
          Однако Туанетта была несчастна. Часто по ночам, рыдая в подушку, она вспоминала прекрасного принца из далекой страны Аналастан, которого сама же отправила на верную смерть… Но вчерашний день не вернешь!